Почему «самого»? То есть, он, конечно, крутой старик, судя по рассказам Мисси, но не настолько, чтобы глава СБР УИ Золотого Острова — самого элитного из трех элитных островов, с таким придыханием называл его фамилию.
— И его тоже.
— Тогда я верю его словам, — твердо сказал Князев.
— И поэтому мы едем в клинику, — обреченно вздохнул я. — Теперь понятно. Только извините, конечно, но я не представляю, чем могу помочь вашей жене. Очень хотел бы, честно, вот только я ничего подобного не умею.
Я думал, Князев разозлится или, наоборот, расстроится, но вместо этого он сунул мне в руку свой телефон.
— На, звони. Макаров предупреждал, что тебе понадобится его консультация, и оставил свой номер телефона.
— Ээ… что?
Да ладно, ещё до того, как я отправился разбираться с Орловым и Садако, он пообещал Князеву мою помощь и предсказал, что мне понадобится его консультация?! Серьезно?!
Выбора у меня особо не было, поэтому пришлось действительно звонить Макарову, благо, время ещё не слишком позднее.
— Здравствуйте, это приёмная клиники «Радуга», — раздался усталый женский голос. — Чем могу помочь?
Я слегка растерялся, ожидая услышать Макарова, а никак не администратора клиники.
— Ээ… здравствуйте, мне нужен Макаров.
— Макаров? А кто спрашивает?
— Роман Михайлов.
Женщина громко защелкала клавишами.
— Так… да, есть такой. Макарову разрешен контакт с вами. Ждите, сейчас его вызовут.
Заиграла успокаивающая мелодия.
Клинка по названием «Радуга»? Серьезно!? Это там содержат опасных и психически нездоровых людей?! Ещё бы «Ромашкой» назвали.
— Надо же, Крошка Ро, ты и правда жив, — спустя какое-то время раздался в трубке голос старика. — Ху проспорил мне сотку.
То есть, коротышка в меня не верил? Ну я ему ещё припомню.
— Да, жив. И справился с Садако. У меня по этому поводу есть много вопросов, но сейчас важнее другое… Вы сказали Князеву, что я могу помочь его жене?! Но я же не умею ничего подобного?! — Поймав краем глаза очень недовольный взгляд главы СБР УИ, я быстро поправился: — То есть, вы же объясните, как это сделать?
— У меня есть предположения на этот счет.
Хоть я и не видел Макарова, но отчетливо представил его довольную ухмылку. Очень хотелось вновь переспросить «в смысле предположения?!», но при Князеве я предпочел не выражать своё недоумение столь ярко.
— Я внимательно слушаю.
— Что такое кома?
— Ну, это когда человек лежит без сознания и никак не реагирует на внешние раздражители, — я насторожено покосился на Князева. — Чаще всего связано с повреждениями мозга.
— Ой, это всё медицина. Я же говорю о более глубинных причинах, которые ближе нам, медиумам. Видишь ли, я узнавал Алина Анатольевна в полном порядке, тело функционирует, только сознание не возвращается. А где сознание, там и душа.
— То есть, её душа, по вашей «рыбьей» теории, ушла не очень глубоко на иной план, в то время как тело осталось на поверхности? — предположил я. — Но она всё ещё связана с телом.
— А ты молодец. Да, примерно так дело и обстоит. Если бы тело было в вегетативном состоянии, это когда оно уже перестает нормально функционировать, то связь души и тела окончательно нарушена. Такую душу мог бы вернуть разве что какой-нибудь святой, да и то не факт.
Так, ну, теорию я примерно понимаю. Душа связана с телом, но вышла погулять в немного иное пространство, туда, где тусуются призраки. В принципе, если я могу видеть призраков, то вполне вероятно, и душу Алины Князевой отыщу. Но всё это лишь предположения и, зная Макарова, чёткого плана действий я в любом случае от него не получу.