На тёмно-синей ткани лежали чёрные парные клинки в ножнах. Король взял один из клинков за рукоять и медленно вытащил чёрную матовую полосу металла из ножен.
- Граф, мэтр. Вы свободны. Я хочу знать их историю, Рон. И ты мне обещал историю Оренса.
- У меня есть нечто получше, Ваше Величество, - сказал глава тайной службы, доставая из кармана магический кристалл и амулет-считыватель. - Первое чудо светлого бога. Глазами участника.
* * *
Чем больше Хорис наблюдал за Тинраном, тем больше понимал, что ему этот мир очень-очень подходит. Нет, это не будет жемчужиной в его коллекции миров, но это будет та бархатная подставка, которая обезопасит драгоценности от повреждения. Ресурс сотворённых здесь был практически неограничен. Скорректировать правила жизни у тёмных, превратить светлых в ходячие батарейки, заперев в специальных лагерях-резервациях, улучшить ритуал казни, чтобы получались полноценные тёмные камни душ, а не это недоразумение, которое выходит сейчас.
Да, придётся изменить структуру управления, подобрать правильных управленцев и победить в войне, но это с его возможностями сущий пустяк. Пара-тройка отрядов из любого его мира - и светлые сами запросят о пощаде. И будут рады, если он согласится их в резервации запихнуть, а не пустить всех на создание камней.
А из светлых камни боли выходят гораздо более качественные. Особенно, если сотворённых до этого правильно подготовить. Что называется, довести до предела, но не сломать. Тут вряд ли такое практикуют, местные тёмные умеют только слабенькие камни боли делать. Так что светлых оставить придётся. И даже позволить гордиться свершениями своих предков. Чтобы был повод почувствовать себя униженными. Чтобы раз в поколение случались у них бунты, походы на обнаглевших тёмных, стремительные поражения и быстрый сбор сливок с бидона молока. Тёмные камни душ могут храниться в специальных условиях столетиями. Было бы из кого эти души выкачивать.
Ладно, для начала - ритуал казни и подбор кандидатов на руководящие должности. Потому что из тех, кто есть сейчас, в Цитаделе, не подходит и половина. Особенно тот, кто метит на роль верховного жреца. Высший лич, мэтр Койсеш. Ужасно неприятная личность.
За этим дряхлым старикашкой Хорис наблюдал последнюю неделю. И чем больше наблюдал, тем больше понимал, что эту пешку он уберёт с доски чуть ли не в первую очередь. Если не исправится. Потому что эта костяшка была напрочь лишена такого понятия, как верность. Что? Тёмные не должны быть верными? Ну-ну, наивные светлые. Любой тёмный должен быть верен своему начальнику до тех самых пор, пока не сможет перерезать этому самому начальнику горло. Иначе этот начальник просто не даст тебе шанса стать сильнее. Зачем ему подчинённый, который предаст в любой момент?
А этот лич, не обладая способностями создателя тёмных рас, пытался сделать втихаря всё, чтобы Тёмный Властелин не возродился. Безответственно и самонадеянно. Светлые сейчас воодушевлены, они теснят тёмных, а у этого старика не хватит сил расправиться с ними. Стать Властелином острова? Погубить три четверти тёмных? Нет, таким типам нельзя становится верховными правителями. А до настоящего Тёмного никому с Тинрана не докричаться. Во-первых, сам Проводник сейчас восстанавливается от пережитого в Городе. Или в другом мире. Но явно не хочет возвращаться сюда. Во-вторых, все жрецы после перерождения в личей утратили связь с духом своего бога, перестали быть жрецами.
Но решение по последнему пункту Хорис уже нашёл. Причём хитрое и такое, которое не привяжет его, но обманет чувства бывших жрецов. Идеальное решение. Осталось только воплотить его в жизнь. Но это будет довольно легко, учитывая магические знания местных. Хорошо, что Даймонд всё же прислушался к Повелителю миров и отправил своего сына на отдых. Это должно помочь Голди, толкнуть его вперёд. Ну а освободившееся время Хорис использует как раз для работы над Тинраном. Этот мирок станет его. Однозначно.
10
- Араш! Араш! Быстро сюда! Всего час остался до ритуала поклонения, а ты до сих пор не подготовил моё одеяние! - раздражённо орал мэтр Койсеш, меряя шагами свою комнату.
