Будущее 2: читать начало книги онлайн

Машину мы оставили на общественной парковке — каменной коробке в пять ярусов наверх и четыре под землю, через дорогу от комплекса. Плата меньше, чем в «Черной жемчужине», где имелась своя подземная стоянка для обитателей дома. Плюс сама машина будет привлекать внимание своей скромностью. Явный диссонанс — дорогие апартаменты и неприметный седан ниже средне ценовой категории.

— Я заказала вам коммы, скоро будет доставка, — сообщила вернувшаяся Анастасия.

Она протянула вперед собственный браслет-комм и показала мне картинку. Ничего особенного, не самая дорогая модель, зато с полным набором всего функционала. Увеличенная емкость аккумулятора, водозащита, антиударный корпус. Кажется какой-то туристический вариант или нечто похожее. Явная реплика с армейской модели.

Надо признать для нас выбор почти идеальный. Каждый пятый подросток из старших классов гоняет с такими. Не будем выделятся из толпы, заодно получив аппарат, хорошо подходящий для нашего образа жизни, когда не знаешь, где окажешься завтра.

— Еще вам нужно переодеться, — Анастасия нахмурила лоб, критически разглядывая мои пыльные кроссовки, слегка мешковатые джинсы и расхлябанную толстовку.

Я вдруг поймал себя на том, что все еще топчусь в миниатюрной прихожей, при том что Шуша отбросив стеснительность (явно рисуясь напоказ) по хозяйски прошелся по главной комнате, где в общем пространстве находились гостиная, кухня и столовая, и встал у панорамных окон, положив руки на пояс.

Лерка уже и вовсе возилась в кухонной зоне, явно нацелившись сделать себе второй завтрак. И лишь я, все еще болтался у входа, инстинктивно держась поближе к двери.

— А что не так со шмотками? — возразил я, оглядывая себя.

— От нее за километр разит автомат-магазином.

Все-таки присутствовала в Анастасии некая «взрослость». Настолько она это сказала убежденно, словно разговаривая с непослушным ребенком. Но и жизнь на улице заставляла быстро взрослеть, так что я особо перед ней не терялся. Хотя уверен, окажись на моем месте какой-нибудь обычный пацан, он бы давно уже умильно заглядывал ей в глаза, послушно выполняя что скажут. Я же оставался настороже, подозревая подвох в каждом жесте.

Зачем же она все-таки нам помогает? Не из-за природного же великодушия. Вот что не давало мне покоя все эти дни. Заявление: вы поможете мне, а я вам, — пусть оставит для малышей. Такая отмазка звучала глупо, особенно на фоне финансовых возможностей, открыто продемонстрированных с показной небрежностью.

— Ну-ну, — буркнул я, но ничего говорить не стал.

Хочет купить новые шмотки? Пожалуйста. Таким простым приемом она меня чувствовать себя обязанным не заставит. А ведь именно в этом, наверное, все дело — словно невзначай вызвать чувство благодарности, чтобы затем, когда прозвучит просьба с ее стороны, мы бы не смогли отказать.

Все будет выглядеть естественно, в парадигме поведения помощи человеку, который тебе оказал большую услугу.

Психологические игры, чтоб их…

Кирпичик за кирпичиком (комплект документов, помощь в дороге, покупка коммов и новой одежды, а главное спасение от полисов), у нас формировали ощущение, что мы ей обязаны и что потом будет просто неприлично не помочь ей в ответ.

Круто, если подумать. И ведь вполне могло сработать, окажись на нашем с Шушей месте обычные парни. Но мы с выросли на улице и плевать хотели на богатеньких сучек, игравших в какие-то свои странные игры. Становится марионетками никто из нас не желал.

Так что промахнулась они с этим и серьезно.

Анастасия вдруг прищурилась и посмотрела на меня долгим взглядом. У меня даже мелькнула суматошная мысль — неужели и правда мысли читает? Вот будет фокус.

Но нет, разгадка оказалась прозаичнее, несмотря на попытки сохранять бесстрастное выражение, что-то по моему лицу видимо все же проскользнуло и выдало.

— А я тебе сразу говорила, что ничего не выйдет. Это не наивные мальчики из коммерческого лицея, — к нам подошла Лера. В одной руке она держала бутерброд с белым хлебом, ветчиной и листьями салата, в другой порционную бутылочку с каким-то соком.

И бутерброд, и сок, как ни странно, она сунула мне в руки, затем взяла за рукав и потащила за собой к кухонной стойке, где как оказалось уже ждала целая горка, сделанных наспех закусок.

Кто-то явно посчитал, что ланч вышел несколько легким и следует еще подкрепится.

— Ваши родители были из «невозвращенцев»? — усаживаясь на высокий стул, спросил я, чтобы хоть как-нибудь нарушить неудобную паузу.

Лерка равнодушно кивнула. Ясно. Значит из числа тех, кому обратно доступ закрыт навсегда. Когда все началось миллионы проживающих за границей были лишены гражданства на основании закона о здоровье нации.

Туристов еще худо-бедно впускали обратно, загоняя в месячный карантин, а те кто жил в другой стране больше года, уже не могли вернуться. Тогда это считалось временным явлением, потом чрезвычайно положение продлили, а после и вовсе приняли указ о лишении гражданства, чтобы не возиться со ставшими чужими людьми.

— Касательно одежды, — Анастасия непринужденно присоединилась к нам, рассеяно взяв один из бутербродов и положив на стойку планшет. — Вам надо сменить образ, как можно дальше уйдя от роли уличных сорвиголов.

Несколько пасов и голографический модуль, встроенный в планшет, зажег в воздухе трехмерную проекцию молодого человека модельной внешности в костюме и модном пальто со стоячим воротничком.

— Так вас никто не примет за бывших… — она запнулась, не решаясь продолжить.

— Бандюганов, — хрипло выдохнул Шуша, незаметно появляясь за плечом. — Чего скрывать.