Дальше у меня снова сработали рефлексы. Резким движением я повалил кого-то на пол и прижал коленом. В меня снова ударил небольшой шар, растворившись вновь в моей защите. Зато я заметил место, откуда он прилетел, а также то, как знакомый оптический камуфляж сместился в сторону. «Не на того напал», — подумал я, ударяя в него из боевого жезла. Целился в грудь, попал туда же, но там у него оказалось что-то электронное, так как из этого места брызнули искры, напоминающие больше всего бенгальский огонь. Почувствовал движение под коленом и, понимая что «кто-то» решил поднять голову, рукой вернул ту на место. Из-под ладони раздалось возмущенное, но негромкое, восклицание.
Наверняка нападавших должно быть несколько, как минимум еще один. Но заметить оптическую иллюзию очень сложно. Я, можно сказать, случайно это сделал в первый раз, а во второй просто зацепился за место, откуда прилетел выстрел. Где-то еще кто-то должен быть. Вспомнил, как я в зоне перехода чувствовал врагов и сумел настроиться на них. Вызвал свое чувство искателя, и спустя пару секунд внутри меня мелькнуло направление.
Я развернулся почти на сто восемьдесят градусов, но оно исчезло. Снова оно промелькнуло, но с другой стороны. Я немного сместился так, что оба направления находились на границе зрения. Нормально настроиться я не мог, но направления периодически мелькали, как будто эти двое решали атаковать или нет, либо смотрели в нашу сторону и отводили взгляд. А еще они перемещались, отчего и мне приходилось немного поворачиваться.
Плохое у меня сейчас положение, подойти можно со всех сторон. В тридцати метрах находилось нечто большое, и его одна стена, длиною в полсотни метров, проходила вдоль дороги. Моя левая рука, прижавшая кого-то к полу, с головы стала перемещаться ниже, ища место, за которое можно ухватиться. Под ней кто-то шевельнулся, и снова раздалось возмущение.
— Цыц! — я прижал его к полу.
Следующее осознание нашего положения чуть не сбило всю мою концентрацию. Моя левая рука прижимала неизвестного к полу за пятую точку, да еще так… Провел левой рукой выше и нащупал небольшое утолщение. То, что надо! Не обращая внимания на возмущенное фырканье, крепко схватил за него. Быстро сместился немного вперед и со всей силы запустил возмущенное существо к увиденной ранее стене таким образом, чтобы оно летело над самой землей. Сам же поднялся во весь рост, отвлекая внимание на себя.
Вероятно, противники не ожидали от меня ничего подобного, поскольку выстрелы прилетели с запозданием. Очень порадовался, что незнакомец не стал ничего предпринимать, значит, несмотря на возмущения, с умом и логикой у него все в порядке. Присел возле него, развернувшись в сторону, откуда был выстрел. Сейчас мне, точнее нам повезло — противник находился почти на линии «стена-мы-он». Не раздумывая, я снова схватил этого «кто-то», и бросил к стене, сам же поднялся, защищая его и теперь внимательно наблюдая за местом возможного нахождения врага.
Не получилось его выманить таким способом. Умный, зараза, не стал выдавать своего местоположения, вероятно, видел гибель своего подельника. Зато мой подопечный (как его еще назвать по-другому?) отполз к стене. Молодец, понял мою задумку.
Теперь к нам со спины не подойти, но и мы не можем уйти, поскольку враги находились с двух сторон. Что странно, второй не атаковал нас, я его только периодически чувствовал. Патовая ситуация. Нет, мы в худшем положении, ведь они могут позвать еще кого-то, а мы нет. Была бы возможность, то подопечный уже позвал. И до лифта наверняка не близко, не думаю, что они затеяли бы свои дела рядом с ним. Но даже, если это так, то спросить все равно не могу.
— …, — что-то сказал на незнакомом языке «кто-то».
— Цыц! Не отвлекай, — я снова прижал шевельнувшего подопечного к полу.
И тут же одернул руку, поскольку под кистью была снова пятая точка, а голос был женский. Вернее, девичий. Стали понятны предыдущие ее возмущения. Внезапно я почувствовал устойчивое направление на атаковавшего меня противника. Чуть повернув голову, я, наконец-то, засек оптический камуфляж.
Стрелять начали вместе. Я промахнулся, поскольку он начал перемещаться, но и его атака не достигла цели, отраженная защитой. Перемещался он хаотично, приближаясь к нам. Я не стал пытаться поймать его, а полностью отдался внутреннему чутью. Следующая моя атака была направлена в сторону и… достигла цели, как уже было однажды с эльфом в зоне перехода.
В следующее мгновение произошло сразу три события: я почувствовал устойчивое направление на последнего враг, с его стороны полыхнуло сильнейшей опасностью, подопечная вскочила на ноги. Развернувшись, я застал интереснейшую картину.
Девочка, стоявшая ко мне спиной, выставила перед собой руки, а к ней пыталась добраться тварь, хищный зверь. Сюрреализм — иначе не назовешь то, что отпечаталось у меня в мозгу. Они застыли друг напротив друга. Было видно, что девочка (а кто же еще с таким то ростом?!) остановила зверя в прыжке, и он так и застыл, вытянувшись телом и с раскрытой пастью. Чешуйчатое, хвостатое и зубастое существо — все, что я смог рассмотреть. В следующее мгновение мир пришел в движение.
