— Хорошо. А мне тебя как называть? Папа или отец?
— Могла бы хоть теперь не ёрничать, — серьёзно ответил Владимир Кириллович, и мне даже стало немного стыдно. Опустила глаза. Заметив это, добавил. — Как хочешь, так и называй.
— Хорошо… папа.
Босс неожиданно расплылся в широчайшей улыбке. Что ж, можно понять: единственная дочь вдруг признала своим родителем. Приятно же! Кстати, а вот интересно, я у него правда один ребенок, или есть другие? Не буду пока спрашивать. Вдруг у него много романов было? Одну наследницу нашел, а других ищет. Не моё это дело, потому промолчу.
— Вот и хорошо! — сказал Леднёв. — Карточка банковская ещё у тебя?
— Не успела сдать в бухгалтерию.
— И не надо! Оставь себе. Там лимита нет. Ну… в разумных пределах, конечно, — улыбнулся папа.
— А каковы они?
— Скажем… — он почесал висок. — Десять миллионов долларов нормально будет?
Я аж икнула от неожиданности. Во рту пересохло внезапно. Ничего себе сумма! Да мне, чтобы заработать столько, нужно пахать много лет, а тут вдруг…
— И я могу столько потратить? — спросила шепотом.
— Конечно, — серьёзно ответил Владимир Кириллович. — Ты же моя дочь.
— Папа, а можно вопрос?
— Конечно.
— Скажи, а я у тебя… одна?
— Насколько мне известно, да, — ответил босс и звонко рассмеялся. Это был смех счастливого мужчины, которой внезапно нашел своего единственного ребенка и теперь рад этому, а заодно и тому, что никто больше не претендует на звание наследника. У богатых ведь как? Стоит кому-то стать миллиардером, как внезапно обнаруживаются не только далекие родственники, но и «девушки, с которыми у него было». И требуют компенсации, алиментов и т. п.
Мы поговорили ещё немного, теперь уже о рабочих вопросах. Я не забыла спросить о новенькой, которую приняли на работу благодаря протекции Уварова.
— Что за новенькая? — нахмурился папа.
— Её зовут Елизавета, она из Захолустинска. Из той фирмы, куда нас отправлял Жираф, чтобы проверить, как работаю идеи на провинциальном уровне. Помнишь проект корпорации Tes Cott?
— Да, и что?
— Та девушка показала себя с очень хорошей стороны, а недавно приехала сюда, в Москву. Пришла к Уварову, тот помог ей оформиться к нам. Теперь она трудится в его департаменте, — пояснила Леднёву.
Он насупился ещё сильнее.
— То есть ты хочешь сказать, что он очередную свою… прости за слово, шлюшку на работу к нам притащил?
— Ну что ты! Елизавета умная, трудолюбивая, исполнительная девушка. С хорошим потенциалом, — ответила я. — Пусть работает на здоровье!
— У них роман? — поинтересовался папа.
— Наверное, — я сделала вид, что меня эта тема не интересует. Кажется, Леднёв угадал мою попытку скрыть истинные чувства.
— Хорошо, Лика, — сказал. — Пусть эта Елизавета работает, а там посмотрим. Мне главное, дочь, — он протянул руку и положил свою ладонь на мою, стало тепло и приятно, — чтобы ты была счастлива.
— Спасибо, папа, — ответила я.
Мы договорились, что с завтрашнего дня я оформляюсь в командировку, «а там видно будет», — подытожил Леднёв.
Вернулась в кабинет, сообщила Снежане, что завтра уезжаю в командировку. Только теперь без неё. Помощница опустила глаза, расстроилась.