— Позвольте пояснить госпожа, реакция его организма на пытки, не поддаётся никакой логике. Стоило только причинить ему боль как он уснул. Мы перепробовали все средства приведения в сознание, но он продолжает дальше спать.
— Гипноблок?
— Я сразу же вызвал менталиста, — покачал головой палач. — Он сказал, что ничем не может помочь и ушёл…
— Ясно… Попробуйте ещё что-нибудь, только не калечьте и не убивайте, — приказала женщина и резко покинула операционную.
Вихрем пролетев по коридорам особняка, женщина влетела в алую гостиную. Хоть алого тут практически и не было, лишь пять ярких полос на тёмной стене, но гостиная всё равно называлась алой. Только женщину это волновало в последнюю очередь.
— Говори!
Пивший чай с молоком мужчина, чуть не подавился этим самым чаем и укоризненно посмотрел на женщину. Несколько секунд у него ушло на то, чтобы стереть остатки выплюнутого чая, после чего он ответил:
— Если ты о своём госте, то я ничего не нашёл. Его голова, пуста как у младенца. Никаких блоков или закладок. Чисто и пусто. Я попытался поставить закладку, но её засосало как в чёрную дыру. Раз и нету.
— Что за чушь? — женщина устало плюхнулась в кресло и посмотрела на чайный набор на подносе. — Мне тоже чай сделай, только без этого мерзкого молока. Так что с парнем? Я проверила его, он не из старшего рода. Обычный простолюдин, у которого в предках не было никого из наших.
— Никогда с таким не сталкивался, — пожал плечами мужчина. — Как придёт в сознание, могу попытаться ещё раз.
— Думаешь очнётся? — с лёгкой надеждой спросила серебряноволосая.
— Твой коновал, говорит что это простой сон. Значит очнётся.
Женщина тяжело вздохнула и сделала глоток чая.
— Молоко?! Ну я же просила! — Тихий мужской смех был ей ответом.
***
— Доброе утро, — с хрустом потянувшись на мягкой кровати, смотрю в серебряные глаза моей новой знакомой. — Как спалось? Мне вот очень даже неплохо.
— Думаешь что самый умный? — с лёгкой злостью спрашивает та в ответ.
— Вроде бы нет, — пожимая плечами. — В этом санатории, кстати, кормят? А то я что-то проголодался.
— Сейчас принесут, — дёрнула плечом серебряноволосая.
— А туалет тут где?
— Тут, — женщина пнула что-то железное под моей кроватью и на центр палаты выкатился больничный горшок.
— Любишь подглядывать? — хмыкнул я, после чего встал и задрав больничную пижаму, сделал свои маленькие дела.
— Убери, — на мою подначку сереброглазая никак не отреагировала, а вскоре в палату зашла давешняя целительница и забрала горшок. — Ты ведь понимаешь, что если не мы, то за тебя возьмётся кто-то другой. Только там условия будут куда хуже.
— Я думал ты поняла девочка, — хмыкнул я, продолжив рассматривать пейзаж за окном. — Условия где я становлюсь чьей-то марионеткой, для меня неприемлемы ни в какой форме.
— Это твой окончательный ответ?
— Ещё вчера ответил, — криво усмехнулся я. — Или ты настолько тупая, что простые слова уже не воспринимаешь своим маленьким аристократичным мозгом?
— Как грубо, — скривилась женщина. — Типичный плебей. Интересно как ты запоёшь, когда твоя милая попка, познакомится с Алексом.
— Эй, а покормить? — возмущённо вскрикнул я, когда в палату вошёл накачанный мужик, из одежды на котором были лишь кожаные стринги и такие же сапоги.
— Говорят что сосательный рефлекс и во сне работает, так что перекусишь чистым белком!
— Мы так не договаривались, а ну стоять!