MoreKnig.org

"Фантастика 2022-22". Компиляция. Книги 1-13: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Автор: Дашков Андрей, Смирнов Андрей



Шрифт:

— Ты хочешь сказать, что наиболее сильные привязанности переносятся от одного сувэйба к другому?

— Нет. Ты ничего не понял. Дело не в силе, а в том, насколько они соответствуют стремлениям нашего подлинного «я».

— Ну хорошо... — Дэвид помолчал, пытаясь разложить услышанное по полочкам, а потом продолжил. — Допустим, у зверя есть несколько вариантов выбора, как реагировать на человека, и если та привязанность, которую он испытывал в человеческом состоянии, была вызвана не только влиянием на него окружающего мира, но и в какой-то степени образовалась под влиянием его кайи — то есть его подлинной личности, то, превратившись в волка, он может заново выбрать наиболее близкую реакцию, из того набора, что доступен зверю? Все верно?

— Теперь да.

— Но у нас нет нескольких вариантов выбора. Тут твоя аналогия с оборотнями пасует. На «предателей» в своем «правильном» состоянии мы будем реагировать вполне однозначно.

Эдвин покачал головой.

— Уверяю тебя, это не так. Мы ведь не находимся под жестким подчинением. Контроль мастеров построен на полной перекройке сувэйба — так, чтобы «правильные» реакции стали естественными. Это намного более эффективно, чем состояние «зомби», все реакции которого строго определены управляющей программой. Но у такого подхода есть свои уязвимые точки. Ведь если свобода не отнята, то каковы бы ни были естественные побуждения, всегда остается возможность пойти против них. Степень личной свободы — это и есть степень влияния кайи на свой сувэйб. С помощью подчиняющих заклятий свободу можно свести на нет, но кайи привносит в мир творческую активность, и чем меньше ее влияние, тем менее способен к развитию сувэйб. Мастерам Обители важно не совершенно блокировать влияние кайи, а лишь направить ее в «правильное» русло путем переделки сувэйба. Их цель — не лишить выбора, а сделать его таким, при котором существо, что бы оно не избрало, все равно оставалось бы в «правильном» русле. Но здесь же я вижу и возможность переиграть их.

7

В четвертом полугодии их стали обучать атрибутивным заклинаниям, предназначенным для будущих Служителей Истины. Последнее наименование, несмотря на кажущийся пафос, в устах Рийока и других мастеров звучало вполне естественно, как обещание о награде и славе, ожидающей тех, кто пройдет праведным путем до самого конца. Слабые и слепые ученики должны стать неуязвимыми и бесстрашными Служителями, и атрибутивные заклинания Небесной Обители являлись еще одним шагом на пути к совершенству.

Создавая атрибутивное заклинание, бог или Обладающий Силой формирует и воплощает одно из своих качеств. Ключевое слово здесь — «свое»: Обладающий творит из себя и сам является источником своих действий. Однако подобный индивидуализм в Небесной Обители, конечно, приветствоваться не мог. Ни в коем случае. Ведь очевидно, что нечистое и несовершенное существо никак не может быть опорой для чего-либо подлинного, не способно само по себе источником, по существу своему убого, ничтожно и бессильно, и лишь научившись принимать дары свыше, приобретает способность отдавать. Точкой опоры для атрибутивного волшебства в Небесной Обители, таким образом, становился не отдельный ученик, а вся система в целом. Обитель как бы передавала ученикам свои собственные качества, свои атрибуты. Кто-то робко спросил, не является ли подобный подход унификацией способностей, не обезличивает ли Служителей, делая их, по сути, клонами некоего идеального воина — но Рийок легко отмел это жалкое и несущественное возражение. Никакой индивидуум не способен к полноценному творчеству, сказал он, это лишь самолюбивая мечта слепых гордецов, обольщенных духами поднебесной злобы; творит всегда только источник блага, а все, что против воли его — лишь кажущееся творение, являющееся, на самом деле, не творением, а не более чем извращением изначального замысла. Сотворенные благим источником качества — наилучшие,, они неизмеримо совершеннее всего, что способны изобрести все боги и Обладающие Силой, даже если будут трудиться тысячу лет, не переставая; и лишь Небесная Обитель удостоена того, чтобы хранить дары свыше и передавать их достойным принять Служение. Этих чудесных качеств — превеликое изобилие, и каждый сможет выбрать те, которые ближе ему; таким образом, речь ни в коем случае не идет о какой-либо унификации, источник предоставляет Служителям большой выбор. Кощунственно даже думать иначе.

