— Осторожно, горячий, — сказала она, передавая кофе.
— Спасибо, Инга, — кивнул я.
И одна бровь у отца приподнялась. Буквально на миллиметр, но все же это не осталось незамеченным. Ни мной, ни Ингеборгой. Она присела на край кресла, стоящего у окна, закинула ногу на ногу и посмотрела на отца, сложившего ладони домиком. Для него все происходящее явно было в диковинку, а я просто сегодня позвонил и попросил о помощи. Без выебонов и наездов. Набрал номер отца, спросил, когда могу приехать и поговорить. Пришел ровно к тому времени, которое он назначил, и вел себя вежливо. Вот только выдавить из себя слова благодарности и назвать Ингу по имени оказалось сложнее, чем казалось.
Я сделал маленький глоток, поставил кружку на стол и как можно спокойнее произнес:
— Мне нужно четыре миллиона. Рублей. В долг. Отдам с доходов клуба.
— Зачем?
— Я хочу купить тачку. Вернее три.
Бровь у отца приподнялась ещё выше, а Ингеборга молча наблюдала за ним, хотя я думал, что сейчас психологиня будет сканировать исключительно меня.
— Какие именно машины тебе нужны? И почему три? — спросил батя спустя минуту. Достал из шкатулки сигару и гильотиной отрезал один кончик. Покрутил ее в пальцах и протянул мне.
— Три черных "УАЗ-а" на полном фарше. Мне, Мистику и Клейстеру, — я раскурил сигару после того, как это сделал отец со своей.
— "Ауди" уже не устраивает?
— Нет. Именно "УАЗ".
— Объяснишь причину такого выбора? — спросил отец.
— Часть имиджа. Чтобы выделиться.
— Странный выбор, — хмыкнул он, — Я бы понял "Бентли" или "Ролс"… Но "УАЗ"? Не та марка, Филипп.
— Для моих целей она идеальна.
— Решил завязать с музыкой?
— Нет. Именно из-за нее я и хочу три "Патриота". Стиль, папа.
— Стиль? — переспросил он. Положил сигару на край пепельницы и придвинулся ближе к столу, сцепив пальцы в замок. — Хорошо. Пусть будет так. Я куплю и позвоню, когда вы сможете их забрать.
— Нет. Я хочу купить их сам. Поэтому и прошу в долг. И ещё. Я напишу расписку.
— Не дури, Филипп.
— Это не дурость, папа. Я хочу, чтобы все было так. Если тебя не устраивает, тогда я возьму кредит в банке под залог клуба.
— Даже не думай! — ладонь громко хлопнула по столешнице, но, посмотрев на Ингу, отец выдохнул и спокойно произнес, — Никаких кредитов в банках. Я не знаю, зачем тебе эти расписки, но если это настолько важно, то пусть будет по-твоему.
Он поднялся со своего кресла, подошёл к сейфу и достал из него несколько пачек. Положил их передо мной и опустился обратно.
— Здесь четыре с половиной миллиона, — батя поднял ладонь, останавливая меня, — Возьмёшь все. На всякий случай. Все, что не потребуется, переведёшь на мой личный счёт. Теперь по поводу платежей. Отдавать будешь треть от дохода. Узнаю, что переводишь больше, заберу клуб. Понял?
— Понял. Дай мне бумагу и ручку.
Быстро написав расписку, в которой указал всю сумму и то, что буду переводить деньги на личный счёт отца, я поставил роспись и передал бумагу ему. Батя мельком пробежался взглядом по тексту и убрал расписку в сейф.
— Спасибо, папа, — сказал я. Распихал деньги по карманам, потушил сигару и поднялся. — Можно я заеду в выходные?
— Это и твой дом. Приезжай в любое время.
— Я позвоню. До выходных. До свидания, Инга.