Араш лишь тяжело вдохнул и поторопился с ворохом вещей в комнату к высшему личу. А ведь он так надеялся на то, что старый пердун сдохнет, как и остальные жрецы. Но нет, не сдох. Успел завершить ритуал посмертия. А ему, своему ученику, уже пять лет не даёт разрешение на сдачу экзамена. Пять лет мэтр фактически не учит молодого некроманта, а использует в качестве обслуги и подмастерья, спихивая всю подготовку к ритуалам и возню со свежими трупами на Араша. И если бы не его жречество - не стало бы мэтра Койсеша после первого же отказа Арашу. Пустынники не терпели оскорблений ни от кого. Они могли их вынести, перетерпеть, если это надо для достижения цели. Или если враг сильнее. Но забыть и простить - только после расплаты. Кровью, унижением, золотом - чем угодно. Но ты должен заплатить за то, что оскорбил пустынника. Обязательно.
И пусть Араш уже пятнадцать лет находится не в пустыне, он помнил, откуда он родом и кто помог ему попасть в Цитадель. Помнил и желал отплатить добром за добро, а злом - за зло.
- Вот они, мэтр Койсеш. Вы просили не приводить их в порядок с помощью магии, а у прачек сегодня было особо много работы.
- Много работы. Ленивые дуры, которых нельзя и близко подпускать к хорошим вещам. Испортят всё своими пухлыми ручищами. Чего стоишь? Облачай меня! Не хочу опять столкнуться в коридоре с этим беловолосым сыном рабыни.
Араш постарался не вздрогнуть, поняв, о ком в таком уничижительном тоне отзывается мэтр Койсеш. Значит правда, что между главой тайной службы и старым маразматиком после смерти Тёмного Властелина пробежала чёрная кошка. Мол, это тайная служба не доглядела, прохлопала ушами появление брата Тёмного Властелина. Мнение самого Араша на этот счёт коренным оразом отличалось от мнения мэтра и его подпевал. Если тот светлый крылатый на самом деле брат Тёмного Властелина, то заметить его простые смертные и не смогли бы. А вот почему его проглядели жрецы - очень хороший вопрос, требующий отдельного разбирательства. И Араш знал ответ на этот вопрос. Все люди-жрецы, за исключением троих, находились в Цитаделе, а не на Алдарне. Их просто не было там, где они должны были служить. Почему Тёмный Властелин допустил это? Вопрос ставил молодого некроманта в тупик до той минуты, пока сам не услышал из уст Тёмного Властелина во время поединка богов фразу о том, чтобы Данаэль сдался. Вывод Араш сделал лишь один: Тёмный Властелин хотел поймать своего брата, а не убить. Поймать и доказать свою правоту. Поэтому и допустил подобное. Ловушку готовил.
Интересно, а что с мэтром сделает господин Уайт, когда этот дряхлый труп перестанет быть нужным Тёмным землям? Маги-приезжие не воспринимали главу тайной службы Цитадели всерьез, а вот местные политики прекрасно понимали, что именно от этого беловолосого "сына рабыни" зависит благосостояние их семьи. Мэтр Койсеш был серым кардиналом для магов, а для бесталанных бюрократов было ясно, что реальная власть в Цитадели принадлежит Уайту. Белых конвертов со снежинкой на красной сургучной печати боялись, ведь это было по сути приглашением на разговор, от которого будет зависеть очень многое. Хотя были и такие, которые сами шли на приём к господину Уайту. И Араш прекрасно их понимал. Сам таким являлся. При этом кошели полновесного золота были лишь приятным бонусом к сладкой патоке тягучей мести. Скоро, очень скоро старая костяшка заплатит за годы унижения Араша.
Мэтр Койсеш Чаркан направился в зал заклинаний самого Тёмного Властелина минут за пять до Часа поклонения. Была бы его воля - он бы отправился в свою личную лабораторию и провёл это время с большей пользой. Усовершенствовал бы плетения своего магкаркаса, например.
Почему он считал воззвание к Тёмному Властелину бесполезным занятием? Потому что он был старейшим жрецом и точно знал: Тёмный Властелин мёртв. Не было больше у жрецов той связи, которая формировалась во время принесения клятвы Тёмному Властелину. Не было. И дело не в том, что они стали нежитью. Многие создавали ритуал посмертия уже после становления жрецами и эта связь не должна была исчезнуть. Просто светлый брат убил тёмного. Просто обычные тёмные не могут смириться с неизбежным. А он... Он может сыграть на этом.