Слова Рийока, казавшиеся поначалу, как и всегда, немного пафосными, в скором времени подтвердились на деле. Ученикам была предоставлена огромная палитра качеств... основана она, правда, была только на одной Стихии, но это обстоятельство никого не удивило, ибо последние два года ученики работали только и исключительно с ней же. Пользуясь этими базовыми качествами, ученики стали формировать атрибутивные заклинания — словно писали картину, пользуясь определенным набором красок или выстраивали сложную конструкцию из отдельных элементов. Сгенерированный таким образом атрибут включался в сущность Служителя, оставался невидимым и как будто бы не существующим до тех пор, пока Служитель не принимал решения воспользоваться им. Тогда атрибут являл себя на поверхности вещей: маг мог увидеть необычное и мощное сплетение энергий, человек без колдовского восприятия — странную вещь, всецело подчиненную воле хозяина. Некоторые атрибуты позволяли замещать части тела, другие могли быть сопровождавшими Служителя чудесными природными явлениями — вроде сияющего ветра или солнца, встающего за спиной Служителя, причем, в последнем случае, время суток и облачная завеса в том мире, где находился Служитель, не имели никакого значения: как только Служитель использовал этот атрибут, солнце вставало у него за спиной, и никак иначе.

Осваивая атрибутивные заклинания и учась применять их на практике, Дэвид осознал: Вилисса поступила верно, вернув ему память так рано. Если бы встреча состоялась на несколько месяцев позже — Дэвиду не составило бы никакого труда порвать любые сети, которыми чародейка попыталась бы его оплести, и никакое искусство ей бы не помогло. Атрибутивное волшебство позволяло формировать свою собственную реальность, правила которой устанавливал тот, кто применял атрибут. Вилисса подловила его на той стадии превращения человека в Служителя, когда он еще был уязвим, но уже на следующем этапе все преимущества были бы на его стороне...

Вернувшись в Небесную Обитель, он снова жил и мыслил в согласии с той индивидуальностью, которую так долго и тщательно формировали мастера. Нет бога, кроме благого источника, и мастера Обители — пророки его... Он верил в это, жил по тем правилам, по которым следовало жить ученику, смотрел на мир так, как следовало смотреть будущему Служителю — и все же разница между тем Дэвидом, который вместе с Эдвином кен Гержетом отправился в замок Вилиссы, и тем Дэвидом, который из него вернулся, была. Разница казалась совершенно неощутимой, ничто в его сувэйбе Служителя не позволяло обнаружить ее при взгляде со стороны — даже если это был взгляд, способный различать мысли и чувства также ясно, как обычные люди различают цвета. Дэвид жил в оболочке своей роли, и не было никакой иной наличной реальности, кроме той, которая допускалась этой ролью. Возможность все изменить оставалась лишь возможностью, неуловимым ощущением, вынесенным за границы повседневного сознания. Он не думал об этом, не акцентировал внимание на этом призрачном чувстве, он просто знал, что в любую минуту может отбросить данное виденье мира, и принять совершенно иное, но даже это «знание» оставалось неактивным, не присутствующем в его сувэйбе хоть сколько-нибудь явно. Их с Эдвином «заговор» против Обители, события, происходившие в замке Вилиссы, — все это было нереально, существовало для него здесь-и-сейчас не в большей степени, чем публика в зале — для актера, целиком ушедшего в свою роль. Внутренний конфликт был бы возможен в том случае, если бы активными оказались оба сувэйба, если бы они начали проникать друг в друга, образуя нечто новое, но ничего подобного не происходило: обе индивидуальности были полноценны и существовали не вместе, а поочередно. Это «раздвоение личности» не делало его шизофреником, поскольку индивидуальности сменяли друг друга не стихийно, но он сам мог определять, когда и кем ему быть. Он не задумывался (вернее, задумался об этом намного позже, уже вне Обители), как следует согласовывать поступки себя-Служителя с теми целями и ценностями, которые имел его «нормальный» сувэйб. Это получалось само собой: в тех пределах, в которых был возможен выбор, он выбирал то, что наименее противоречило его основной индивидуальности. Это касалось не только его поступков, но и реакций, отношения к внешнему миру. Например, подумав о Марионель — находясь при этом в состоянии Служителя — он понял, что не ощущает больше к ней ненависти, только скорбь и печаль. Заблудшее создание, как и все Обладающие, обрекшая себя на вечное проклятие, она все же не была столь отвратительным существом, как прочие лорды. Может быть, для нее еще не все потеряно, может быть, есть еще крохотный шанс вернуть ее к истине, от которой она отреклась?.. Конечно, в ее теперешнем состоянии она заслуживала только уничтожения, но милосердие на то и милосердие, что оказывается преступнику не по его делам, а вопреки им. Говорящую-с-Мертвыми, это опьяненное властью, запутавшееся в тенетах порока существо, Дэвид Брендом больше не хотел уничтожить — он сожалел о том, что не имеет возможности ее спасти... Такая позиция, хоть и со скрипом, все же укладывалась в рамки доступных психотипу Служителя реакций и отношений. Служитель-либерал, так сказать: прежде чем уничтожать, он великодушно даст врагу последний шанс покаяться... хотя, конечно, далеко не всякому, а лишь тому, в чьей душе еще можно различить крошечный огонек добра, тлеющий под толщей мерзости и лжи. В сердце Марионель такой огонек, безусловно, еще теплился, и поэтому не стоило ее ненавидеть — напротив, следовало надеяться, что она еще каким-то немыслимым чудом сумеет вернуться к благому источнику, от которого отступила.

