Роуз выжимал из корабля все, что могли дать самые передовые и экспериментальные технологии Союза Систем. Движки полыхали, пожирая энергию в аварийном режиме. Сопла почти захлебывались, пытаясь переварить мощь, влитую в них. Они швыряли тело корабля, стонущее от перегрузок, в пустое пространство, повинуясь командам капитана. Экипаж внутри распластался в пилотных ложах, пережидая перегрузки и надеясь, что кресла, предназначенные для такой работы, не дадут слабину.
Внезапное ускорение застало чужие корабли, оставшиеся позади, врасплох. Разведчик словно исчез с их радаров — выскользнув из зоны действия датчиков. И, конечно, тут же влетел в активную зону сканирования той самой крупной заварушки впереди.
Выжимая максимальную скорость, Алекс оскалился. Прямо передним громоздились туши огромных кораблей, вокруг которых вилась мелочь, напоминая мошкару. Все пространство между ними симуляция раскрасила в разные цвета, пытаясь визуально интерпретировать обмен ударами из различных орудий. Над ухом надрывался сигнал возможной атаки — корабль вели уже десятки сканеров, но Роуз продолжал набирать скорость. Он стал стрелой, пущенной из лука. И собирался пролететь сквозь мишень.
Да, между кораблями сейчас — сотни километров, тысячи. Огромные расстояния. Но на таких скоростях это все равно близко. Лететь вперед, это словно бежать сквозь толпу в супермаркете. Человеку не успеть отреагировать без помощи автоматических систем. Но они всегда оставались лишь помощниками. Могли что-то подправить или предложить. Решения, как и раньше, принимал пилот — в те доли секунды, что оставались у него.
Роуз бросил свой крохотный кораблик в самую гущу сражения. Тысячи километров слиплись в один ком, превратившись в заброшенную гоночную трассу из разбитых останков военной техники, сквозь которую Алекс и его компания летали на полной скорости, изображая из себя военных пилотов. Но теперь под ним не глайдер, а настоящий корабль.
Время для Алекса чуть замедлилось, как при выходе из прыжка. Секунды в черной пустоте, расцвеченной огнями взрывов, растянулись минутами. Черный наконечник копья обзавелся призрачным голубым хвостом выхлопа двигателей. Не дыша, с почти остановившимся сердцем, Алекс пустил свою стрелу в клубок огня.
КЛК влетел в самый разгар сражения на полной скорости — мелкий, быстрый, мечущийся из стороны в сторону, словно обезумевшая муха среди перестрелки портовых банд. Роуз остался в виртуальном пространстве, чтобы видеть полную картину происходящего, и теперь виртуальность полыхала вокруг него заревом, превращая сухие столбики цифр, полученные от датчиков, в красочные картины.
Вот он с разгона влетел в алую волну — зону действия датчиков ближайшего эсминца. Рядом, прямо перед лицом, полыхнула вспышка — луч заряженных частиц, направленный куда-то сторону, пересек путь КЛК07. Позади что-то взорвалось, в корму ударил разряд энергии и Роуз вздрогнул всем телом, ощущая повреждения корабля как свои собственные. Перед носом мелькнули алые и сини лучи чьих-то энергетических орудий, а впереди огненным цветком расцвел корабль, получивший в борт торпеду с ядерным зарядом. Его перегруженное защитное поле лопнуло, как искрящийся мыльный пузырь, открывая драгоценное содержимое вражеским выстрелам. Тут же в черный искореженный борт уперлись десяток световых лучей. В пространство огненными комьями полетел расплавленный металл, в центр впились несколько мелких пылающих синим торпед, и черная туша корабля лопнула изнутри, как перезрелая тыква.
