Но счастье, как оказалось позже, в незнании, ведь атрибут при некотором желании можно отобрать.
Глава 8: «Интенсивная терапия»
Сообщив мне непонятную информацию, некромант потерял к нам двоим интерес, развернулся и направился к оставшемуся на дороге экипажу.
Хм.
Повернувшись к старику, я растерянно поинтересовался:
— И что дальше?
Пожав плечами, Грин не менее растерянно ответил:
— Я не знаю…
А после внезапно добавил:
— Но тебе лучше остаться с ним. Поверь, в Эридосе тебя не ждёт ничего хорошего.
— Хочешь сказать, я могу идти куда захочу? — засомневался я.
— Признайся, это ведь не первое твоё тело в нашем мире? — прищурившись, с подозрением спросил старик.
Решив не темнить, я честно ответил:
— Второе.
А после спросил:
— Эти атрибуты? Что это вообще такое?
Открыв дверцу экипажа и заглянув внутрь, некромант что-то громко крикнул в нашу сторону. Встрепенувшись, Грин сообщил:
— Пойдём, нас просят помочь.
У экипажа мне досталась роль моральной поддержки. Грин и некромант скрылись внутри и спустя полминуты вытащили наружу хрупкую беловолосую девушку. Залюбовавшись на красивое и очень гармоничное лицо незнакомки, я не сразу заметил, что она обладательница длинных стреловидных ушей.
Уложив одетую в белую мантию девушку на траву, старик и некромант устроили совещание на местном, во время которого подозрительно часто поглядывали на меня.
Наконец Грин, с лица которого пропала весомая доля страха, обратился ко мне с нотками вины в голосе:
— Сэр Антон говорит, что примерно половина твоей селезёнки способна привести её в чувство. Но мы, так и быть, попробуем отделаться четвертью…
В этом месте мне бы следовало начать нервничать или же рвануть следом за краснополосыми. Однако, ни того, ни другого я делать не стал. А зачем, если старик с трудом сдерживает улыбку, а названный Антоном смотрит на меня весёлыми насмешливыми глазами.
— Скажи ему, что один мой знакомый старик в зелёной мантии способен привести в чувство любого, при условии, что тот ещё дышит, — парировал я.
— Я говорил. Но, увы, привести эту милую девушку в чувство необходимо быстро, а моя сумка с травами и препаратами умчалась вместе с фургоном, — расстроенно сообщил мне Грин. — В общем, это была не совсем шутка. Подойди, сэр Антон заберёт некоторое количество твоей жизненной энергии и передаст её эльфийке. Не переживай, процедура безопасна, только спать захочешь наверно. А я тем временем расскажу тебе об атрибутах.
— А это точно не опасно? — заволновался я.
— Если делать всё медленно и со знанием дела, то точно. Вы, иномирцы, «бездонные бочки» со свободной энергией, а в твоём случае эта энергия безусловно положительна. Ты как донор с универсальной группой крови, — заверил меня старик.
Жаль только уверенности его заверение мне не прибавило.
Неуверенно подойдя, я зачарованно уставился на эльфийку, очень быстро осознав, что в земном кинематографе имеется одна большая проблема. Точнее не проблема, особенность. Она в том, что в кино эльфов играют исключительно люди. Да, актёров подбирают красивых, стройных и местами даже со следами одухотворённости на лице. Но это, как оказалось, не то.
При этом нельзя сказать, что эльфийка обладала какой-то мистической красотой или же сильно отличалась от человека. Она… М-м-м…