— Ясно, — выдохнула Суз, и ее черная перчатка скафандра крепко сжала коммуникатор.
Корсо вернулся в кресло, сел, пристегнул ремни. Доки на экране не стали ближе — челнок автоматически сохранял свое положение, не приближаясь и не удаляясь от пассажирских пирсов. По экранам бежала рябь. Где-то недалеко источник излучения, а возможно радиационной активности. Скорее всего, фонит сама станция после удара ядерной торпеды. Нужно уносить ноги.
— Системы, готовность, — сказал Корсо, положив перчатки на пульт управления.
— Корсо!
Он обернулся. Суз уже заняла свое место в соседнем кресле и теперь требовательно смотрела на него огромными голубыми глазищами.
— Что ты задумал? — резко спросила она. — Как собираешься забрать пассажиров?
— Ну, — сухо ответил Корсо. — Вломимся в док, откроем дверь и затащим их всех сюда. Атмосферу придется выпустить, поэтому мы тоже будем в скафандрах.
— Ясно, — бросила капрал и чуть прищурилась. — И чем ты собираешься взломать двери? Только не говори, что в этой штуковине есть оружие.
— Есть, — спокойно отозвался Корсо. — Это очень крепкий челнок старого образца. Рассчитан на посадку на планеты и подъем с них в условиях атмосферы. Неповоротливый, но крепкий кусок трубы, таких нынче уже не делают. Мечта контрабандиста.
— Но оружие на них не ставят, так? — настойчиво спросила Суз.
Флин, делавший расчеты на бортовом вычислителе, не ответил. Он быстро прогнал нужные программы и переключился на ручной режим. Потом обернулся к блондинке, сверлившей его взглядом.
— Ему не нужно оружие, — мягко ответил он.
Синие глаза распахнулись, в них заплескалось изумление.
— Корсо, ты больной ублюдок, — с ноткой восхищения выдохнула Суз. — Ты же не собираешься…
— Как пассажиры? — перебил Корсо.
Капрал опустила взгляд на коммуникатор.
— Готовы, — отрапортовала она. — Среди них бывший военный, он помог. На них аварийные скафандры, и все закреплены страховкой вдоль стен.
— Начинаем, — велел Корсо.
Он хлопнул по кнопке активации на поясе. Скафандр мгновенно стал жестким, шлем отвердел, отрезая контрабандиста от внешнего мира. Он бросил взгляд направо — Суз тоже активировала скафандр, и ее лицо было плохо видно сквозь прозрачное забрало шлема.
— Общий канал, — сказал Корсо. — Связь. Проверка.
— Слышно хорошо, — отозвалась Суз. — Связь установлена.
— Запуск систем, — объявил Флин и опустил руки на клавиатуру.
Левую он продел в небольшой штурвал ручного управления, правой оперся на панель с клавишами быстрого запуска заранее подготовленных программ. Да, это старая неповоротливая труба, но другого выхода нет.
— Старт, — коротко выдохнул Корсо и включил двигатели.
Челнок рванулся вперед, к сотам пассажирских пирсов. Первый импульс разогнал кораблик до нужной скорости, но на этом Корсо не остановился — на ходу выдал вторую часть программы. Сложная последовательность запуска маневровых двигателей сделала свое дело — челнок на ходу развернулся на сто восемьдесят градусов и продолжил движение к пирсу — уже кормой вперед. Презрев все инструкции по безопасности, Корсо активировал планетарный движок. Он знал, что сейчас из брюха челнока выдвинулся двигатель, напоминавший огромную бочку. Мощная и крепкая штуковина, способная преодолеть силу тяжести обычной планеты и вывести на орбиту и челнок, и его груз. Запуск такой штуки вблизи доков обитаемых станций, а тем более пассажирских пирсов, автоматически лишал пилота лицензии.
Корсо не видел этого со стороны, но знал, что движок выпустил ослепительную струю реактивной плазмы, превратившись в небольшой действующий вулкан, прикрепленный к брюху корабля. Челнок вздрогнул, замедлился. Корсо резко выключил двигатель, полыхнул маневровыми на носу, восстанавливая скорость движения, и снова врубил планетарку. Челнок дернулся назад, дернулся вперед, но расчеты оказались точны. Корабль, напоминавший обрезок трубы, изрыгавший ослепительное пламя, медленно, кормой вперед, подошел к полупрозрачным вратам пассажирского шлюза. Огненный хвост планетарного двигателя, превратившийся в пламенеющий меч, уперся в створки ворот. Те потемнели, пошли зыбкими волнами, плавясь от запредельных температур. Запас прочности у ворот, конечно, был приличным. Но Флин знал, если он продержит факел еще пару секунд, в створках прогорит огромная дыра. И не только в них.
Одним движением он вырубил двигатель — за долю секунды до начала масштабных разрушений. И врубил носовые, толкая челнок кормой прямо в размягчившиеся и истонченные врата.
Когда челнок задом врубился в ворота, Корсо швырнуло назад, а потом вперед, чуть не размазав о пульт управления. Скорость столкновения вышла больше расчетной, и если бы не страховочные ремни, пилотам пришло бы туго. Но ремни выдержали. Под жутковатое дрожание пола и скрежет, отдававшийся во всем теле, челнок медленно протиснул корму сквозь полурасплавленные створки пирса и застыл в них, как пуля, застрявшая в монете.
Корсо отрубил все двигатели, стопорнул корабль, включил парковочные магниты, хотя не был уверен, что им есть, за что уцепиться и резко обернулся.
— Суз, — гаркнул он. — Ты…