Это Грей. Александра Л. Грей.
Мое облегчение недолговечно, так как боль вгрызается мне в ребра, мой булькающий крик сопровождает треск ломающихся костей. Дэн опускается на колени рядом со мной и наклоняется ближе. Запах его тяжелого дыхания проникает в мои ноздри.
— Это еще не конец, — шипит он на звук удаляющихся шагов. — В следующий раз Грей не будет рядом, чтобы спасти тебя, и я выпотрошу вас обоих, как свиней, которыми вы и являетесь.
Я вздрагиваю, когда толстый комок слюны попадает мне на лицо, покрывая щеку теплой липкой пленкой. Выпотрошить меня как свинью? Я хочу записать звук, как я ломаю каждую кость в его теле, и слушать его, пока я четвертую часть его тела. Я хочу разложить его органы по всему рабочему столу и раздробить их кувалдой. Я...
— Спокойно, Тед, все в порядке, — шепчет успокаивающий мелодичный голос у моего уха. — Теперь я здесь. Он больше не сможет причинить тебе боль.
Мой разум все еще мечется, пока я пытаюсь замедлить дыхание. Мягкие пальцы стирают позор с моей щеки, успокаивающее прикосновение направляет меня на спину и позволяет восстановить контроль. Она всегда хорошо владела своими руками.
Я делаю глубокий вдох и жалею об этом, мое тело сжимается, когда резкая боль пронзает мой бок; несколько сломанных ребер, и, если повезет, ничего больше. Я открываю глаза и вижу озабоченность на лице Грей. Должно быть, я выгляжу дерьмово.
— Ты всегда так делаешь, Тед, — ругает она, озабоченность сменяется разочарованием, когда она протягивает мне руку. — Ты должен был дождаться меня. Ты же знаешь, что не должен все делать один.
Грей. Всегда хотела быть героем. Всегда хочет быть моим героем. Я вздрагиваю, когда она поднимает меня на ноги, и задыхаюсь от очередного приступа кашля. Когда я пытаюсь встать, мир кружится перед глазами. Я хватаюсь за рубашку Грей, чтобы удержать равновесие.
— Мне нужно попасть к ангару с топливом.
— Ты сейчас не в том состоянии, чтобы что-то делать.
Я смотрю на таймер и ругаюсь себе под нос.
— У нас всего восемнадцать минут до того, как погаснет свет. Пора тебе стать нашим героем. Ты готова?
~
Я отстал от графика. До топливного ангара осталось всего несколько минут, но я знаю, что мы движемся недостаточно быстро. Когти волочатся по внешней стене, с каждой секундой все громче и целенаправленнее. Они знают, что мы не успеем.
Но я должен попробовать.
Почувствовав себя более уверенно на ногах, я переключил свое внимание на текущую работу, отсоединив сопло от ближайшего бака и закрепив его на канистре с бензином. Я даю сигнал Грей отпустить клапан, уголки моего рта приподнимаются, когда поток топлива с фырканьем проходит через шланг.
— Мне нравится, когда ты улыбаешься.
Я краснею и отворачиваю голову, пытаясь сосредоточиться на топливе, наполняющем канистру. При всех ее достоинствах, она не умеет выбирать подходящее время.
— Знаешь, как только мы вернемся на электростанцию, я позабочусь о тебе как следует — сообщает она.
Мой разум борется с мыслью о теле Грей, прижатом к моему, с мыслью о страсти, разгорающейся в ее стальных голубых глазах, когда ее нежные руки исследуют мое тело. Мне нужно восстановить контроль над ситуацией. Мне нужно снизить частоту сердцебиения. Мне нужно, чтобы она сосредоточилась.
— Я думал, ты будешь заботиться о Зои.
На ее идеальном лице появляется выражение страдания, и я понимаю, что обидел ее. Это был дешевый удар, даже по моим стандартам, и я думаю, не зашел ли я слишком далеко на этот раз. Интересно, достаточно ли далеко я зашел?
Звук булькающего топлива подчеркивает неловкую тишину между нами. Грей закрывает клапан, и я начинаю ерзать, ожидая, пока из шланга вытечет последнее топливо, ожидая, что она что-нибудь скажет. Таймер показывает 15:35.
— Прости, Грэй, — шепчу я, закрепляя крышку и присоединяя шланг к баку. — Я не хотел, чтобы так вышло.
Взяв канистру, мы направляется к электростанции. Она не произносит ни слова. Я следую за Грей через двор, статические разряды прерывают гудение флуоресцентных ламп.
Этого не может быть, у меня еще есть десять минут!
Мерцающий свет привлекает всех во двор, низкие голоса требуют знать, что происходит.
Что не так с освещением, Тед?
Что ты наделал, Тед?