Воин Донбасса (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Тот ухмыльнулся:

— Да, ты правильно подумал. При желании можно считать вербовочным заявлением. Более того скажу: будет на то твоё желание — возьму к себе. На хорошую должность. Побольше командира роты. Ты, Лёша — можно так? — с удачей дружишь. Два раза подряд из-под реальной смерти вывернулся, да попутно нас на такой цветник укропской агентуры вывел, что любо-дорого по нему потоптаться теперь. Что тебе в корпусе делать? Там перемирие. А эти вылазки ДРГ, в том числе и с твоим участием, сам знаешь, в реальности дают мало. Зато жизни забирают регулярно. Про охоту твою я знаю, даже уважаю. Но если когда надумаешь не укров бешеных отстреливать, а государство строить, правопорядок в нём наводя по-настоящему, — то придёшь, можно сказать, к своим. Так что подписывай, не беспокойся. Давить не буду, а ежели надумаешь — дверь открыта. А у меня — больше оснований тебе помогать. В том числе и вот сейчас, с твоей девушкой.

Нет, положительно! — в последние дни вербуют его все просто бешено! И главное, логика при этом у всех необоримая. Вроде как не к себе вербуют, а ему, Лёшке Кравченко, помочь хотят!

— И второе заявление пиши, — продолжил Ворон. — «С целью наилучшего выполнения задач и поручений ОКП прошу разрешить мне пользоваться собственным табельным оружием, внесённым в служебное удостоверение». А также, скажем, оружием, выданным в воинской части…

Алексей против воли ухмыльнулся.

— Чего улыбаешься? — тут же спросил Ворон.

— Да так, вспомнилось, как мне здесь автомат выдавали, — усмехнулся Кравченко.

Командир комендачей усмехнулся тоже:

— Да я, пожалуй, знаю. Встречался. Отдаёшь паспорт, получаешь ствол? А вечером сдаёшь. Как лодку напрокат…

— Нет, даже интереснее. На границе-то меня свои приняли, «бэтменовские». А я уже упакованный, с «винторезом» приехал. На, говорят, автомат тоже бери. Заводят в оружейку, а там стволы — только что не россыпью. В ящиках. Выбираю, какой там получше, старшине оружейному отдаю паспорт, военный билет, пенсионное на всякий случай. А он мне: «На хрена мне твои документы? У меня тетрадка есть!». Там, дескать всё надёжнее, чем в куче бумажек разбираться. Взял фамилию, спросил позывной, записал — и вся военная бюрократия! Патроны вообще без счёта…

Потом, правда, Бэтмен порядок навёл, — добавил Алексей справедливости ради. И вздохнул, вспомнив, что время не ждёт:

— А дальше что? Я хочу своих позвать…

— А вот дальше как раз прокуратура и начнётся, — отрезал Ворон. — Ежели мы сейчас с тобою по-умному всё не изобразим. Никакой группы. Нет у неё права на задержание ходить. Пойдёшь с нашими.

— Я их не знаю, — заупрямился Алексей. — Как взаимодействие наладить?

— А ты что, на штурм, что ли, собрался? — удивился комендач. — Так это тебе не фронт, повторяю. Тут — наши граждане. Ты ж работал в правоохранительной системе, мне говорили…

Буран хмыкнул. Ну, если «Антей» занимался правоохраной… Хотя, если вдуматься, он ею и занимался. Только своими методами, чуток эластично закон трактуя. Но, впрочем, именно закон защищали, никакому криминалу пути не давая. Жизнь слишком велика даже для десятка кодексов, говаривал, бывало, шеф.

Ну, так сейчас-то разве не тот же случай?

