Миша хитро щурит левый глаз:
- А ты уверен, что никогда не играл эту мелодию?
- Он даже нот не знает, - вступается за друга Лёша.
- Давайте ещё раз проверим... Чтобы наверняка... Денис уже что-то наигрывает, обрывает мелодию, начинает другую.
- Завтра проверим. Я устал.
И не хочется ничем нарушать эту усталость, эту умиротворённую опустошённость.
Денис, конечно же, ещё пробует возражать. Настойчиво упрашивает: "Ещё одну мелодию". Но Данила непреклонен.
Так что придётся Денису подождать до завтра. А сегодня они, конечно, ещё немного порепетируют, а потом начнётся самое интересное - в первую очередь для Лёши.
- А кто у нас самый старообразный? - бросит он, многозначительно косясь на Дениса. Клавишник, и правда, тянет на все двадцать - высокий, мускулистый, с тёмными бакенбардами.
- Думаешь, ты выглядишь моложе? - огрызается Денис. - Иди за водкой сам, алкаш!
И Дэн по-своему прав. Задумчивый вид и редкая щетина не то, чтобы очень взрослят Лёшу, но в сочетании с длинными светлыми волосами и неполными семнадцатью годами придают ему какой-то отрешённый и немного нелепый вид.
- Идите вместе, - решает Миша. - А мы с Данилой молодые ещё, мы здесь останемся.
От C2H5OH Лёша всегда немного веселеет, но ненадолго. Потом начнёт занудствовать опять, и уже никто и ничто не заставит его замолчать.
Первым уходит домой Миша. Почти трезвым. Сразу видно, из приличной семьи. Не то, что некоторые, которые готовы весь день глушить водку из немытых пластиковых стаканчиков и разглагольствовать о том, что жизнь - дерьмо. А если даже и так, сколько можно об этом повторять? Хватит! Достал! Последний тост - за весну. Денис уходит, хлопнув дверью.
Я разбиваю свет фонарей, потому что я разбиваю свет фонарей, потому что...
Ночь опять нагрянет незаметно.
Равнодушная грусть фонарей. Зажигается каждый вечер, чтобы снова погаснуть на рассвете.
- Ты думаешь, я просто так пью? Потому что мне хочется выпить? Ошибаешься, Даниил.
- И почему же ты пьёшь?
Фонари освещают тихие улочки, и небо смотрит вниз миллиардами мерцающих звёзд. В весеннем воздухе - предвкушение счастья. Его так легко подхватить, как простуду. И Данила уже болен предчувствием чего-то огромного, сверкающего. Но, кажется, у Лёши стойкий иммунитет против этого вируса.
- Я пью, потому что не могу избавиться от депрессий, - заводит Лёша любимую пластинку. - Я пытаюсь казаться весёлым, но мне становится хорошо, только когда выпью. А потом опять... И во всём виноват этот город!
Лёша с вызовом окидывает пьяным взглядом плеяды зажигающихся окон. - Ты только посмотри, как мы живём? Суета, иллюзия - и больше ничего.
- У тебя есть ещё музыка, - приводит Данила веский довод, провожая рассеянным взглядом уносящиеся вдаль фары автомобиля.
- Музыка... - эхом повторяет длинноволосый и продолжает в том же духе. - Ты никогда не задумывался, почему на небе столько звёзд?
- Наверное, со стороны мы выглядим, как пьяные придурки, - не безосновательно предполагает Данила.
- Я не пьян. Я просто хочу пообщаться с живым человеком. Ты только посмотри, как живёт большинство людей. Едят, спят, рожают детей и больше ничего им не нужно. Они думают, что живут, но на самом деле они - мёртвые. Обыватели. Ну почему никто не думает о главном?
Данила молчит, и Лёша сам отвечает за него.
- Музыка? Ты сказал "музыка"? -(Вот и Лёшин дом, рядом с магазином "Продукты". Наконец-то! Даниле - направо, на улицу 8 Марта).
Данила останавливается у "Продуктов", но Лёша не излил ещё душу до конца.
- Что-то мне не хочется идти домой. Пройдусь с тобой немного...