Сказительница: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Папа назвал меня так, потому что ему было явление Всесветлой. Она поведала, что благодаря мне магия на Гардариан полностью восстановится, но до поры до времени дочь нужно хорошенько спрятать. Поэтому родители и увезли меня в мир с непризнанной магией. Но никому не рассказали в какой именно — так было велено сделать. Отец даже записал своё пророчество словами, не называя имён. Такой текст завернул — загадка на загадке. Мне обещали показать его позже, когда магия станет стабильнее. И хоть меня и искали после смерти родителей, но так и не нашли.

Немного поговорили о том, как и где они погибли, и, оказалось, что к этому тоже приложил руку этот самый Жрец. Или один из них. И бог Тьмы — Кардос. Я тут же поклялась памятью родителей, что отомщу им, как только выучусь. Троица сразу побледнела и сказала мне никуда не спешить, может они другой способ борьбы придумают. И ничего не делать самостоятельно, без согласования с ними. Я пообещала.

Потом мы беседовали о том, как подготовить душу и тело к посвящению. Там всё стандартно для эльфов, но не драконов: тяжелую пищу не есть, поститься на фруктах, пить много воды. И постараться быть в равновесии хотя бы сутки до этого.

Я рассказала, что плотно покушала, меня убедили, что дело терпит и можно даже послезавтра его пройти, если я не слишком спешу в Зачарованный замок на учёбу. Я поразмыслила и решила, что небольшие каникулы в эльфийском лесу заслужила, опять же, учителя рядом. Беседуя, мы переместились в сад, выйдя туда через секретную дверь за родовым древом правителей, царственно украшавшим два золотых трона.

Мы всё ещё гуляли по красивым, изысканно переплетённым дорожкам в саду, когда внутри дворца вдруг что-то лязгнуло, кто-то из слуг завизжал, а наша тайная дверь с грохотом распахнулась. Я вздрогнула. На меня смотрели сумасшедше опасные, горящие гневом глаза дракона.

Глава 43. Виндорр в гневе

«Р-р-р-р, ненавижу бегать её искать! И ведь совершенно не получается жить как-то по-другому! Она не оставляет мне выбора! Прикорнул-то на пару минут, а её — неделю лежавшую пластом — уже и след простыл! Ну это надо же, какая прыть!

Я слишком зол, мне нужно успокоиться, сесть помедитировать, пока мой огонь не взорвал здесь всё. Ом-м-м-м! Гр-р-р! Нет, видит Мать Драконов, я старался! Никакая медитация не поможет, когда я точно знаю, что моя пара сейчас растеряна, недоумевает и даже немного паникует! Пора бежать к ней!»

Вин шёл, почти мчался по следу — едва уловимому аромату волос любимой. А сердце всё ярче и яснее натягивало нить в её направлении. Он стремился к ней уже не по наитию, а чётко видя пульсирующую жилку их связи.

По дороге столкнулся с Дириниэлем — тот только вернулся с учёбы и ещё не беседовал с беглянкой. Расставшись с ним у столовой, маэстро мельком бросил, что они с Тин присоединятся чуть позже. Дракона немного напрягло то, что след вёл к тронному залу. Но когда внутри его шаловливой пары не обнаружилось, он чуть не помешался и рванул напрямую, доверяя ощущениям. Нашёл за троном какую-то секретную дверь, напугав своим напором проходящую служанку, и выбежал в сад.

На него тут же уставилось четыре пары эльфийских глаз. И сколько бы его зверю не казалось, что Тин именно дракайна, её кровь эльфийской сказительницы упрямо твердила обратное.

Черноволосый дракон остановился как вкопанный: «Как же она похожа на прадеда и даже на Властителя с его супругой! А ведь породнились они после её рождения! Хотя какая разница, она всё равно принадлежит ко второму наследному дому. Ну да, ушки у них, конечно, совсем не эльфийские, оно и к лучшему, проще прятать. Но стать, грациозность, огромные миндалевидные глаза, хрупкость и какая-то душевная тонкость — несомненно, в ней именно от них.