Миновало четвертое полугодие. Обучение в Небесной Обители приближалось к завершению. В очередном обращении Рийок сказал, что не так далек тот день, когда усилия учеников должны будут принести достойный плод, и подверженная тлению падшая тварная природа преобразуется в совершенную природу Служителя Истины. Были даны и некоторые разъяснения относительно предстоящего экзамена. Поскольку, согласно учению Небесной Обители, Обладающие Силой изначально получили свое могущество непосредственно от благого источника, а затем отпали от путей его и извратили свою сущность, источник избрал новых Служителей для того, чтобы лишить власти отпавших. Выполняя свое предназначение и следуя определенным свыше путям, Служитель со временем все больше сопрягал свою волю с волей высшей, надмирной, и источник блага все более и более полно действовал через него. В финале этого пути Служитель должен был исполнить свою миссию и бросить вызов Обладающему, и если он был готов к совершенному единению с тем, кому вручил свою волю, его преображение завершалось, и Служитель забирал ту силу и власть, которую прежде имел Обладающий. Ведь лорд, отрекшийся от благого источника, терял право на все дары, которыми он был одарен свыше. И поскольку со своей властью беззаконник расставаться не желал, отнятие у него Силы было всего лишь актом правосудия, восстановлением нарушенного баланса.

— Господин старший наставник, — поинтересовался Рамольд из Цайда, когда Рийок закончил первую часть своего выступления и ученикам было позволено задавать вопросы, — означает ли сказанное вами, что тем из нас, кто успешно сдаст экзамен, предстоит стать Обладающими Силой?

По реакции Рийока было видно, что даже сама мысль о чем-либо подобном вызывает в нем чувство брезгливости.

— Нет, — резко произнес он. — Существование богов и Обладающих есть искажение изначального порядка. Отнимая власть, которую они имеют, Служитель не становится подобен этим духам зла, поработившим всю вселенную. Он очищает их Силу от накипи и мерзости, которую они привнесли в нее своими нечистыми помыслами, порочными устремлениями и непрестанным совершением всяческого беззакония — очищает и преобразует в такую форму, какой она должна быть по замыслу благого источника.

— Господин старший наставник, — произнесла Тэззи Тир, эмигрантка из сателлитного мира, — можем ли мы просить вас рассказать нам об этой форме — или нам следует умерить любопытство и терпеливо дождаться часа, когда знание это будет приобретено нами непосредственно?

— Конечно, настоящее понимание вы обретете лишь тогда, когда исполните свое предназначение, — Рийок благожелательно улыбнулся ученице. — Но чтобы в ваших сердцах не осталось страха или сомнений перед грядущими переменами, кое-что я вам расскажу. Для этого я и собрал вас сегодня.

И Рийок рассказал им об ангелах.

По его словам, шестеро Истинных Богов, которых будто бы «изгнал» Кадмон, были лишь выдумкой, искаженным представлением о Единственном; Единственный же, в свою очередь, был не кем иным, как образом благого источника, доступным для обитателей вселенной в далекие первобытные времена. Развратившись, прежние Служители сделались богами и Обладающими, возвеличили себя и заставили смертных забыть о Том, Кто дал всему начало. Они разбили подлинный образ на части, персонифицировали каждую часть, придав ей видимость целого — и вот, люди поверили в существование шестерых высших Богов, а как только это произошло, их естественная связь с источником всего была нарушена, ибо истина не живет там, где поклоняются лживым кумирам. Когда люди закостенели в иллюзиях, в образе шестерых Истинных отпала нужда — и, конечно, Обладающие без всякого труда «изгнали» их: ведь так называемые «Истинные Боги» на самом деле никогда не существовали.

Однако не все создания отвергли истину. Тот, кто дал начало миру, знает и его итог; Обладающие и боги сотворили демонов, а многие из них сами стали демонами — в противовес же им источник блага привел в бытие ангелов, привел не тогда, когда падение уже совершилось, а изначально, ибо еще прежде образования мира знал о предстоящем предательстве.