Зверь приземлился на лапы и в тот же миг его пронзил луч из моего оружия. Очень удачно — с головы до хвоста. Девочка начала падать и я едва успел подхватить ее на руки. Задержался у зверя, даже пошевелил его ногой — мертв. А то мне все время казалось, что в нем еще теплится жизнь. А теперь деру отсюда, ну на фиг трофеи, если сюда в любой момент могут прийти другие враги.
Фронтир, космическая станция «Приют скитальцев».
— Как это могло случиться?
Невысокая женщина, разменявшая пятый десяток, но выглядевшая на двадцать, посмотрела на начальника охраны. Сказала спокойным тоном, но все в комнате, включая и начальника охраны, прекрасно знали, что та едва сдерживается от ярости и того, чтобы лично отправиться на поиски. Последнее было крайне нежелательно, поскольку сдерживать свою силу она не намерена, а это обязательно приведет к негативным последствиям. Та́йю Тарра́на, как и многие чо́ри, с презрением относилась к человеческой расе. Сложилось это еще в те очень далекие времена, когда они впервые встретились с ними. Да, люди были слабее их, менее ловкие и быстрые, в технологическом плане более отсталые. И даже более позднее знакомство с другой, более развитой, цивилизацией людей не изменило первоначального мнения. Даже сейчас, когда те осваивали, а где и захватывали новые планеты значительно чаще, лишь некоторые стали задумываться об изменении отношения. Начальник охраны, часто общаясь с представителями других рас, понимал это, но, к его глубокому сожалению, убедить главу семьи не мог.
На эту станцию они прибыли за древним артефактом, который был найден неким Пе́ррисом Курта́йном, человеком, занимающимся с его слов исследованиями дальнего космоса. Пластина из неизвестного сплава являлась одновременно и ключом, и картой, и была создана древней цивилизацией по неизвестным причинам исчезнувшей многие тысячелетия назад. В этой части галактики все прекрасно знали, что чори больше всех платили за находки той эпохи, поэтому тот человек и связался с ними. В тот момент в пункте гиперсвязи, предназначенном для общения с представителями других рас, дежурили чори ее семьи. Получив подобные сведения, они сразу переключили канал на нее.
Ключ древних Та́йю узнала сразу, поэтому тут же договорилась о встрече. Утаить подобную информацию не удастся, так как этот человек сразу показал свою находку еще на общем канале. Новая смена другой Семьи всегда читает логи предыдущей, чтобы быть в курсе происходящих событий. Но главы и сами имеют доступ к ним, правда, практически не пользуются этим, а никто другой не получит его. Поэтому было крайне важно прибыть на станцию первой и купить находку.
На станцию они прибыли первыми, но человек на связь так и не вышел. А спустя пять дней сюда прибыли еще четыре самых сильных семьи. Но информация разошлась не только от них, поскольку кроме чо́ри за артефактом охотились еще и люди. Вероятно их разговор был подслушан или сам человек проговорился. Владельцы станции прекрасно понимали, что в любой момент может возникнуть серьезный вооруженный конфликт, поэтому заключили договора с несколькими серьезными отрядами наемников на охрану. Хотя и понимали, что в случае очень серьезных боев, когда псионы начнут создавать высшие техники, избежать серьезных разрушений не удастся. Поэтому они на порядок увеличили так называемый страховой сбор с полной предоплатой. После того, как гость покидал станцию и за ним не числились убытки, этот сбор возвращался.
А сегодня исчезла ее дочь. Ушла со своей служанкой-телохранительницей по магазинам и пропала, не оставив никаких следов. И предложений о выкупе пока не поступало. Маячки, встроенные в одежду, не подавали сигналов. Все прекрасно знали, что эта станция, находящаяся во Фронтире, как называли нецивилизованный космос, пользуется спросом у пиратов, работорговцев и контрабандистов, которые здесь продают, перепродают свой товар и заключают другие сделки. Она не верила, что люди способны нейтрализовать одновременно и телохранителя, и маячки, поэтому полагала, что это дело рук других Семей. Да и сама дочь уже сейчас обладала неплохим набором псионных техник. А сегодня она исчезла.
— Та́йю, никаких следов. Мы проследили их путь до магазина, где они пропали. Ваша дочь направилась посмотреть одежду, а в той секции видеокамеры и сканеры оказались сломаны. Из того помещения имеется дверь в подвал, куда и увели Фа́йю. В том месте следы обрываются. Больше ни вашу дочь, ни ее телохранительницу никто не видел.
— Ты хочешь сказать, что из подвала они ушли порталом?
— Не обязательно, — возразил мужчина. — Могли через потайную дверь. Если она имеет толщину стены, не имеет ни одного электронного устройства и открывается только с той стороны, то обнаружить ее невозможно.
— Допросить всех работников магазина и его хозяина, — процедила сквозь зубы женщина. — Выпотрошить всех, но вызнать все.
— То есть ты решила умереть?
Вопрос от ее подчиненного последовал очень спокойным тоном. И это спокойствие отрезвило немного главу Семьи, но она все же бросила на того гневный взгляд.
— Владелец этого сектора станции один из двух самых богатых и нанял один из лучших отрядов наемников. При всем уважении к тебе, даже с твоей помощью при боестолкновении выжить нам не удастся.