А её мать же была на четверть сказительницей? А отец лишь на четверть драконом. Исходя из простой математики, в Тин всего поровну. И обе её грани проявлены, несмотря на то, что дракон её отца даже не вылетел, а сказители в них обоих так до конца и не пробудились. Интересный расклад. Явно без вмешательства высших сил не обошлось, не похоже это на случайность!

И что же со всем этим знанием делать мне? Ведь ей явно светит множество испытаний и приключений, а вспоминая о пророчестве, так и вовсе. И я хоть и готов всё пройти за неё, но спрятав жену в родовом замке, всё равно не смогу победить зло в одиночку. Да и она мне этого никогда не простит! Её сила уникальна, придётся это признать. Но без меня она тоже не справится. И ещё столькому важному нужно научить мою хрупкую пару.

К тому же, несмотря на гнев зверя, постоянные медитации и попытки не придушить её, мне важно, чтобы она не просто была в безопасности. Но также и доверяла мне, а не закрывалась, как перед похищением. Я хочу всегда слышать её, чтобы никогда больше не потерять своё сердечко. Ох, она из меня веревки вьёт своими океанскими глазами. Вот что за чертовка!»

***

Тин

Драконище громогласно ворвался в сад и завис. Таращился на всю нашу честную компанию, долго мной в открытую любовался и молчал. Я его не торопила: авось успокоится за это время. Хоть и все правила приличий он уже нарушил. Что поделать, это мой маэстро, он такой. Придётся моей новой семье потихоньку привыкать к подобному кадру. Отправила ему — издалека так — смягчающего звучания, обнимая всей душой.

Переглянулась с Тилинириэль и уточнила у неё:

— Простите, майстрисса, а где здесь можно полетать и попрактиковаться? Мы с маэстро Виндорром давно не занимались щитами и прочими техниками, а мне бы голову проветрить перед предстоящим посвящением.

— Посвящением? — подозрительно зыркнул Вин.

— Я чуть позже всё расскажу, — мягко выдохнула в ответ и снова повернулась к Её Светлейшеству.

Она заявила, что лес и горы в нашем распоряжении, и всё закрыто защитным пологом — хоть улетайся. Я радостно потёрла ручки, вежливо со всеми распрощалась, обещая, что мы вернёмся к обеду, и потопала к лесу, махнув в сторону Виндорра уже почти распустившимися волосами и рукой.

Он же почти оттаял, так что тоже раскланялся и

крался за мной как дикий зверь на охоте. Я спиной чуяла весь коктейль его эмоций и наслаждалась этой близостью и открытостью, хоть немного и шалили нервишки.

Как только мы отошли достаточно далеко, я повернулась и — аккуратно так — заглянула ему в глаза. И тут же пропала.

Смотрю в самую глубину его души, а сердце обливается кровью: как же он переживал за меня, как испугался! И не понарошку, а по самому, что ни на есть, настоящему! Он боялся никогда меня больше не увидеть, клял себя последними словами и всё равно в итоге понял, что меня не запереть, что я — вольный ветер. Как же это чертовски приятно!

И, ощущая глубочайшую веру в моего дракона, я распахиваю ему в ответ свою душу, чтобы поскорее смыть с себя остатки недоверия и боли, обиды, да той непрошеной тоски. Безграничная любовь омывает сердца, распахивая их ещё глубже, навстречу друг другу. Я растворяюсь в этом потоке каждой своей клеточкой, всей собой. И ощущаю, что он также полностью присутствует в этом слиянии.

Наши источники переплетаются и обмениваются силой. И в этом Вин полностью восстанавливается от своих тревог и восполняет многие часы сна. Я же получаю истинное наслаждение и купаюсь в его восторге.

В какой-то момент наши драконы в один голос издают оглушительный рык, и мы отмираем. И, улыбаясь друг другу, одновременно меняем ипостась.