Да, мэтр Койсеш считал себя великим игроком. Старейший некромант тёмной Цитадели, человек, он долгие годы управлял жречеством Тёмного Властелина через своих учеников и сторонников. Лаура, его ученица, стала верховной жрицей не потому, что так захотел Тёмный Властелин. А потому что мэтр Койсеш убрал с дороги всех её конкуренток. Это он десятилетиями внушал всем сильным человеческим магам, что на Алдарне им делать нечего. Зачем? Затем, чтобы процент людей-жрецов в Цитаделе был подавляющим. Чтобы через них управлять всей жреческой кухней, находясь при этом в тени. Так было безопаснее, ведь Тёмный Властелин всегда отличался крутым нравом.
А теперь, в одночасье, вся эта благополучная жизнь рассыпалась прахом. Хотя, ему ли жаловаться? Все его куклы мертвы, но он-то не-м5ртв. И даже оказался в одном шаге от Тёмного трона. Теперь нужно было только убедить всех в том, что он говорит от лица Тёмного Властелина. И что для его воплощения требуется приличное количество силы, которое сейчас и скапливается в зале ритуалов.
Поэтому он и ходил сюда, используя свободное время для того, чтобы придумать способ превратить силу веры в магическую при помощи ритуала. Ведь у Тёмного Властелина это получалось каким-то образом. Однако, зайдя в зал, мэтр сразу почувствовал, что не один. Правда, Обнаружение жизни и Поиск нежити ничего не дали. И от этого волосы на голове лича стали дыбом. Неужели он ошибся?
Что-то дотронулось до его магкаркаса и мгновенно опустошило его, оставляя лишь жалкие крохи, которых хватит мэтру Койсешу для того, чтобы он поддержал свою не-жизнь. И да, вновь появилось то самое чувство связи с чем-то большим. И от этого липкий страх завладел всем естеством лича. Да, он боялся наказания за неверие. Но разве можно было не поверить в смерть бога от рук равного?
"Больше. Больше силы. Ритуал. Дополни," - еле слышный и очень слабый голос, вслед за которым пришло знание. Даже ЗНАНИЕ. О том, как изменить ритуал казни. О том, какой ритуал создать в этом зале. И о том, как этот ритуал воплощения подпитывать теми камнями, которые получатся после завершения ритуалов казни.
- Да, мой бог, всё выполню, - тихо шепчет лич, не поднимая лица. - Смогу ли ч надеяться на то, что вы будете слышать мои обращения к вам?
"Только здесь. Я слишком слаб", - прошептал голом бога в голове у мэтра Койсеша и затих, оставив мёртвого жреца наедине с собственными мыслями. А потом вновь появился и уже с нотками раздражения произнёс: - "Ну и чего сидишь? У тебя же есть работа! Шевелись, мешок с костями!"
- Простите! - в панике выкрикнул мэтр Койсеш и тут же подошёл к незаметной дверце стенного шкафа, за которой всегда хранились предметы для ритуалов.
Напитанный лично Властелином песок. Ритуальный меч. Тарелки из человеческих черепов. И друза горного хрусталя. Почему-то Тёмный Властелин обожал именно этот камень, пренебрегая алмазами и прочими благородными камнями. Расставить тарелки, поставить в центр зала друзу кристалла. Потом открыть мешочек и тонкой струйкой начать высыпать на полу сложную геометрическую фигуру. Нанесённые сразу после создания пола самим Тёмным Властелином бороздки различных фигур помогали мэтру сделать всё идеально с первого раза. Магические знаки преобразования, накопления и сохранения. Ни один сотворённый не смог бы это сдеоать в кромешной тьме. Но мёртвые глаза мэтра Койсеша уже не служили источником его информации об окружающем мире. Только магическое зрение. И сейчас его зрение видело тончайшую сеть какого-то заклинания, появившуюся после разговора с богом. И ни одно известное ему заклинание не было похоже на увиденное сейчас. Значит, это заклинание было создано самим Тёмным Властелином. Только он мог так филигранно управлять столь малыми потоками магической силы.