Граф Куниц в сопровождении 6 монахов зашел в центральный зал.
— Доброго здоровья вам, граф Торнрок.
— И вам доброго здоровья. Какие дела привели Первого Советника короля в мой замок?
— Я привез приказ короля, всем его верным вассалам явится под его знамена и разорить Вольные Земли. Все получат наделы, в соответствии со званиями и заслугами.
— Вынужден вас огорчить, граф Куниц, мне некого послать. Все войны ранены или убиты. Я стар и болен. Как верный вассал короля я подчиняюсь приказу.
— Как вас понять?
— У меня нет воинов.
— Вздор. Вы хитрите. Вооружите крестьян. Братья с Голодного Острова захватили знатную добычу.
— Пока они её вывозили, погибли дружины графа Эксан, баронов Унгр и Трик, моя дружина.
— Упомянутые вами вассалы короля уже вооружают крестьян и готовятся к походу.
— Ну и дураки. Останутся без людей.
— Вы оскорбляете благородных господ. К тому же нам противостоят крестьяне.
— Я готов на королевском суде повторить, что они дураки, что вооружают крестьян. Эту чернь надо держать подальше от оружия. Мотыга, лопата, коса, вилы, молотилка, серп — это то, что можно им давать. Да, против нас идут крестьяне. Но я бы не хотел встретиться с ними в бою. Мой верный Краг рассказал, как они бьются. Он сам ранен, ранена моя дочь.
— О ней я также хотел поговорить. Мой племянник Сокел хочет, что бы она стала его женой.
— Он уже пытался это сделать.
— Да, ваша дочь отказала.
— Я ни чего не могу тут поделать.
— Если вы согласитесь, его дружина выступит под вашим знаменем, и вы выполните приказ короля.
— Я уже ответил, граф Куниц. К тому же ваш племянник низкого происхождения, трус и пьяница. Мне не нужен такой зять.
— Вы забываете, граф, что остались без армии.
— А вы забыли, что такое честь и совесть. Если надо, предстану перед королём на его суде.
— В этом нет необходимости. Я уполномочен судить всякого, кто откажется выполнять королевский указ. Взять его, и в подвал.
Двое монахов двинулись на него. Он встал, обнажил свой меч. Монахи тоже достали оружие. Он стар и болен. Его меч зазвенел по каменному полу зала, а он, сбитый с ног и оглушенный, был связан двумя здоровыми, крепкими монахами.
— Вы пытались сопротивляться решению королевского суда. Это осложнит вашу участь. В подвал.
Его выволокли на улицу. Уже стемнело.
— Её нигде нет. — сказал один из монахов, подбежав к графу Куницу.
— Где твоя дочь?
— Не найдете.
Его ударили древком копья в живот, потом по ногам сзади. Он упал на колени.
— Господин. — услышал он шепот из ближайших кустов.