После разрушения первичного порядка вещей вместо единого целостного бытия всякая вещь приобрела тайную, «темную» сторону, некое гибельное измерение, существование которого обеспечивается Преисподней и обитающими в ней демонами; у всякой стихии и силы образовалась своя демоническая сторона. Поскольку, отрекшись от благого источника и вовсе позабыв о нем, твари сделались беззащитны перед тиранией духов зла, именующих себя богами и лордами, гниль и яд, расточаемые павшими Служителями, уже в самом скором времени должны были извратить вселенную, превратив ее в бесконечный ад, лишенный самого малейшего проблеска света. Ведь в самих мирах не было сил, способных предотвратить такой горестный исход. Предвидя это, благой источпик заранее послал в мир ангелов, которым предстояло стать своего рода противовесом, не позволяющим вселенной окончательно рухнуть в бездну. Всякая вещь разделилась на три аспекта — демонический, толкающий сущность к окончательному извращению своей природы, распаду и разрушению; небесный, наиболее чистый, свидетельствующий о том, какой вещи должно быть; и третий, колеблющийся между ними, подверженный тлению, иллюзорный и грубый, порождающий ту унылую видимость, которая только и доступна глазам обычных людей... Если демон поддерживает нечистый, темный аспект всякой вещи, то ангел, как нетрудно догадаться, сохраняет ее небесный аспект. Так было удержано равновесие и мир не пришел к уничтожению. Однако эта мера — временная, и сами ангелы, посланные в мир изначально — лишь предвестники тех, кому предначертано лишить власти ложных богов. Ангелы — их прообраз; они своего рода младшие Служители, пришедшие в мир для того, чтобы сохранить его для старших. Если ангел хранит какое-либо отдельное явление, то Служитель призван к тому, чтобы преобразить все мироздание в целом.

...Про ангелов Рийок рассказывал не зря — это сняло вопросы в последнем полугодии, когда, при кажущемся богатстве выбора, все ученики (которых, к слову, осталось всего девять) сконструировали из своих атрибутов практически одно и то же — нечто быстрое, смертоносное и ангелоподобное. Отдельные свойства отличались, но все эти отличия лежали в рамках единой общей структуры: грубо говоря, у всех были крылья, и весь выбор свелся к подбору подходящего лично этому ученику оттенка перьев. Без предварительного разъяснения это могло бы вызывать недоумение, или даже протест, нелепое желание стать непохожим на всех остальных — но после слов Рийока сделалось ясно, что так и должно быть, ведь не мы похожи на ангелов, а они на нас, не так ли?.. Именно таким задумал их благой источник, и лучшее, что могли сделать ученики, — оставить бессмысленные попытки оригинальничать; то, что казалось им «творческим процессом» на самом деле было восхождением к образцу, данному свыше; необходимо было понять это и принять. Что они и сделали.

Внешние ограничения свободы, столь раздражавшие учеников на первых этапах, постепенно исчезали. Им наконец вернули отнятые в первом полугодии вещи, было разрешено в свободное время покидать Небесную Обитель, а само свободное время, которого они были практически лишены на первых порах, неуклонно росло. Если сначала учеников приходилось побуждать и даже принуждать двигаться вперед, то теперь их глаза открылись достаточно, чтрбы видеть этот путь и идти по нему самостоятельно. Не требовалось уже внешнего подавления, не было нужды в жесткой дисциплине и системе наказаний — они все изменились, приняли тот порядок вещей, который предлагала Обитель, усвоили ее дух, и ее жизнь стала их жизнью. Лекемплет Обители служил своего рода питательной средой, в которой росли будущие Служители. Непосредственные занятия с мастерами были теперь только одной из граней их жизни, на других, нечеловеческих уровнях существования они одновременно могли получать и обрабатывать информацию иными способами, дать описание которых в рамках человеческого мира едва ли возможно.

Облик прекрасных крылатых людей ангелы принимали лишь в человеческом мире, намеренно или случайно попадая в зону восприятия смертных. Такими их видели люди, и ангелы вполне успешно могли взаимодействовать с ними на этом пласте восприятия — но сами, однако, они собирали мир совсем иначе. Их бытие было полнее, многограннее — впрочем, конкретные особенности виденья того или иного ангела зависели от того, к какому их роду он принадлежал и как далеко был продвинут по их собственной, ангельской линии развития. Многомерный мир, который открылся Дэвиду и прочим ученикам после получения Имени Света не был просто «расширением» границ человеческого восприятия. Помимо раздвигания границ, менялась сама точка обзора: и теперь, после напутственных слов Рийока, с которыми тот направил учеников на завершающую стадию обучения, пришло понимание того, каким будет итог. Сувэйб Служителя нельзя было назвать «человеческим», он устроен так же, как устроены ангелы и представляет собой, по сути, лишь отдельный, особый их род. Перерождение приближалось к своему завершению и, по всей видимости, должно было закончиться непосредственно перед, во время или сразу после сдачи «экзамена».

Способность трезво оценивать ситуацию возвращалась к Дэвиду лишь в замке Вилиссы, который они с Эдвином посещали каждый месяц с тех пор, как появилась возможность покидать Обитель, а после того, как количество свободных дней увеличилось, — и чаще. Магическая система замка глушила связь с лекемплетом Обители, и можно было ненадолго отстраниться от незавершенного сувэйба Служителя и побыть... нет, не собой-прежним, а посторонним наблюдателем, равно удаленным от привязанностей как «прежнего», так и «нового» естества. Это странное промежуточное состояние поначалу пугало и дезориентировало землянина. В этом состоянии он хотел вернуть Идэль, но не страдал из-за ее смерти; он полагал, что злу необходимо противостоять, но чурался фанатичной идеологии Обители. Обусловленные привязанности оставались в каком-то другом мире, вернее — в мирах, ибо для Дэвида из промежуточного состояния существовало два выхода, два сувэйба.