— Не тот, — весомо подчеркнул Ворон. — Штурмовать их мы, конечно, готовиться будем. На случай оказания сопротивления. Но для этого нужно законную базу создать. Ты занят был, что ли, когда я приказывал ребятам Мышака прежде всего на связи резидента с бандитами крутить? Внимательнее надо быть, товарищ Кравченко. Вот сейчас получим протоколы за подписью подозреваемого, будут у нас правовые основания выдвигаться на задержание других подозреваемых. Может, даже и вовсе без тебя, заметь. Мы на них как бы независимо выйдем. Ну, а по ходу дела и о девушке твоей вспомним. Предложим им участь свою не усугублять.

— Не годится, — решительно ответил Алексей. — Я там должен быть. На всякий случай. Думаю, я лучше ваших вчерашних механизаторов и шахтёров умею действовать в таких ситуациях. И боец мой мне нужен будет на тот же случай. Если что, можно не документировать наше участие. Типа, ваши задержали, а мы не при делах. И «винт» мой привезёт…

Полковник пожал плечами. Он твёрдо надеялся ни до какого «особого случая» дела не доводить. Бандиты — не враги. Нет, не друзья, конечно, но всё же именно граждане. Нельзя их мочить так же, как врагов на поле боя. То есть хотелось бы, но — нельзя. По закону — нельзя. А значит, комендатура может позволить это себе только в определённых законом случаях. Но осмелятся ли «тетрисы» оказывать вооружённое сопротивление, как какие-нибудь дагестанские ваххабиты, давая спецназу вожделенное право стрелять на поражение?

Не факт, ой не факт! Да и слава Богу, наверное.

— Капитан Кравченко, — строго, подпустив командирского металла в голосе, сказал полковник Воронов. — Если вы не хотите, чтобы я вас отстранил от участия в операции, то извольте слушать приказ. На данный момент вы вместе с капитаном Холодовым, он же Лёд, формируете штурмовую группу. При этом вы оказываете консультационные и прочие вспомогательные услуги. Для обеспечения огневой поддержки штурмовой группы разрешаю вам пригласить одного своего свободного от службы бойца, который случайно оказался в городе…

— Двух, — быстро вставил Алексей, у которого в мозгу высверкнуло идеей предварительного плана. — Двух нужно. Больше не прошу, но двух обязательно. Зато без стрелковки, только с пистолетами.

Ворон посмотрел на него, вздохнул и сказал:

— Хорошо, двух. Уровень ответственности за них сам понимаешь. Далее. В ходе переговоров с подозреваемыми никаких самостоятельных действий не предпринимать, на глаза им не показываться. На какие-либо силовые акции выступите только по моему приказу. Приказ ясен, товарищ капитан?

— Так точно, — мрачно ответил Кравченко и стал набирать Злого.

Обошли, как говорится, со всех сторон. Самостоятельно даже Ирку выручить не получается…

— Нет, а ты чего хотел? — Ворон, глядя на его мрачное настроение, решил расставить все точки над «ё». — Мне ли тебя учить законности? Пусть у нас тут своя специфика создающейся государственности — но создаём-то мы её по российскому образцу! А в нём мы кто? Комендатура, я имею в виду. Часть вооружённых сил. Находимся в оперативном подчинении Министерства обороны ЛНР. Разумеется, при и на постоянной связи с Главой. Потому занимаемся широким кругом задач — от непосредственно боевых до обеспечения правопорядка. А какого? Отметь себе: комендатура — это пограничная полоса между военной службой и гражданской жизнью. То есть: если случаются происшествия с участием военных и гражданских лиц, мы эти ситуации урегулируем. Если вдруг какие-то люди в военной форме или с оружием заходят в магазины, дома и что-то там отбирают, неадекватно себя ведут или просто находятся в пьяном состоянии — нам звонят, докладывают, и наша работа — эти безобразия пресечь.

Потому, к примеру, к тебе в больницу наряд комендатуры вполне законно зашёл. Напали на военнослужащего. Попытались подвергнуть незаконному задержанию. И, по-хорошему если получится, конфликт разрулил именно комендантский патруль. И оформил в законном порядке, подчеркну ещё раз, а ты запомни!

Алексей пожал плечами. Ясное дело! И?..