И накой чёрт вылез геройствовать? Ради рода и друзей, я и не таким геройством занимался. Только в этом мире я пока что один и рисковать здоровьем ради незнакомки, вообще не в моих интересах.
Ладно. Видать стимулятор совсем кустарный был и это всё от отходняка.
На дворе была ночь. Спать совсем не хотелось и неизвестно было сколько мне тут торчать. От нечего делать открыл Арсенал и пробежался глазами по скудному содержимому. Хотя я и так всегда знал его содержимое, в абсолютно любой момент времени. Но у Арсенала был и второй режим работы, в виде виртуальных окон всплывающих перед глазами.
До появления в этом мире, ни о каких виртуальных окнах я не слышал и воспринимал их как данность. А познакомившись с современной техникой, у меня появилась теория, что наш родовой Арсенал, это некий техно-артефакт.
Мысленно ткнув в меч, приблизил его и попытался открыть режим редактирования. В очередной раз рассчитывая на провал, к своему удивлению увидел ещё несколько окон. В них отобразились доступные режимы манипуляции с объектом. Усиление, укрепление, разбор…
Так…
Всё это время, я не мог достигнуть второго уровня арсенала. Так что же изменилось сейчас? Спасение девушки так повлияло на него? Или момент когда меня прожаривал магический огонь?
Непонятно… В прошлом мире, Арсенал родичей усиливать мог только глава рода и советники. И то, после достижения непонятных для меня критериев. Бывало что и год Арсенал оставался на том же уровне, а иногда можно было получить и десять усилений в неделю.
Теперь нужно понять, как же я усилил Арсенал то? А заодно решить, что усилить с его помощью. Хотелось бы всё и сразу, но к сожалению тут есть множество ограничений. На втором уровне, смогу усилить всего три вещи и только по одному усилению на вещь.
Хотя чего думать? Кираса, шлем и мой любимый пистолет «Тихушник-ZZ7». Он относился к классу тяжёлых иглострелов и стрелял двадцатимиллиметровыми иглами. Дальность стрельбы была совсем небольшая, зато убойная сила поражала воображение.
Лёгкую броню пробивал навылет, со средней уже как повезёт и нужно стрелять в сочленение доспехов. Правда был и минус — большой износ. Отстреляв десять обойм по двадцать выстрелов, ствол можно было выкидывать. А новый попробуй ещё найти. Тяжёлое вооружение запрещено гражданским, поэтому даже я не мог позволить себе такую роскошь.
С укреплением всё станет намного лучше и ствол прослужит в два раза дольше, а броня по прочности почти сравняется со средней.
Усиление происходило в виртуальном режиме, поэтому никаких спецэффектов не было, как у всяких артефакторов. Потом конечно проверю его на всякий случай, а то кто его знает, как в этом мире работает моя способность.
До сих пор не пойму, почему Арсенал перенёсся вслед за мной. Может у него какая привязка к душе?
— Где я? — удивлённо спросил кто-то за ширмой справа.
— Очевидно что в лазарете, — хмыкнул я в ответ. Голос был хрипловат, но в целом болезненных ощущений не было.
Ширму резко отдёрнули и на меня уставилась знакомая девичья мордашка. Увидев меня, он испуганно ойкнула и задёрнула ширму обратно. Видать я совсем не красавиц в этих бинтах.
— А вы кто? — робко спросила девушка, из-за которой я почти что стал шашлыком.
— Сложный вопрос. В философском плане, я лишь песчинка в масштабе вселенной, которую перемелют безжалостные жернова времени.
— А? — ширма отдёрнулась, и девушка посмотрела на меня как на чокнутого. — Ты чего несёшь?!
— Задавай более конкретные вопросы, — фыркнул я.
Ну а что она хотела? Характер у меня не сахар. Если б не батя, то не видать мне даже одной жены. Но тот умудрился заключить брачные контракты аж с пятью родами! Благо я постоянно был в патрулях и миссиях, так что с жёнами виделся нечасто. А те и рады были такому положению дел, так что в доме всегда была идиллия.
— У тебя девушка есть? — неожиданно спросила эта любительница зажечь толпу.
— Неа…
— С таким характером, оно и видно, — фыркнула незнакомка.
— Ты ещё лица моего не видела даже…
— Надеюсь и не увижу! У тебя там явно лицо не фонтан!
— А у тебя парень есть? — иду в наступление и девушка на секунду виляет взглядом перед ответом.
— Есть!
— Ну-ну, — усмехнулся я.