Роуз был уже далеко — несся сквозь схватку под вой тревожных систем и громкий речитатив голосовой системы контроля повреждений. Пока их было немного — так, остаточные действия близких взрывов, радиации и энергетических полей. Все это неважно, пока можно лететь вперед. Конечно, на таких скоростях и речи быть не могло о том, чтобы уворачиваться от выстрелов. Лучевой удар и даже торпеда — это не камень, от которого можно увернуться. Алекс просто гнал корабль вперед, рассчитывая лишь на удачу и невероятную скорость.
— Ракетная угроза! — прорвался сквозь рев сирен голос Каджа.
Но Роуз видел и сам — кто-то пустил в резвую муху целый бортовой залп. Прежде чем капитан успел что-то сделать, Кадж выпустил встречный залп противодействия. Позади КЛК07 раскинулось целое поле взрывов, в которое попали вражеские ракеты. Большинство были уничтожены, некоторые детонировали сами, решив, что достигли цели, еще пара осталась висеть на хвосте, плотно вцепившись датчиками в сигнатуру двигателей Кляксы. Их скорость была сравнима со скоростью кораблика, но Роуз о них не беспокоился. Он приближался к решающей точке.
Там, впереди, находилось сердце этого сражения. Огромный клубок из военных кораблей, обменивающихся ракетными залпами и ударами лучевых орудий. Из него, подобно шрапнели, разлетались ворохом обломки и пылающие расплавленными бортами куски звездолетов. Прямо на глазах Роуза, один огромный корабль в виде плавника, окутало белое пламя. Из него, словно из звезды, выплеснулось пять жирных пылающих лучей. Они напоминали плазму, выглядели как пылающие огненные столбы в сотни километров длинной. Вернее, такими их нарисовал искин Кляксы, потому что не мог больше ни с чем сравнить мощность выброшенной энергии. Онемевший капитан увидел, что каждый выброс достиг своей цели. Пять больших кораблей Окры, не уступавших размером стрелявшему, но напоминавших вытянутые коробки, вспыхнули, словно спички. Столбы плазмы вспороли их как жестянки, выжигая изнутри. И тут же погасли, превратив противников врасплавленные угли. Сам корабль, нанесший удар, окутался таким же белым сиянием, пожиравшим, кажется, саму обшивку. То ли не выдержал мощности нанесенного удара, то ли…
Выругавшись, отвлекшийся Роуз глянул в сторону и направил корабль в самый центр боя. Он на полной скорости проскочил между двух фрегатов Окры, обменивающихся ударами, скользнул рыбкой сквозь стаю разлапистых корветов закариан. Потом пролетел впритирку к борту огромного черного корабля, напоминающего плавник рыбы. И тогда, за заревом взрывов и мерцанием полей, увидел то, к чему стремился. Туча подбитых, разломанных на части, кораблей, расходившимся от места схватки подобно волнам от брошенного в пруд камня.
— Захват, — крикнул Кадж, — захват!
Но Роуз видел это и сам. Системы тревоги КЛК07 словно обезумели — надрывался зуммер, речитатив искина захлебывался, а от самого Роуза в темное виртуальное пространство потянулись десятки красных лучей. Это были векторы возможного удара. Кто-то взял скоростной кораблик на прицел. И неудивительно — без опознавательных систем «свой-чужой» он в этой схватке был чужим для всех. Конечно, никто из людей и не думал целиться в эту мелочь. Но автоматика всех ближайших кораблей опознала его как «чужого» и среагировала соответственно. Теперь Роуз напоминал муху, попавшую в паутину из красных ниток, каждая из которых несла смерть.
— Маневр! — бросил он.
Первый же луч опалил корму корабля, заставив системы тревоги полыхнуть алым. Второй чуть не прожег дыру в брюхе, и КЛК07 заметно тряхнуло от внутреннего взрыва. Краем уха он услышал крики Акки о пожаре, но не мог позволить себе отвлечься — он увидел то, чего давно ждал. Ворох мелких импульсных ракет с одной стороны и рой торпед с ускорителями с другой. Метаться не было смысла — на дальней дистанции у него был шанс оторваться от этих штуковин, Клякса вполне могла поспорить с их маломощными движками. Но их пустили прямо в упор, они еще не выжгли топливо, идут с ускорением и плотно держат в прицеле юркий кораблик.