Хотя последний рассказ Рийока и пролил некоторый свет на то, куда они идут и каким будет итог их развития, слишком много еще оставалось неясным. Пусть ученик превращается в ангела, но что (или кто) в действительности дает ему мощь, позволяющую противостоять богам и Обладающим Силой? Обычные ангелы такими способностями не располагали, объяснения же Небесной Обители — про благой надмирный источник и бла-бла-бла — здесь, в замке Вилиссы, где Эдвин и Дэвид могли отстраниться от своих «совершенных» сувэйбов, истово верящих каждому слову мастеров, казались, мягко говоря, неубедительными.

Вилисса во время их визитов с головой уходила в работу — отслеживала те изменения, которые произошли в энергетических полях учеников, пыталась смоделировать структуру, которую они в конце концов должны были принять. Эдвин по мере сил помогал ей, но даже от него тете было мало толку, что же касается Дэвида, то его уровень владения системной магией позволял приобщиться к исследованиям Вилиссы лишь в одном-единственном качестве: в качестве объекта исследования. К счастью, большую часть своих исследований Вилисса могла проводить дистанционно, главное только — чтобы и племянник и Дэвид находились в это время внутри заклинательной системы замка, а сами они при этом могли заниматься своими делами. Довольно быстро произошло разделение труда: Эдвин тратил свободное время на посещение библиотеки, лазал по ИИП и ставил собственные эксперименты, задавшись целью понять природу «благого источника», о котором им постоянно вещали мастера. Что скрывается под этим наименованием? Наименее абсурдным среди всех остальных выглядело предположение, что это — какое-то божество или Обладающий Силой, чрезвычайно алчный и желающий устранить всех равных для того, чтобы единолично владеть миром. Эдвин искал информацию о том, кто мог бы такое сделать, при том конечно же не ограничивался списком лордов, живущих в Хеллаэне и Нимриане, — наоборот, то обстоятельство, что Небесная Обитель появилась совсем недавно, свидетельствовало либо о том, что этот лорд или бог совсем молод (что казалось невероятным, учитывая, какое количество Обладающих успели уничтожить его ученики) либо явился в Хеллаэн из какого-то другого мира. В ИИП хранилась информация о тысячах лордов и десятках тысяч богов, обитающих (или обитавших когда-то) в тех или иных мирах, — сведения о них собирались хеллаэнцами вот уже много веков подряд. Эту информацию следовало тщательно просеять — ведь если за Небесной Обителью действительно стоял некий лорд и бог, он уже мог ранее выкинуть нечто подобное. И действительно, были случаи, казавшиеся похожими, но каждый раз, начиная разбираться с подробностями, Эдвин приходил к выводу, что это — не то. Все совпадения оказывались поверхностными. Неудачи кен Гержета не огорчали, скорее наоборот — если за «благим источником» не стоит фигуры какого-нибудь могущественного властителя, есть шанс, что это какая-то безличная сила; а значит — есть шанс овладеть ею и подчинить своей воле... Свои наполеоновские планы Эдвин от Дэвида и тетушки не скрывал, хотя, расписывая их, не избегал самоиронии. Но, пусть его слова выглядели шуткой и невольно заставляли улыбаться, складывалось нехорошее впечатление, что Эдвин свой гениальный план порабощения силы, позволяющей выращивать Служителей-бо-гоубийц из обычных людей, признает несостоятельным лишь в том случае, если совершенно точно поймет, что этот план осуществить невозможно в принципе, никогда и никому. Но пока такой определенности нет, Эдвин будет держать его в голове и внимательно высматривать возможности для его реализации. Это выглядело как попытка откусить больше, чем можешь проглотить... намного больше. Дэвида настораживали и даже немного пугали столь непомерные аппетиты — и у Вилиссы, как он видел, была аналогичная реакция на слова племянника. Только совершенно невменяемый идиот мог ставить перед собой такие цели. Но Эдвин идиотом не казался. Его наглость по-своему подкупала, шок от его запросов смягчала та легкая, непритязательная форма, в которую они были облечены, но все же, все же...

То ли потому что Дэвид ставил перед собой не столь глобальные задачи, то ли потому, что он просто угадал с темой своих «раскопок» — так или иначе, но его поиски оказались более результативными. Попутно всплыло немало дополнительной информации, для освоения которой, из-за нехватки времени, ему пришлось отказаться от привычного чтения текстов и подсоединить энергетический контур терминала ИИП к своему гэемона напрямую. В общем-то, это была рискованная процедура, поскольку, хотя скорость приобретения новых знаний и возросла, появилась вероятность подхватить гуляющий по сети вирус. Чтобы снизить риск, он, пребывая в этом состоянии, не пытался искать новые массивы данных, а работал лишь с теми библиотеками, в надежности которых был более или менее уверен. В ИИП, как в огромном мегаполисе, существовали различные зоны, некоторые более безопасные, другие — менее; в этом «городе» была своя незримая полиция, свои цепные псы, охранявшие дома наиболее влиятельных граждан, свои злоумышленники и свои обыватели.

