— Саша-а не надо…
— Сука, ненавижу.
Еще толчок и Полина пытается высвободится из его захвата. Только это невозможно, Саша держит ее крепко. Трахая ее жестко, не жалея, не думая о ее чувствах. Она — кукла, которая посмела пойти против своего хозяина. Она — игрушка, решившая сменить игрока.
— Саша! Больно!
Он развернул ее к себе, впиваясь безумным взглядом в ее лицо. Там слезы и отчаяние. Боль. Страх. Безумие.
— Бл*ть, Полинка…
Маньяк, жалеющий свою жертву. Он осыпал поцелуями ее лицо, слизывал слезы, которые сейчас были такими горькими. Но продолжал иметь ее. Потому что она — его.
Полина почувствовала, как ее мышцы начинают сжиматься, даря долгожданную разрядку, о которой она так мечтала. Это не были звезды в глазах и тепло во всем теле. Это судорога, которая свела все ее мышцы, боль, пронизывающая все тело. Но она сладкая, желанная.
Она чувствует, как его толчки становятся глубже и резче. Полина знала этого мужчину. Финальный толчок и утробный рык. Саша выходит из нее и наклоняется к ней в еще одном немом приказе.
— В рот, Полина.
Она снова подчиняется. Его кукла, некогда потерянная и сломанная, снова в руках своего мастера. Полина открывает рот и обхватывает его член губами, где чувствует вкус своей страсти, а потом и его. Терпкая, соленая и густая сперма ударила в небо и стекает вниз. Потом еще и еще.
— Глотай!
Полина опустила глаза и проглотила, не заметив каплю белесой жидкости в уголке губ.
— В глаза смотри!
Она подняла на него свой еще затуманенный взгляд, полный ненависти и презрения.
Саша большим пальцем стер маленькую каплю и поднес к ее рту. А Полина высунула свой язычок и слизала. Смотря в его черные, бесовские глаза.
Только после этого Саша упал на кровать и закрыл глаза. Мушки, которые летали перед глазами, никак не проходили. Слишком жестко все было, слишком откровенно и порочно. Дикая и такая взрывная близость. Ее ангельский взгляд, который так доверчиво смотрел на него, пока она сосала его член, ее медовые стоны, пока он трахал ее, как ему хотелось.
Полина не в силах была просто сидеть рядом. Но и встать не могла. Она так же легла рядом с Сашей и уткнулась ему во влажную от пота грудь. Полина и ненавидела его за то, что он делал, и любила. По-другому не могла. Это не поддается никакому объяснению. Любовь вообще не подается объяснению.
Полина чувствовала, как Саша тяжело дышит, пытается выровнять свое дыхание, видит, как его немного потряхивает.
— Ты так мне честно и не ответила…. — тихо сказал Саша.
— Я с ним не спала, Саша.
— Хм… Хочешь сказать, что после того, как вы сосались на вечере у всех на глазах, а потом вместе уехали, он просто отвез тебя домой?
— Нет…
— Сука… Ненавижу.
— Да, Саша, я сука. Я поступила с тобой, как самая настоящая сука. Но с ним я не спала. Не смогла…
— Ноги раздвинуть не смогла?
— Не смогла вынести его касаний. Ничьих касаний не могу… кроме твоих.
Саша приподнялся на локтях. Взъерошенные волосы спадали на лоб, глаза все еще блестели и были черными. А губы сжались в тонкую линию, гневно.
— Я была в Париже, Саш.
— Как ты и мечтала…