— Имдико, ты такой же преданный, как и рассказывала Бриэль.
— Удивительно, как он ещё не разжевывает еду для меня, — заворчала Бриэль.
Пана поморщился. Он сел по настоянию Марьям на место, которое она для него расчистила, и старался выглядеть невозмутимым.
Бриэль всё поняла и с виноватой улыбкой похлопала его по руке.
— Спасибо за заботу, Пана. Пока что мне ничего не нужно.
— Если кто-нибудь хочет, у меня есть сок из ягод гоза, — предложила Марьям. Когда они тихо поблагодарили и отказались, она решила перестать суетиться и широко улыбнулась. — Я закончила подарок для твоего ребенка. Хочешь посмотреть?
Бриэль взвизгнула, подпрыгивая от возбуждения. Пана не мог не сравнить ее пронзительное верещание со сдержанной радостью Марьям, но подавил критикующие мысли, прежде чем они успели полностью сформироваться.
— Пожалуйста! — прокричала Бриэль, кипя от энтузиазма. — Я с ума схожу от нетерпения с тех пор, как ты намекнула на подарок.
Усмехнувшись, Марьям встала и вышла из комнаты. Ее приглушенный голос донёсся из приоткрытой двери.
— Я убрала его в шкаф, чтобы вы не увидели его слишком рано. Ой! — Звук чего-то падающего последовал за ее словами.
Пана поднялся.
— У вас всё в порядке? Вам не нужна помощь?
— Я просто уронила пару вещей. Оставайтесь на местах, мне нужна еще минутка.
Пана снова сел, одновременно почувствовав облегчение и разочарование, что не может проследовать за ней. Чтобы скрыть свое замешательство, он начал светскую беседу:
— Ты произвела на нее сильное впечатление, моя матара.
— Это взаимно! Чего бы я только не отдала за её силу духа!
Пана понимал, что стоит приубавить его любопытство к завораживающей Марьям, но ничего не мог с собой поделать.
— Что ты имеешь в виду?
Бриэль встала и пересекла комнату. Она взяла плюшевое создание с единственной незагроможденной полки, видимо, какое-то животное. Она прижала его к груди, как ребенка.
— Марьям знает боль и страх калкорианских женщин. Все её беременности заканчивались выкидышем. Из-за этого муж бросил её ради другой женщины.
Пана с ужасом уставился на неё.
— Как он мог так поступить с ней и назвать себя мужчиной?
— Судя по немногим рассказам, её муж был эгоистичным мужланом. Марьям отложила учебу, чтобы заработать и он мог защитить свою степень. Она надеялась стать врачом. Однако забеременела на первом курсе медицинской школы, и муж настоял, чтобы она снова отложила образование. Эта игрушка была предназначена тому ребенку. После него она потеряла с полдюжины.
— Полдюжины. — Сердце Паны болело за Марьям. Забавное маленькое существо, которое держала Бриэль, теперь уже не выглядело таким смешным. — Она так и не вернулась в школу? Почему она не могла совмещать беременность и учёбу? Я в замешательстве.
— Помнишь, Келс рассказывал нам о земных женщинах? В первую очередь они должны быть матерями и женами и только во вторую — людьми. Поскольку муж Марьям очень хотел иметь детей, она откладывала свою карьеру, чтобы сделать его счастливым. В конце концов он все равно ее бросил. Она так и не вернулась к учёбе.
— Хватит. Меня начинает подташнивать от этой истории, — что Пана буквально имел в виду.
— Разве это не ужасно? И все же она делает красивые вещи для чужих детей, хотя и смирилась с тем, что у нее не будет своих. Вот что я имела в виду, когда пожелала её силы. Я никогда не знала никого, похожего на нее. — Бриэль вернула на полку плюшевую игрушку. Вытирая глаза, она вернулась и села рядом с Паной. — Меня раздражает твоя суета, но я ценю тебя, мой имдико. Марьям напоминает мне о том, как мне повезло с кланом. Даже если бы мы могли расстаться, ты бы не бросил меня, потому что я не могу дать тебе здоровых детей.
Нет, не бросит. Возможно, он обнаружил в себе неподобающее увлечение Марьям, но Пана не поддавался бы ему. Бриэль была частью его клана, и он бы перевернул всю галактику, чтобы их отношения заработали.
Он взял ее руку в свою и поцеловал тыльную сторону, улыбаясь своей матаре.
Пана ненадолго задержал свое внимание на Марьям, вернувшейся с красиво завернутыми подарками. Он с радостно наблюдал за восторгом матары, которая с волнением разрывала пакеты.