Парня этот «комплимент» сильно уязвил. Он отстранился от неё, враждебно поведя плечом.
— Я не только на защиту способен. Я одарённый третьего пробуждения!
— Это я и имела ввиду, — уязвлённо произнесла Люда. — Ты можешь учиться, не думая о защите.
— Этим я и занимаюсь!
— А какова твоя роль, Лев? — заинтересовался я.
Стало интересно, как работают с бесами другие одарённые. Легче было бы расспросить Никитина, но раз уж подвернулся случай…
— Мы держим фланг, — неохотно ответил парень.
— Вдвоём?
— Да, вдвоём! Что вы докопались до меня?!
— Кто-то хочет выпендриться, — огрызнулся рыжеволосый парень, внимательно слушавший нашу беседу. — Есть чем похвастаться, Аронов?
— Мне интересны ваши успехи, не более.
— Даже мне почти доверяют держать фланг одному, — вмешался Никитин. — А твоя бригада по четыре бака таскает.
— Это же земли его отца, — фыркнул Лев. — Ещё бы они не подыгрывали его наследнику.
— Как бы они подыграли внутри Вихря? — не сдержала смешка Люда. — Рискуя жизнью?
— Хватит его покрывать! — огрызнулся он, отпихнув девушку.
Презрительно скривив губы, Людмила поднялась, изящно покачивая бёдрами, подошла ко мне, села на соседний стул. Закинув ногу на ногу, она ненавязчиво касалась меня рукой.
— Мы должны быть заодно, Федя. Одарённые по праву рождения, среди фанатиков… — пробежав пальцами по моему руке, она взмолилась: — поделись с нами секретом. Может и способным к абсолютной защите будет чему у тебя поучиться?
— Я уже поделился, Люда, — отведя её руку, я поднялся из-за стола. — Захочешь — услышишь и поймёшь.
Продолжать играть в эти игры я не собирался. Одарённые по праву рождения, говоришь… Их пренебрежение к наделённым не имело под собой реальной почвы, но поди объясни им это.
Завтра у меня большие планы, я собирался предложить Первому погрузиться дальше, и был почти уверен, что он согласится. Покинув обеденный зал, я уже готовился ко сну, но Люда так просто не отвязалась. Постучав, она зашла в мою спальню, не дожидаясь приглашения.
В домашней юбке и лёгкой маечке, она была, конечно, дьявольски хороша. Услада для глаз. Снова приняв эту свою позу, спиной к стене и приподнятой на носок ножкой, она томно протянула.
— Пригласишь или так и заставишь стоять на пороге?
— Я предпочту, чтобы ты стояла за порогом, — буркнул я.
— Ну чего ты начинаешь… Я понимаю, что тебе не захотелось разговаривать со мной рядом со Львом, всё-таки вы — мальчики, соперничаете друг с другом, и…
— Люда. Мне глубоко на это наплевать.
Обиженно закусив губу, она вздёрнула нос и направилась прямо ко мне.
— Мы просто с ним обручены, я вынуждена держаться рядом, но… Всё может поменяться. Плевать, что скажет отец.
— К чему ты клонишь?
— Меня возбуждает сила, а ты, Федя, — она вытянула руку в мою сторону, но, когда я вопросительно поднял бровь, отдёрнула руку. — Ты очень сильный.
— Один раз мы уже сыграли в эту игру, перед дуэлью с Семёном. Не забыла?