Одиссея Грина: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Нет! Н Е Т!!!

Демон опять расхохотался. Просмеявшись, он сказал:

— А вы поверите мне, если я скажу, что все мои слова — просто ложь?! Чистой воды ложь! Все, все, что я рассказывал вам, ложь с самого начала! А может, и не с самого начала… А почему нет? Вы мне здорово надоели! И что, в конце концов, есть истина?

У Калла чесались руки убить его. Калл совсем обезумел.

Федор тоже. Он схватил демона за горло и начал душить. Лицо у Федора было почти таким же красным, как у демона. Калл встал, покачнулся и попробовал наступить демону на лицо. Он хотел ощутить, как под его ногой будут ломаться кости, расплющится нос, вылетят зубы, вытекут глаза, лопнут барабанные перепонки.

Раздался такой звук, будто переломили пополам гигантское дерево. Калл замер. Он с трудом понял, что часть туннеля оторвалась.

Кусок туннеля покатился с холма. Его содержимое — Федор, Филлис, он сам, демон, каменные статуи, каменные головы, голова X. — катилось вместе с ним. Все быстрее и быстрее катился туннель, снова и снова его обитатели скользили и падали. Калл не мог понять, как их не раздавило каменными статуями. Но идолы, не раздавили их, хотя один прокатился так близко, что оцарапал Каллу плечо. Тело Калла сплелось с телом демона, и тот так крепко обхватил его руками, что Калл чувствовал себя беспомощным.

— Эх, ты, красавчик, — шипел ему в ухо демон. — Этот мир — Ад. И он сверхъестественен! То, что ты видел из своего окна, только иллюзия, чтобы ты продолжал искать правду и выход отсюда.

— Все это ложь, — продолжал шипеть он. — Одна ложь, но среди нее и доля правды, конечно, есть.

Послышался треск, и туннель прекратил крутиться. Демон оторвался от Калла, и прежде, чем он успел прийти в себя, демон напал на него. Он схватил Калла и начал его лупцевать.

Калл в тот момент был слишком поражен всем происходящим, чтобы чувствовать боль. Но потом нахлынула такая боль, что он едва мог переносить ее.

— Каинова печать! — кричал демон. — Знак Сатаны! Или что там у тебя есть! Поцелуй от меня своего дружка, искателя X.! Скажи ему, что X. все еще жив, что X. даст ему прощение, если он найдет его! Ложь! Ложь!? Может быть! Пока! Бывай, братец!

Завывая по-волчьи, он бросился из туннеля и побежал к пустыне. Но далеко он не ушел. Перед ним вдруг открылась трещина, она пробежала по пустыне молнией, зигзагом. Она расширялась, от нес отходили маленькие трещины. Одна из таких открылась под ногами у демона. Тот вскинул руки, попытался свернуть, но у него не хватило ловкости, и он упал. Его пасть распахнулась в беззвучном крике — из-за грохота крика нельзя было услышать. Его тело сверзилось в трещину, только ноги дрыгнули в воздухе.

Сразу же после этого туннель наклонился вперед, очевидно, попав на гребень волны, бегущей через пустыню.

И тут кусок туннеля вдруг снова покатился. Теперь это был уже не туннель, а труба, цилиндр. Но вращалась она не так уж быстро, и три ее обитателя перебирали ногами, как белки в своем колесе, чтобы сохранить вертикальное положение.

Но они не могли угнаться за вращением, ноги становились все тяжелее и тяжелее. Наконец они упали и начали вращаться вместе с трубой. Труба поднимала их только для того, чтобы опять уронить.

И вдруг она с грохотом остановилась.

Несколько минут они не могли подняться, только стонали и всхлипывали. Но вот Калл встал и, задыхаясь, сказал:

— Нам надо избавиться от этих статуй. До сих пор нам везло. Но если нас начнет крутить опять, — а ведь обязательно начнет, — нам может больше не повезти.

Филлис продолжала лежать, всхлипывая, но Федор поднялся. Весь он был в царапинах и кровоподтеках, а лицо стало сплошной красной массой. Калл знал, что и он выглядит не лучше, и хорошо понимал, каких усилий стоило маленькому славянину подняться: его собственные мышцы тоже ужасно болели. И все же он заставил себя пойти и выкатить статуи из трубы. Тяжелые и угловатые, они катились плохо-, их приходилось долго раскачивать. Они вконец вымотались, пока тащили первую статую. Это было изображение существа с огромным телом и головой крокодила. Его длинная морда выпирала под прямым углом и не позволяла просто катить идола. Каждый раз, когда морда упиралась в пол, им приходилось поднимать тело, используя челюсти как рычаг. Затем верхняя челюсть с грохотом падала на пол. К счастью, им пришлось проделать это только три раза, потом они достигли конца трубы.

Бледные, задыхающиеся от усталости, они стояли и смотрели друг на друга. Ни один не хотел первым возобновлять работу.

— Еще две осталось, — наконец выдавил Калл.

Он выглянул из трубы, надеясь найти какое-нибудь другое убежище, из которого не надо будет выкатывать тонны камней. Такое, чтобы было закрыто хоть с одной стороны, такое, чтобы не катилось от малейшего толчка. Такое, в котором можно спокойно сидеть и чувствовать себя в относительной безопасности…

То, что он увидел, поразило его. Та же сила, что заставила вращаться их трубу, оторвала огромные куски от скал и сбила их в огромные кучи. Их цилиндр остановился как раз на вершине одного такого новоявленного холма. Под ними лежали ряды и ряды огромных холмов из песка, земли и осколков камней, все это смешано с обломками металлических труб и кусками гранита, базальта, мрамора, которые лежали некогда в строгом порядке и слагали огромные здания. Даже те здания, которые были высечены из цельных глыб камня, лежали как попало: одни на крыше, — другие на боку, третьи — наполовину провалились в трещины.

Повсюду валялись изуродованные тела демонов и людей. Каменные деревья были с корнем выворочены из земли или с террас зданий. Некоторые из них были переломлены пополам.

— Отчего все это? — прошептал за спиной Калла Федор.

— Что вызвало конец света?

— Что-то замедляет вращение нашей раковины, той, что формирует поверхность нашего мира, — сказал Калл. — И каждый раз, когда вращение замедляется, песок и камни на поверхности начинают скользить по инерции. И образуются вот такие холмы. Трение масс песка и камней друг о друга вызывает сильный нагрев. Ты заметил, что стало жарче?

И верно — все они истекали потом. Кроме того, он заметил, что кто-то, а может, и все втроем покрыли внутренность цилиндра испражнениями. Немудрено — ведь они пережили такой ужас!

— Давай уберем эти статуи, — сказал Калл. — Вращение может снова замедлиться, а может, наоборот, ускориться. Бог знает, что еще может произойти.