— Секунду, — пробормотал Роуз, пожирая взглядом свою цель — огромный комок космического мусора из разбитых кораблей, медленно удаляющийся от места основной схватки. — Секунду…
Ракеты и торпеды достигли цели одновременно. Роуз видел, как Кадж пытался дать защитный залп противоракет, даже пустил в ход кинетическую пушку, пытаясь обычными снарядами проредить смертоносный рой. Это не помогло — и не могло помочь, ракет и торпед было слишком много.
Когда они сошлись в одной точке, за один вздох до взрыва, Алекс резко сжал пальцы. Кораблик прыгнул вперед, выжигая собственные двигатели и генераторы в отчаянном рывке. В ту же секунду черный наконечник копья окутался тонкой, едва заметной призрачной пленкой. Защитное поле для гиперпрыжка — вот и вся защита, что у него была.
На месте корабля расцвел целый водопад огня — ракеты детонировали чуть раньше, сбив первую волну торпед, полыхнувшими следом. Это не было похоже на огонь. Это было похоже на шар света, постепенно расширяющийся, как сердце звезды. Это было последнее, что успел нарисовать искин для своего капитана.
Вскинув обе руки, Роуз вывалился из виртуального пространства и очутился в своем капитанском кресле.
— Режим тишины! — крикнул он, протянув руку и откинув крышку с панели ручного управления.
Нужные команды он успел отдать в тот же момент, когда погасло, истощив генераторы, защитное поле. Команда на отключение корабля прошла следом, секунда в секунду. Сначала отключились двигатели. Потом все генераторы и батареи питания. Погасли пульты, отключились экраны. Последним погасло аварийное освещение. Клякса в доли секунды превратился в груду мертвого железа, излучавшего только остаточную радиацию.
В темноте рубки воцарилась напряженная тишина. Искусственная гравитация тоже отключилась, и по рубке поплыла мелочь, раньше завалившаяся в углы. Пара оберток от батончиков питания, подозрительный комок пыли, листок бумаги и пара капель конденсата. В темноте лишь тускло светились шлемы экипажа, прикованного к креслам и затаившего дыхание. Независимые генераторы боевых скафандров, конечно, вырабатывали энергию, но Роуз надеялся, что на это не обратят внимания. Перестав дышать, он следил за столбцами цифр на забрале собственного шлема. Данные он вложил сам, системе лишь оставалось сделать расчеты. Его воображение капитана звездного корабля сейчас не хуже искина интерпретировало данные.
Вот безжизненный кусок железа, медленно кувыркаясь, судя по тому, как его вжимает в противоперегрузочное кресло, выплывает из шара огня. Двигатели не работают, бортовые системы не работают, щит пропал. Цель поражена — так должны воспринимать эту информацию чужие компьютеры. Следует переключить свое внимание на другие, активные цели. Или добить? Если сейчас будет второй залп они… Они даже ничего не почувствуют.
С носа Роуза сползла капля пота, медленно взлетела и мягко опустилась на забрало шлема, расплескавшись по расчетам скорости.
Вздох.
Второй вздох.
Они живы. Если расчеты верны, сейчас КЛК07, кувыркаясь, потеряв ускорение, медленно движется в сторону груды металлолома, бывшего когда-то военным флотом. Перед отключением Роуз, конечно, запомнил все данные. Вектор движения, расстояния до цели, скорость… Расчеты столбиками пылающих цифр плыли перед ним в кромешной тьме. Это полет вслепую. Даже не по приборам, нет, это только память и вычисления. И вместо виртуального пространства — твое собственное воображение пилота. Рисующего сейчас капитану картины страшной гибели корабля от столкновения с неизвестно откуда взявшимся обломком или запутавшейся в целях ракеты.