— Ника, — сверкнул он глазами в мою сторону, а потом добавил — Кирилловна. Я очень вас прошу не разглашать моё имя.
— Та ладно тебе Ратька, — улыбка всё ещё не сходила с моего лица. — Блииин, Ратибор Газинурович… а с виду русский, — придирчиво я осмотрела безопасника пытаясь найти в нём изменения.
— Ника, — уже даже отбросив всю официальность.
— Ок. Ты забываешь о нашей сладкой парочке, — при этом я слезла с кровати, и обняла обнаженный торс Макса, ощутив, как его тело напряглось под моими руками. — А я забываю, как тебя зовут.
Причём я должна отдать должное своему телохранителю. Он так и остался стоять по стойке смирно, видимо поборов желание меня придушить. А может и планировал устроить мне несчастный случай.
— Хорошо, — согласился со мной Миронов. — Но ты должна понимать, что рано или поздно ваши отношения заметят, — он кинул предостерегающий взгляд на Макса.
— Ратибор Газинурович, — подался вперёд, но так и не выбрался из моего захвата бедный охранник. — Я хотел пояснить…
— Забей, Масянь, — перебила я парня. — Тебя сейчас нужно собраться и сгонять до Стасика за Надюхой.
Макс всё же не выдержал и зарычал в мою сторону. А я, погладив скульптурные кубики его пресса, приподнялась на носочки и, чмокнув его в щеку, пропела:
— А будешь на меня рычать, скажу Алексу, что беременна от тебя, — бедный Максик тут же побледнел, а Миронов вообще поперхнулся слюной. И за сердце схватился. — Ладно, я дальше спать, а вы тут давайте не шалите. И да Макс, не забудь, ты едешь за Надей.
И грациозно виляя бедрами, покинула компанию двух охранников, чувствуя прожигающие взгляды мужчин.
Отомстил ли мне Макс?
О-да. Эта зараза мне отомстила. Он привёз Брянову к нам, с невинным видом, типа девушка сама попросила. О сне пришлось забыть, несмотря на то, что у меня сегодня ночное дежурство. Я сидела на своей кровати и тупо пялилась на наматывающую по моей комнате круги Надю.
Ещё неделю назад я пришла к выводу, что мне нужен хороший психолог. Просто между работой и допросами следователей, времени как-то не было. А сейчас смотря на Надю, что металась, не зная как ей быть, решила, что нам бы вдвоём к этому самому психологу сходить не мешало.
На днях как раз возвращается Алекс с Аней, и я обязательно узнаю, к кому она ходила. Как раз у этой женщины к Ильеву свой негатив имеется, и она меня убедит, что я поступила, правильно пристрелив этого гада.
— Нииик, — протяжно завыла Надя, падая на мою кровать. — Ты меня совсем не слушаешь.
— А что, за два часа хоть одна буква в тех двух предложениях, что ты произносишь, изменилась?
— Вот представь на моём месте себя, а на месте Тито Алекса, — умоляющими глазами посмотрела она на меня.
— Не могу. Меня совесть будет мучить, если я уведу мужа у беременной сестры. Вот не будь она с таким багажом, то легко.
— Неужели тебе не больно от того, что он её обнимает, целует, не только в губы, а всё её тело…
— Стоп, — выбросила я ладонь правой руки вперёд. — Не надо, а то меня вырвет от таких подробностей. И на твой вопрос мой ответ: — НЕТ! Мне максимум противно будет, но я не заморачиваюсь такой хернёй.
— Чем старше ты становишься, тем черствее, не замечала? — поделилась своими наблюдениями подруга.
Нет, не замечала. И по мне так я всегда остаюсь сама собой. Подстраиваться под кого-то не вижу смысла. А если я и нужна кому-то, то пусть терпит меня такой, какая я есть.
— Нет, Надь, просто я не ною, а действую. И если и когда-нибудь и опускаю руки, то уже с чистой совестью, что я пыталась.
Надя тяжело вздохнула. И таким обречённым вздохом, типа она уже натворила столько, что жизнь закончена. Знала бы она все мои выходки. Удивительно, как это родители ещё не в курсе всех моих проделок, и я не оказалась за границей, в какой-нибудь школе интернате для девиц.
— Я ведь то же действовала, но Тито даже замечать меня перестал, — печально прошептала она.
— Он просто воспользовался предложен телом. А потом когда это тело надоело, культурно его послал, — ехидно припечатала я. — Блин, Надь, ты взрослая деваха, с красивой фигурой и не обделённая внешне. Живи в своё удовольствие, — развела я руками.
— А ты до фига в своё удовольствие живёшь? — приподняла свои брови цвета тёмного шоколада она.
— Знаешь, Надь, все твои беды от безделья. Найди работу, и страдать от ерунды времени не будет. И удели побольше внимания Стасу. Тебе ведь понравилось.
— Пропадать как ты среди всех этих больных людей? — поморщилась Надя. — А что до Стаса, да ему целый штат домработниц нужен, что бы в квартире более или менее приемлемый порядок навести.