— Пока ничего, но если ты не приедешь, то точно случится какая-нибудь жопа.
— Ты где?
— Я у твоего подъезда стою. Может съездишь со мной? — спросил Макс.
— Сейчас выйду.
Я аккуратно открыла замок, чтобы никого не разбудить, подхватила куртку с сапогами и выскочила на площадку. Осторожно закрыла за собой дверь, натянула сапоги, всунула руки в рукава куртки и понеслась вниз по лестнице. “Патрик” Макса стоял почти у самого подъезда и я сделала три шага, максимум четыре, перед тем как забралась внутрь машины.
— Привет, сорян, что так дернул, — виновато произнес Макс, но мне было не до его извинений.
— Что случилось? И только правду! — выпалила я.
— Да ты так не переживай… Ладно-ладно! — Клейстер сразу понял, что его вряд ли начнут сверлить взглядом просто так, вырулил с тротуара и почесал затылок.
— Ну!
— Короче, я хз что там у вас произошло, и Филыч нихрена же никому не рассказывает, но с катушек явно поехал с этого. Приехал в клуб и сперва вроде все норм было. Посидели в студии, а потом пошли вниз и он там с челом одним на лестнице закусился.
— Сильно?
— Да не. Мы его оттащили с охранником, да и парень без претензий. Мол, бывает. В общем тут все норм, Фил даже вроде как извинился, а вот дальше… Короче я его Дену сдал под присмотр и отошел до туалета, а когда вернулся, то Фил уже куда-то усвистал. Я думал, прибью нахрен сперва Дена, а потом и Фила, а он оказывается на танцпол свалил и там быковать начал. Рит, может ты с ним поговоришь, а? Он же реально на пиздюли нарывался. Там шкафина такой, что втроём хер успокоишь! Мы этого камикадзе от греха подальше скрутили и в студии заперли с бутылкой вискаря, но, сама понимаешь, выжрет и потом опять за приключениями поломится — никакие двери не удержат. Я, конечно, Стаса поставил на шухер, только ему тоже не в кайф с боссом закусываться. Фил же, когда выберется, его сразу уволит, а у мужика малой недавно родился. Ему без работы никак. Поговори ты с ним. Если поругались или накосячил где, так ты его извини. Лады? Давай я за него извинюсь? Хочешь? Рит, ты чего?
— Ничего, — отмахнулась я, отворачиваясь к окну. — Ресница в глаз попала.
Разве могла я подумать, что начнется такая заваруха из-за поцелуя? Ещё и Максим прилетел посреди ночи, думая, что мы с Филом разругались. Как настоящий друг. Если у Фила вообще могли быть друзья.
— Рит, извини, если что, и только не горячись, лады? Он, конечно, сейчас не факт, что адекватный и вообще за языком следить будет, но ты-то нормальная. Не ругайся там сильно, о'кей? Уговори его хотя бы лечь спать, а я тебя потом домой отвезу.
— Я попробую, — кивнула я, выдохнула и повернула ключ в замке.
Странное напутствие, не менее странная тишина в самой студии, где по всем представлениям Макса Фил уже должен был крушить двери, чтобы ломануться искать приключения, и ещё более странная темнота. Непроглядная темень, в которой можно было с лёгкостью переломать ноги — дверь за собой я закрыла сразу, а теперь стояла и ждала, когда глаза хоть немного привыкнут к отсутствию освещения.
— Клейстер сгонял за подмогой? — спросил Фил и глухо рассмеялся. За стеклом комнаты с микрофонной стойкой вспыхнул огонек зажигалки и следом красная точка прикуренной сигареты. — Ну и зачем ты сюда приперлась? Спасать? Вправлять мозги? Жалеть? Я уже не мальчик и сам решу, что и когда делать. Так что разворачивайся и шуруй домой. Без тебя разберусь.
Эти слова полоснули по сердцу острой бритвой, и я действительно развернулась, положила ладонь на ручку двери, даже повернула ее, но в голове бухнуло, что Филу не за что так со мной разговаривать. Я не сделала ничего плохого, чтобы сейчас стоять и выслушивать хамство.
— Я не могу узнать как у тебя дела? — спросила его с вызовом.
— Это не твое дело.
— Нет, ты мне скажи. Давай! Хочешь, чтобы я ушла? Тогда объясни почему. Просто скажи, что тебе нравится спать каждую ночь с новой цыпочкой, а я тебе мешаю их снимать. Так? Они ведь не задают ненужных вопросов, да?
Огонек от сигареты засветился ярче, но Фил промолчал, а я подошла к открытой двери и попросила:
— Ну скажи мне хоть что-нибудь. Фил, давай поговорим?
— Не лезь туда, куда тебя не звали! Все только и делают, что лезут со своими советами. "Фил, так нельзя", "Фил, так не правильно". Да идите вы все со своими советами! — прорычал он. Поднялся с пола и прошипел, — Я тебя не звал! Я не просил тебя приезжать! Это моя жизнь. Моя! Не лезь в нее! Здесь есть только дерьмо!
Его злость буквально окутала меня, ударила по вискам и я произнесла сквозь зубы:
— Знаешь… А делай так, как тебе хочется! Нравится тебе трахаться со своими фанатками? Пожалуйста! Хоть каждую ночь! — я сорвалась в крик, — Ты живёшь в своем мире, какой-то придуманной жизнью, а я живу твоей. Жду, как дура, не зная позвонишь или нет. Дергаюсь каждый раз, когда ты уезжаешь без объяснений. Хочешь, чтобы я ушла? О'кей. Простите, что решила за тебя поволноваться.
Развернулась, а в спину прилетело циничное:
— Найди себе другого и за него переживай.
Больно, жестоко. Так, что у меня подкосились ноги, наливаясь свинцом. Я застыла у порога и не могла поверить, что он так легко смог это сказать.
Конец ознакомительного фрагмента.