Перейти на стр:
Шрифт:
Продолжить читать на другом устройстве:
QR code

Новые книги

Смотреть все
Пушкин, Грибоедов и декабристы. Опасные знакомства
Пушкин, Грибоедов и декабристы. Опасные знакомства
[Исторические приключения / Биографии и Мемуары / Документалистика]
«Любовь к родине, вера в Россию, в ее силу, мощь, достоинство, любовь активная, горячая, мобилизующая на поступки, является характерной чертой передовой молодежи того времени, – пишет М. В. Нечкина
0
Анна. Биография самой влиятельной женщины Vogue
Анна. Биография самой влиятельной женщины Vogue
[Биографии и Мемуары / Публицистика / Документалистика]
Анна Винтур – женщина VOGUE, которая с 1988 года не только возглавляет самый авторитетный fashion-журнал, а с недавних пор единолично утверждает содержание и руководит всем, что выпускает
0
"Фантастика 2026-226". Компиляция. Книги 1-30
[Боевая фантастика / Попаданцы]
Очередной 226-й томик серии книг "Фантастика 2026", содержащий в себе законченные и полные циклы фантастических романов. В основе своей, романы включённые в эти сборники, есть эксклюзив, так как
0
Красные Пинкертоны
Красные Пинкертоны
[Шпионский детектив / Приключения: прочее]
Перед вами самая популярная книга 1925 года. Первый советский детектив, загадочный во всех отношениях. Книга, посвященная захватывающим приключениям красных Пинкертонов, вышла под псевдонимом С.
0
Отрицание реальности. Стратегия для Америки
Отрицание реальности. Стратегия для Америки
[Публицистика / Государство и право / Документалистика]
Книга Элдриджа Колби, высокопоставленного военного эксперта Пентагона и экс-советника Дональда Трампа, – это не просто геополитический анализ, а отчаянный манифест человека, чья картина мира
0
Знай наших! Сила русского искусства
Знай наших! Сила русского искусства
[Биографии и Мемуары / Культурология / Документалистика / Театр]
В. И. Немирович-Данченко (1858-1943), крупнейший русский театральный режиссер, основатель Московского Художественного театра (вместе с К. С. Станиславским), в своей книге приводит такой эпизод. «На
0
Орден либералов. Как общество Мон Пелерин испортило жизнь всему миру
Орден либералов. Как общество Мон Пелерин испортило жизнь всему миру
[Публицистика / Документалистика / Государство и право]
Эта книга – расследование деятельности одной из самых влиятельных и закрытых организации современности. Автор прослеживает путь общества Мон Пелерин от скромного интеллектуального кружка до кузницы
0
13 дней до Апокалипсиса. Хроника Карибского кризиса
13 дней до Апокалипсиса. Хроника Карибского кризиса
[Биографии и Мемуары / Публицистика / Документалистика]
Карнбский кризис («Кубинский ракетный кризис») в октябре 1962 года – самый опасный момент в отношениях США и СССР, который мог привести к глобальной ядерной войне. Кризис был вызван размещением
0
Божественная Лада Каменская. Автобиография, письма, воспоминания
Божественная Лада Каменская. Автобиография, письма, воспоминания
[Биографии и Мемуары / Документалистика / Театр]
Нередко бывая в городах и весях нашей необъятной страны и знакомясь с театральной жизнью, актёрами, режиссерами театров иных городов, кроме Москвы и Петербурга, Александр Георгиевич Соколов – актер,
0
Измена. Второе дыхание сердца
Измена. Второе дыхание сердца
[Психология / Секс и семейная психология / Современные любовные романы / Проза]
— Мам, — рыдаю, — я их видела! — Кого, дочка? — не понимает она. — Мужа и Милану! В магазине! Вместе! Мама молчит. — Мам, они покупали продукты, как семья. Он её обнимал, целовал прямо в очереди, у
0
Бабочка желаний
Бабочка желаний
[Современные любовные романы / Эротика, Секс / Проза]
Я потеряла голову от друга моего отца. Он был намного взрослее, и казался таким же далёким, как звезда на небосклоне. Я никому не рассказывала о своей любви, но мама знала всё. А накануне моего
0
Лучшая подруга главного героя книга первая
Лучшая подруга главного героя книга первая
[Любовные романы / Современная проза / Приключения]
Она попала в книгу. В тело второстепенного персонажа, которому по сюжету полагается умереть. Он должен был быть просто фоном для главного героя. Они оба отказались играть по правилам.
0

