— Мы…
— Мы.
Было больно. Так, что тишину Уэко разбил крик, полный агонии. Вблизи же можно было услышать треск костей и разбивающейся на осколки души. Он попытался использовать банкай, но меч выпал из дрожащей руки. Боль заполняла каждую клеточку. Его словно рвало на части.
— Нам…
— Больно.
— Хватит!
— Ичиго!
Куросаки ощутил, как его буквально отодрали от чего-то. По ощущениям было схоже с тем, словно кожу заживо сняли, забрав и несколько внутренних органов с собой. За красной пеленой он ничего не видел, а звуки доходили как сквозь толщу воды. Он чётко лишь слышал разгневанный рёв существа, и людские крики. Людские?
— Куросаки… идиот!.. Ты… слышишь?!.
— Потом… приведёте временного шинигами… Уходим!..
— Разве целью… не было?..
— Не было… уходим. Оно… разорвёт нас… Берегитесь!
— Они снова хотят разделить нас!
Ичиго ухватился за чью-то ладонь, пытаясь подняться, но его твёрдо удержали на месте. Он ощущал и улавливал восстанавливающимся слухом, что его пытаются защитить. Но… зачем? От кого?..
— Они забрали его!
— Они обнаглели…
— Забрали… кого?
Его вроде как тащили, и с каждым шагом гул в ушах становился тише, а рёв позади злее. Зрение чуть восстановилось, и Ичиго понял, что они в Готее. На мгновение он ощутил радость, которая быстро сменилась непониманием. Перед ним кто-то сел, и Куросаки с трудом узнал в этом постаревшем мужчине Ренджи. Друг похлопал его по плечу.
— Ты как?..
Ичиго попытался ответить, но из горла не вырвалось слов, лишь негромкое больное рычание. Он ощутил панику. Глаза Абараи изумлённо округлились.
— Твою… Эта тварь!
— Что случилось? — незнакомая шинигами приблизилась к ним, окинув его холодным взглядом.
— Он забрал его голос, или что-то подобное…
— Достойная награда за спасение, — прыснули рядом знакомым мерзким голоском.
— Куротсучи-тайчо, пожалуйста…
— Что «пожалуйста»?! Мы могли ещё сто лет назад заточить этого монстра, если бы не наш герой! А теперь оно ассимилировалось окончательно, приобрело иммунитет, ещё и украло у вашего рыжего друга голос, если ещё что не захватило…
— Там.
— Подожди. Уже близко.
Мысли текли как-то вяло… Ичиго с трудом успевал поспевать за смыслом чужого диалога, ещё и слыша чьи-то посторонние мысли. Он прикрыл глаза. Тело окутывала усталость.
— Эта тварь в Готее!