— Здорово. Местная такая грубая.
Они разгружали ФУРГОН. Надо было еще с ГРУЗОВИКА II отогнать в Пещеру несколько ДЖИПОВ для разъезда специалистов. Два Глаза Дракона летали над городом. Воры и бандиты с окрестных земель обязательно прибудут сюда, где их коллег сильно проредили. Так пусть знают, что их ждет. Вернулись с разгрузки техники к обеду. ОН осмотрел изделия Таи. Да, ткань действительно грубая, зато у всех есть фартуки, нарукавники, и прочая нужная мелочь. Она показала привезенные ткани. Восхищению девочки не было предела. Легкая, прочная, гладкая, красивая.
После обеда ОН, Михаил и дядя Вася занялись обустройством душа: набили трассу под трубы, поставили печь-водогрейку, протянули трубы, шланги, подключили лейки. На крышу — емкость для воды, в колодец замка — насос. Разгрузили комплекты для цивилизованных туалетов, установят завтра. Вечером душ был готов, правда, без кабинок, так что мылись по очереди.
Вечером ОН собрался улетать в армию с Махом. ОНА напросилась с НИМ. Сели в лагере уже в темноте. Выслушали доклад Начальника Копейщиков Дракона. Перед ней была Аурена. Горд, обнесенный высокой каменной стеной, был окружен рвом и частоколом. Все подходы были перекрыты, кроме бухты. Бухта просматривалась с одного из холмов. По докладу Начальника Разведки каждый день в бухту входят от 5 до 9 кораблей. Все торговые, военных не видно.
Под Огонь Дракона было все готово. Он дал приказ проверить ветер. 8 стрел взлетели вверх.
— Хорошо. Завтра привезу. Ночью, в день свадьбы, запустим. Пока всё укройте. Выходят?
— Да, пару раз. Потом притихли.
— Что по местности?
— Казнили 6 особо ревностных священников. Крестьяне ропщут, но не бунтуют. Кто-то их еще подбивает на бунт.
— Следите. Если что — давите. Другие местности?
— Притихли. Ждут, что здесь будет.
— Готовьте лестницы. Возможно, стена устоит. Подземный ход?
— Нашли. Долго не чистился. Завален так, что пройти невозможно. Оставили караул.
Вернулись назад, пошли спать. ОНА прижалась к НЕМУ.
— А что это за Огонь Дракона? И как его запускать?
— Увидишь. Возьму тебя, дядю Васю, Маха с Тэей. Пусть посмотрят, и в войсках покажутся.
— Ну, скажи.
— Увидишь.
— Ну тебя.
ОНА повернулась к НЕМУ спиной. ОН обнял ЕЁ и пододвинул к себе.
— Та-а-а-ак. Руки убрал!
— Перетопчешься.
— Всё, я обиделась, пока не скажешь.
— Не скажу, журналистка моя любопытная.
ОН поцеловал ЕЁ в плечо. ОНА дернула им, похлопала ладошкой по ЕГО руке. ОН не отпускал.
— Давно Малышка ощенилась?
— Где? Как?
— В бывшем душе, судя по звуку.
— Пусти, я посмотрю.
ОНА подошла к душу и заглянула за занавеску.