— И что, — Мерроу поднатужилась и достала вилы из своего живота, — это считается?
— Ну-у-у, — задумался Гарз. — Вилами легко убить можно. Так же, Томмет?
— Да, — нехотя согласился проигравший спор долговязый. — Всё равно что копьём, только дырки четыре будет.
Немного крови вытекло из её живота, и кровотечение остановилось. Кальдур не ошибся. Доспех уже исцелял её раны, и эта была совсем незначительной, только её форму попортило. Она поднялась с колена и пошла к юноше. Храбрости на большее у него не хватило, он крикнул от ужаса, развернулся и дал дёру.
— Нет, Томмет, — Мерроу остановила дёрнувшийся арбалет. — Пускай бежит и расскажет, что видал. Пускай бояться. Я неуязвимая. Меня нельзя убить.
— Как-то это не по людски, госпожа, — встрял расстроенный Гарз. — Он тебя всё-таки тронул. Может, я ему хотя бы руку оттяпаю. Быстро щас его на коне догоню.
— Нет, — отмахнулась Мерроу. — Но сегодня лучше никому меня не злить.
Собака коротко гавкнула и вдруг унеслась в дым. Мерроу проводила пса тяжёлым взглядом, и перекинула его на сжавшихся Гарза и Томмета.
— Сглазила, получается, — мрачно заявила она.
— Справа! — крикнул кто-то из темников.
Отряд тут же собрался, сместился к центру деревни, встали полукругом, ощетинился короткими копьями и прикрылся щитами. Рявкнувший Гарз остался стоять рядом в полный рост с предводительницей. Мерроу опустила глаза на длинное древко стрелы, воткнувшееся в нескольких сантиметрах от её сапога.
Какое-то время ничего не происходило, и из дыма вышел мужчина. Он был высок, крепок в плечах, имел почти кошачью грацию, удивительное спокойствие и недавно открашенную броню времён Шестой Битвы. Ветеран оглядел темников, даже не пытаясь извлечь оружие из ножен, словно это он был хозяином положения.
— Ну наконец-то! — радостно воскликнул мужчина. — Попались, голубки. Ну и далеко же вы забрались от дома.
Он оглядел пылающие дома, растерзанных жителей, помрачнел.
— Вот значит почему поймать-то вас не могли. И полчаса не прошло, как всю деревню под корень срезали, ублюдки недоделанные. А мы вас в соседнем посёлке ждали. Еле добежать успели. Давно на вас охотимся, людоеды. Сдавайтесь. И я гарантирую вам лёгкую и быструю смерть. Мусор надо вымести с этой земли.
В тишине раздался надрывный и долгий смех Гарза, тот схватился за живот и сложился пополам.
— А ты с юморком, — хохотнул ветеран. — Если переживешь бой, я разделаю тебя как свинью, и ещё живого кину свиньям, чтобы они начали жрать тебя, пока ты ещё дышишь. Повторяю второй и последний раз — сдавайтесь. Нас втрое больше, и мы не деревенщины. Видали мы зверей и похуже во время Шестой. Вы окружены и никуда отсюда не денетесь. Один шаг в сторону лошадей, и стрелы полетят.
— Вы что в глаза е...тесь сегодня? — холодно спросила Мерроу Гарза, тот виновато опустил глаза. — Кто фланги стерёг?
— Кто стерёг, у того уже глотка перерезанная или стрела в башке торчит, — перебил её ветеран. — Чё думаете одни тут как воевать знаете?
Мерроу повернулась к нему, и ветеран разглядёл её лицо, помрачнел ещё больше.
— И что с вами, подменышами, на этом сраном острове творят-то? Доченька, шла бы домой, сорвала бы с себя эту треклятую форму и нашивки, покаялась бы, отмыла руки от крови, да поклонилась матери, попросила бы у всех и у Госпожи прощения.
Теперь уже рассмеялась Мерроу.
— Зря смеешься, девчонка. Ты, значиться, не наша уже будешь. Тёмная. А значит, я в праве с тобой делать всё, что захочу. Заберу тебя как трофей, буду воспитывать вечерами и ночами, и научу эту землю уважать.
— Заберёшь меня? — ледяным тоном переспросила Мерроу. — А сможешь?
Гарз вдруг напрягся и отошёл от неё на два шага назад.
— Да как-нибудь уж справлюсь, — рассмеялся ветеран.
— Ну, так иди и возьми. Я вся твоя. Если хватит сил.
Ветеран добродушно улыбнулся, оглядел не шелохнувшихся темников, подумал, что они боятся пошевелиться и начинать бой с неравными силами, обернулся на своих и кивком показал им не вмешиваться. И пошёл к Мерроу.
— Сейчас начнётся, — шепнут солдат, держащий верёвки Кальдура и прищурил глаза.
Ветеран легонько махнул длинным мечом в сторону Мерроу, боясь, что может попортить добычу и ещё не понимая, что она такое. Она легко ушла от удара сверху вних, широко шагнула вперёд и рубанула кулаком в скулу ветерана, и тут же отпрыгнула назад. Тот даже не отшатнулся, хотя удар для девчонки получился неслабый. Кожа на его лице треснула, брызнула тоненькая струйка крови. Ветеран схватился за щеку, словно ему дали простую пощечину и добродушно улыбнулся.