– Вы кто?
Он обернулся и улыбнулся так приветливо, словно только меня и ждал.
– Привет, Софи.
Я смутилась, но спокойствие в его голосе передалось мне.
– Откуда вы знаете мое имя?
– Мы с твоей мамой давно знакомы.
У него было открытое лицо, и говорил он точь-в-точь как мой дедушка, отчего сразу напомнил мне о доме.
Пока я стояла в замешательстве, не зная, что сказать, мужчина подошел ближе и вытянул раскрытую для рукопожатия ладонь. Я почувствовала себя взрослой и важной. Непривычное ощущение. Обычно взрослые меня игнорировали или звали «милашкой», как будто я была не девочка, а жадный до внимания щенок.
Пожала протянутую мне руку, большую, теплую.
– Как вас зовут?
– Мэтти. И можно на «ты».
Было в нем что-то знакомое, в глазах, во взгляде.
Гость исполнил незатейливый танец и, дурачась, спросил, как мои дела и люблю ли я ходить в зоопарк, чем снова напомнил дедушку.
Я рассмеялась и последние нотки тревоги исчезли.
– А сейчас я собираюсь испечь твоей маме блинчики. Поможешь мне?
Блинчики я просто обожала. Среди фотографий на журнальном был снимок из кафешки «Айхоп», где я уплетала целый блинный торт, залитый взбитыми сливками.
– Мама придет?
– Она еще спит. – Он посмотрел на меня заговорщически. – И мы можем сделать ей сюрприз. Что скажешь?
– Хорошо. Она любит блинчики с шоколадной крошкой.
На самом деле я говорила не о ней, а о себе.
Мэтти заулыбался – мол, его не проведешь, – но спорить не стал.
– Договорились, коллега. Шоколад так шоколад. Нам нужны лопаточка, половник и сковорода. Знаешь, где все лежит?
– Уж точно не в гостиной.
Глава 6
После того случая Мэтти стал частенько к нам наведываться, прикатывал на своем черном «Мини Купере» и приветственно махал, пока я выглядывала его в окно. Высовывал язык, хватался за голову или, никого не стесняясь, затевал дурашливый танец прямо посреди улицы.
Мама называла его кривлякой, а мне казалось, что он просто чудо.
– Твоя машина сверху похожа на большого муравья, – как-то раз заявила я, открывая ему дверь.
– А ты похожа на принцессу.
Мэтти поднял меня на руки и подкинул, так что я взвизгнула, хотя за его притворным рычанием и доносящимся из комнаты битловским «Эй, Джуд» этого было не расслышать.
На моменте, когда Маккартни увещевал Джуда не бояться, Мэтти сделал вид, что вот-вот уронит меня.