Число зверя: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Башир! Это я, Манзур! Помнишь меня?

Со стороны дома, где затаился Башир не доносилось ни звука. Немного подождав, Манзур крикнул снова.

— Да, я тебя помню. — Наконец услышал он в ответ. — Зачем ты здесь? Приехал попрощаться?

— Нет, мне надо поговорить с тобой. У меня есть к тебе предложение.

Из-за дувала донесся приглушенный хриплый смех.

— Какое у тебя может быть предложение? Может быть, ты хочешь, чтобы я сложил оружие и вышел к вам под пулю? Я не такой дурак.

— Нет, Башир, нет! Если ты сдашься, то я гарантирую тебе неприкосновенность. Не стреляй, я подойду поближе, и мы с тобой поговорим.

— Ладно, выходи, я не буду стрелять.

— Господин генерал, не делайте этого! Он вас убьет, а мне начальство голову снимет, — сказал побледневший Аманулла. — Не верьте ему!

— Я не боюсь. В меня он стрелять не станет, а вы оставайтесь на своих местах, понятно? И не вздумайте даже пошевелиться.

Манзур вышел из-за скалы и медленно направился к Баширу. Не успел он пройти и несколько шагов, как один из полицейских, заметив какое-то движение во дворе осажденного дома, нервно вскинул автомат и, не целясь, застрочил по забору. Манзур кинулся в укрытие и вовремя, поскольку Башир немедленно ответил короткой и меткой очередью, которая взбила землю прямо у ног Манзура.

— Идиот! — выкрикнул взбешенный Манзур и отвесил увесистую пощечину стрелявшему полицейскому.

— Манзур! Эй, Манзур! — услышал он крик Башира. — Это и есть твое честное слово? Ну и собака же ты!

— Все, хватит! Командуйте, пусть открывают огонь! — приказал Манзур Аманулле.

— Слушаюсь! — Аманулла повернулся к орудию и махнул рукой.

Через несколько минут, после того как орудие всадило несколько снарядов в цель, а посланный на разведку полицейский, из-за которого чуть не погиб Манзур, доложил, что Башир мертв, Манзур и Аманулла вошли во дворик уничтоженного артиллерийским огнем дома.

— Вот он, — показал Аманулла на изуродованный труп Башира, заваленный обломком стены. — Доигрался, бандит!

— Он не всегда был таким, — сказал Манзур. — Было славное время, когда мы воевали с ним вместе, и как воевали! Да, теперь все в прошлом — и наша борьба, и наша слава, а от джихада осталась одна мерзость. Ладно, — произнес Манзур, заметивший на себе удивленный взгляд Амануллы. — Не обращайте внимания на мои слова. Распорядитесь, чтобы его здесь же и похоронили.

Жора Галкин остановил Андрея Васильевича, неторопливо проходившего по пустынному коридору посольства.

— Андрей, поди сюда, я тебе кое-что по секрету скажу, — посулил он и оттащил Андрея Васильевича в угол. — Я только что прелюбопытную депешу видел. Представь, пишут, что, по данным воздушной разведки, из афганской провинции Бадахшан в сторону таджикской границы выдвигаются три отряда боевиков. Во главе каждого командир-таджик. Здорово, правда?

— Ну и что? — не понял Андрей Васильевич. — Эка новость! Почему бы им не выдвинуться? Они ведь это чуть ли не каждую неделю проделывают. Получат от наших пограничников по шапке и обратно задвинутся. Что тут особенного?

— Как что? Меня ведь здесь некоторые за дурака держат, — зашептал Жора. — Но теперь-то я совершенно точно знаю, что самый глупый — это не я. Скажи мне, как это они с самолета умудрились заметить, что командиры — таджики, а?

— А-а-а! — махнул рукой Андрей Васильевич. — Я уже давно перестал удивляться тому, что у нас писали и пишут. То, бывало, ТАСС сообщит, что в таком-то уезде Афганистана моджахеды железнодорожный мост подорвали, — а там железных дорог и вовсе нет, то пишут, что «с особой жестокостью были уничтожены восемнадцать грузовых автомобилей», то доносят об агенте, который «с большим трудом, пешком на спине, пересек границу». Бред! Слава Богу, теперь, когда нас из Афганистана выперли, все это осталось позади. И очень хорошо, поскольку надоело до смерти.

— Не скажи, — заметил Жора. — А Таджикистан?

— Да, — неохотно согласился Андрей Васильевич. — То же самое, если не хуже, — война, резня, голод, беженцы, и все это теперь у нас прямо под боком. Мы, кстати, с послом сейчас на эту тему с Хекматияром очень мило побеседовали.

— Ну-ка, расскажи! — живо заинтересовался Жора. — Сами, что ли, к нему напросились?

— Нет. Позвонил нам вчера его помощник Мангал — знаешь ведь его? — и сказал, что Хекматияр-де хочет нас срочно видеть. Мы с послом обрадовались. Думали — наконец-то Хекматияр сообразил, что он может, пока Масуд через границу запускает в Таджикистан своих боевиков и поэтому стал у нас «враг номер один», попробовать наладить с нами отношения и пленных ради этого отдать. Увы, ничего подобного. Приехали мы к нему, сели, ждем. Пришел и он, уселся — ноги толстые, как у слона, морда надменная, кверху задрана, — уставил на посла свои глубокие ноздри, словно двустволку, и начал: «Вы это когда же кончите антинародный режим в Душанбе поддерживать? Что ваши войска на афгано-таджикской границе делают? Вам что, вашего афганского урока мало?»

— Ишь, учитель! — разозлился Жора. — Молчал бы — половину Афганистана в клочья разнес, пока с Раббани и Масудом сражался, а теперь хочет, чтобы с его помощью и на таджиков такая же благодать спустилась?

— Наверное. Впрочем, таджики и без его участия друг друга вовсю режут, уже не первый год. Вождь на вождя, клан на клан, регион на регион. Мы ему, конечно, сказали, как положено, — афганский урок очень-де хорошо усвоили, поэтому на таджикской границе стояли и будем стоять, а ты лучше к нам не лезь. Он опять: «Проваливайте к себе в Россию», мы ему снова про нерушимость границы. Перекидывались они с послом этой границей, как малые дети мячиком, а я все хекматияровским носом любовался.

— Дался тебе его нос! — удивился Жора. — Красивый очень, что ли?