Самые популярные книги

Хорошая, плохая, грешная 3
Хорошая, плохая, грешная 3
[Попаданцы]
У Эвирейл Миардо нет ни единой свободной минутки на грусть и рефлексию! Да и когда? Столько дел, столько дел! Шахту выкопай, лавку открой, артефакты создай, эльфа за попу укуси... Ничего не
12
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
10
Те, кто приходит в тишине
Те, кто приходит в тишине
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат / Боевая фантастика]
Редкий бой бывает похож на предыдущий. Мы учимся. На своих и на чужих ошибках. Стараемся расти над собой. Противник – тоже. Он анализирует наши ошибки, учитывает остроумные решения. То есть
10
Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Измена. Я тебя (не) любил
Измена. Я тебя (не) любил
[Современные любовные романы]
— Как тебе… — слышу прерывистый голос подруги, — мой подарок в честь твоего дня рождения?По меньшей мере иду я в верном направлении. Но вот предчувствие не из лучших. Голос Светы перемешивается со
7
Граф поневоле. Книга вторая
Граф поневоле. Книга вторая
[Юмористическая фантастика / Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат]
Умереть от пули киллера — обидно. Очнуться в 1827 году — странно. Обнаружить, что я теперь двадцатилетний граф, а моё имение разорено, — перебор. Хотя… Жив, молод, с титулом — уже хорошо. С
5
Наследник $$$ уровня Х
Наследник $$$ уровня Х
[Попаданцы / Книги про волшебников / Городское фэнтези / Самиздат]
Надо судить человека, прежде чем полюбил его, ибо, полюбив, уже не судят.
4
Тени сумрака
Тени сумрака
[Альтернативная история / Попаданцы / Боевая фантастика / Самиздат]
Один известный драматург сказал: вся жизнь – театр. А у Егора вся жизнь сплошное приключение. Вроде и не собирался ни с кем воевать, даже ссоры не искал, а неожиданно для себя вдруг нарвался на
4
Оружейникъ. 1866
Оружейникъ. 1866
[Попаданцы / Альтернативная история / Самиздат]
Умереть в шестьдесят шесть, заслонив собой молодого стажёра, — достойный финал для оружейника. Очнуться в теле семнадцатилетнего подручного на Тульском оружейном заводе в 1866 году — уже второй
4
Ревизор: возвращение в СССР 65
Ревизор: возвращение в СССР 65
[Самиздат / Попаданцы / Альтернативная история]
Продолжение приключений московского аудитора, попавшего из нашего времени в 1971 год. Павел Ивлев буквально завален работой по уши, но его все устраивает. Ведь он видит, как понемножку, но его усилия
4
Без страха и упрёка 7
Без страха и упрёка 7
[Альтернативная история / Попаданцы]
Алексей Штурмин достиг многого, но настоящее восхождение на вершины власти только начинается.
4
Второй шанс для Лекаря. Том 9
Второй шанс для Лекаря. Том 9
[Альтернативная история / Попаданцы]
Умереть после спасения чужой жизни — не самый плохой финал для врача. Всю свою жизнь я посвятил медицине. Последняя операция стала для меня одновременно победой и приговором — прямо у хирургического
4

Самые комментируемые

Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
[Любовная фантастика / Самиздат / Попаданцы]
Семь лет унижений, презрения и пустой постели. Герцог Дрейк Ашфорд объявил свою истинную жену бракованной и отправил в ссылку на Ольцег — умирать среди таких же «ненужных». Он думал, что сломал
23
Отбор невест, или Три орешка для темного
Отбор невест, или Три орешка для темного
[Любовная фантастика]
Каждая приличная драконица должна пройти отбор невест, иначе внукам у камина будет нечего рассказать. Так говорила моя маменька, а ей можно верить — за ее спиной аж четыре таких отбора! Так что я
14
Печать Забытой Эпохи
Печать Забытой Эпохи
[Любовная фантастика / Попаданцы]
— Скажи спасибо, что не оставил босой на улице, Верадель. Забирай свои проклятые северные руины и убирайся, — самодовольно бросил мне бывший муж, швырнув на стол бумаги о разводе. Он думал, что
25
Кодекс Магических Зверей XI
Кодекс Магических Зверей XI
[РеалРПГ (RealRPG) / Попаданцы / Городское фэнтези]
Десятки лет спасения жизней и смерть на полу собственной ветеринарной клиники. Только вместо небытия — пробуждение в теле юнца, чья лавка «целителя чудовищ» на грани полного развала. Вот только у
2
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
14
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
[Любовное фэнтези / Попаданцы / Книги про волшебников / Самиздат]
Кто-то попадает в имбовых персов: Избранных, Тёмных властелинов и прочих крутых ребят. А я попала в тело бездарной адептки магической академии. Как она сюда поступила-то, без грамма магии? Неважно,
14
Пулеметчик Федя
Пулеметчик Федя
[Альтернативная история / Юмористическая фантастика / Попаданцы / Самиздат]
Пулеметчик — это не звание, это диагноз. Тридцать пять лет, пулемёт «Печенег», рукавица прилипла к раскалённому кожуху — и здравствуйте: июнь сорок первого, чужие двадцать два года, чужие руки,
11
Диагноз
Диагноз
[Самиздат / Детективная фантастика / Городское фэнтези / Юмористическая фантастика]
Некромантия в нашем мире давно стала такой же частью жизни, как радио, кино, телефоны и аэропланы. Но разве могла я подумать, что однажды приду наниматься на службу к лучшему некроманту столицы! Он —
18
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
[Детективы / Триллер / Любовное фэнтези / Фэнтези]
Приказ ясен: отравить Дерека вель Гранна. Последствия – костёр и пепел. Белладонна уже прошла этот круг, сгорела и получила второй шанс. Теперь она знает, что приказ – лишь верхушка заговора, в
4
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
10
Железный характер Кристианы Морли
Железный характер Кристианы Морли
[Любовная фантастика / Попаданцы / Классическое фэнтези]
Удар копытом лошади рушит блестящие перспективы дебютантки. По мнению общества, хромота испортила не только плавную поступь девицы, но и характер! Это ж надо умудриться — вместо монастыря или
38

