В горле снова образовался комок.
- Как?- только выдох. Руки затояслись АЛена не открывала гдаз от альбома.
- Когда она забрала тебя, то все из квартиры вынесли на помойку. Все, кроме мебели. Твоя тётя сразу же пустила жильцов. А я… нашла и собрала все, что считала ценным. Для тебя ценным.
На руки к Алёне, лёг большой пакет
- Разбери сама. Я пойду пока. Моя комната напротив.
Тётя Таня поцеловав Алёну, вышла.
В пакете оказался мишка, тот самый, с которым она так любила засыпать, когда была маленькой. Несколько детских книг и кассета. Папиной рукой было подписано – Новогоднее поздравление от Алёны.
Алёна помнила тот новый год. Как оказалось, последний год с родителями.
Папа заставил её читать стихи и записывал на плёнку.
- Внукам дам послушать. – смеялся он...
Алёна всхлипнула.
Перебирая вещи, она словно заново оказалась там, в небольшой квартире, вместе с папой и мамой.
Пара книг, старый плюшевый мишка и кассета… вот и все, что осталось от родителей.
Много это или мало?
Для маленькой девочки Алёны, это бесконечно много. Это память… та, которую у неё отняли в детстве.
Алёна прижав к себе мишку, заплакала.
- Ален?- голос Стаса раздался совсем рядом.
- Почему, Стас?- Алёна подняла на него свои заплаканные глаза. – Почему?
- Жадность. Это просто Жадность. – Стас вошёл в комнату и сев рядом притянул её к себе. - она сдавала квартиру, получала пенсию за тебя. Деньги не бог весть какие, но были же.
- А я… - Алёна покачала головой- я же ребёнком была. Как так можно было?!
- Люди, Алёна, за сто рублей убить готовы. За квартиру, брат с сестрой бьются, а ты удивляешься. – Стас вытер слезы с её щек- Ты мне скажи, как с мужем у тебя?
- Так же…- Алёна пожала плечом. – Живём вместе. Отец его просил, что бы я вернулась…- она чуть помолчав добавила. – Но не могу я, Стас. Он обнимает, а я другую представляю.
- Да уж… дела. А с разводом как?
- В третий раз переносят заседание. То одно, то другое. Не знаю я , Стас. Вообще ни чего не понимаю. Вся жизнь, с ног на голову.
- А сама? Ты хочешь развестись?- Стас требовательно смотрел на неё.
- Сложно сказать. Честно! Он был мой единственный, отец детей. Ты сам вот… смог бы изменить? Любимой жене?
- Не надо меня об этом спрашивать. – Стас помрачнел. – Я человек… я много ошибался. Как все, Алёна.
- Не думаю, что так же как Ваня, смог бы. – не заметив его состояния, Алёна продолжила. – А смог бы простить, измену?
Стас молчал. Алёна подняла на него глаза и выдохнула – Прости. Что-то случилось, да?
Она погладила его руке, в успокаивающем жесте.