И не нагонял страху, как все эти человекоподобные твари.
Через пару минут Сэди оставила картины в покое и вновь огляделась по сторонам.
Увязавшаяся за ней рыжая собака сразу же по приходе растянулась на полу и теперь лениво следила, как она бродит по помещению. Похоже, единственным современным приспособлением здесь был ноутбук на столике в углу. Даже телефон представлял собой древнюю модель с наборным диском.
Девушка подняла трубку и послушала гудок, затем положила трубку на рычаг. Звонить все равно некому. Никто не ждет от нее вестей — пожалуй, кроме Эйлиссы, самой старшей из приемышей родаков. Вот только позвонить ей не получится, потому что у Эйлиссы, как и у самой Сэди, телефона нет. Отвечать на звонки в доме разрешается только Реджи да матери, Тине.
Тут псина подняла голову, и девушка повернулась к вошедшей Эгги.
Старуха, несомненно, личностью была интересной, но в то же время странной и даже немного жутковатой. Как и ее жилище. И откуда только Эгги прознала, что она себя кромсает?
— Это вы рисовали? — поинтересовалась Сэди.
Старуха кивнула.
— И ваши картины покупают?
— Что, пришлись не по вкусу? — улыбнулась Эгги.
Девушка решила, что обороты лучше сбавить. Чего доброго, старая леди еще обидится да вышвырнет ее на лоно дикой природы.
— Ничего подобного я раньше не видела, — отговорилась она.
— В этом ты не одинока, — ответила Эгги. — Другим от моих картин тоже не по себе. Впрочем, неважно, как на них реагируют. Мои работы не продаются. Каждая из них — частица изображенного на портрете человека или кого иного, а как же можно продавать частицы своих друзей?
Сэди тут же вспомнила разговор во дворе.
— Так это типа ваши знакомые? И что, именно так они и выглядят?
— Когда им того хочется.
— Так на них не костюмы?
— Нет. А теперь сядь-ка вон там, — Эгги махнула на стул за кухонным столом. — Я хочу осмотреть твои порезы. Вытяни руки на столе.
Девушка замялась, внезапно почувствовав себя крайне неловко.
— Не мне тебя судить, — успокаивающе заговорила старуха. — Мне не нравится, что ты вытворяешь с собой, но решать только тебе, продолжать и дальше этим заниматься или остановиться.
Сэди сунула руки в карманы джинсов и стиснула рукоятку канцелярского ножика, который всегда носила с собой.
— Кажется, я не могу остановиться, — неожиданно для себя призналась она.
— Возможно, теперь тебе будет проще, поскольку худшее уже позади. И еще тебе поможет, если ты сосредоточишься на чем-нибудь другом.
— Типа учебы?
— На чем угодно, что тебя отвлечет.
— Вот косячок пришелся бы весьма кстати.
— Об этом даже не думай, — отрезала Эгги.
«Ну а как же иначе», — раздраженно подумала Сэди. Ох уж эти старики!
— На самом деле я не очень-то и уверена насчет возвращения в школу, — заговорила она. — Я согласилась, лишь бы Стив заткнулся. Он целое утро нудел, что в его время все было по-другому. Не окончив среднюю школу, можно было и приличную работу найти, и в жизни неплохо устроиться. А сейчас, дескать, даже образование ничего не гарантирует. Но без него точно ничего не достигнешь.
Эгги принялась возиться за длинным столом возле раковины, девушка тем временем устроилась на стуле.