Прямо сейчас читают

Я кіт!
Я кіт!
[Классическое фэнтези]
Отже, уявіть, що одного ранку ви прокидаєтеся не в собі. Причому в прямому сенсі: не у своєму тілі, а в тілі свого кота. А ваш кіт отримує ваше тіло з усіма супутніми радощами та неприємностями,
0
Картограф
Картограф
[Сказочная фантастика]
Предисловие к сборнику рассказов «Хрупкие вещи», где Гейман подробно описывает, как, когда и при каких обстоятельствах он придумал тот или иной рассказ. По традиции, предисловие содержит также и
1
Магические испытания
Магические испытания
[Книги про волшебников / Классическое фэнтези]
«Добро пожаловать в Академию Полусмерти». Так называется моя новая школа, поскольку выживает только половина учеников. Правило № 1: Не лезь не в своё дело и не связывайся с четырьмя великолепными
0
Шостакович. Маршал советской музыки
Шостакович. Маршал советской музыки
[Биографии и Мемуары / Документалистика]
Уникальная биография Дмитрия Шостаковича (1906–1975), написанная на основе огромного массива неизвестных ранее документов, повествует о том, какие знания, умения и навыки позволили родившемуся в
0
Добро пожаловать в нигде
Добро пожаловать в нигде
[Современная проза]
Израиль, наши дни. Рут замужем за Шукой, красивым и успешным офтальмологом. И все бы хорошо, но муж ограничивает каждый ее шаг и жестко наказывает за неповиновение. Исстрадавшаяся Рут решается на
0
Гори ярко
Гори ярко
[Любовная фантастика]
Они дикие и сломленные души. Оборотни, чьи раны столь глубоки, что им опасно находиться рядом с себе подобными. Таких оборотней сослали на окраину Аспен-Крик, штат Монтана, как ради них самих, так
0
Метание ножей: бросок в сердце
Метание ножей: бросок в сердце
[Любовное фэнтези / Книги про волшебников / Историческое фэнтези / Самиздат]
Академия стала для меня даром и проклятьем. Мне запрещено выделяться. Запрещено показывать характер. Запрещено быть лучше сестры. Все изменилось слишком быстро и неожиданно. К нам прибыли
0
Выходя за рамки босса
Выходя за рамки босса
[Современные любовные романы / Эротика, Секс]
Выход за рамки привычного подарил мне лучшую ночь в жизни. До тех пор, пока я не узнала, что человек, с которым я ее провела — мой новый босс. Посещать секретную вечеринку, где одежда опциональна,
0
Запомните нас такими (ЛП)
Запомните нас такими (ЛП)
[Современные любовные романы / Эротика, Секс]
Ной Райан был всей моей жизнью. От начала и до конца - всегда только он. Он научил меня боли, терпению, прощению и тому, какой след я оставлю на песках времени. Но самое главное, он научил меня,
0
Измена.Не играй со мной
Измена.Не играй со мной
[Любовные детективы / Короткие любовные романы]
Лучшая подруга лежала на выбранной неделю назад кровати, завёрнутая в крепкие руки любимого жениха.Алиса закрыла глаза не желая видеть наготу любовников.– Как ты здесь оказалась?– голос Артура
1
Воспоминания провинциального адвоката
Воспоминания провинциального адвоката
[Биографии и Мемуары]
Лев Филиппович Волькенштейн (1857–1935) — ростовский адвокат в конце XIX — начале XX вв., получивший образование сначала в Таганрогской гимназии (где учился вместе с А. П. Чеховым), а затем на
0
Ноша хрономанта. Том восьмой
Ноша хрономанта. Том восьмой
[Боевое фэнтези / Книги про волшебников / Постапокалипсис]
Все большая и большая часть планеты Земля возвращается под контроль её законных хозяев, что радуются и новым победам, и новым уровням, которые за эти победы дарует им Система . Вот только постоянных
2