— Кайрат! Андрей! — Айдар отчаянно махал им рукой.
Кайрату показалось, что Старик выглядел постаревшим и сутулым. Айдар затравленно улыбнулся. Несмотря на то, что у него исчез статус вольного человека, друг был безмерно рад видеть своих одноклассников.
— Айдарин! — друзья с энтузиазмом помахали ему в ответ.
Больше возможности разговаривать не было. Караульный кивнул арестанту и Кайрат с болью увидел, как Старик послушно протянул вперёд руки. На запястьях неразлучного друга защёлкнулись наручники.
— Эх! — у Кайрата защемило сердце.
— Куда Айдар убежит? — рассердился Андрей, осуждая действия конвойного. — Зачем напялили наручники, словно он беглый преступник или рецидивист?
Кайрат ничего не ответил. Он понуро отвернулся. На душе скребли кошки. Андрей понял состояние друга.
— Скоро начнётся заседание! Пошли, Кай!
Пока они брели, Кайрат читал молитву. Он просил Всевышнего снисхождения для Старика.
Поднявшись на второй этаж, они увидели, что коридор пуст, а двери зала широко распахнуты. Молодые люди вошли в просторный зал, который представлял площадь примерно в сто пятьдесят — двести квадратных метров. На одной половине комнаты рядком стояли деревянные скамейки без спинок, позволяющая экономить габариты зала. Они были покрыты коричневым лаком, который изрядно истёрся вследствие большого количества, сидящих на них людей. Рядом с входной дверью находилась клетка для подсудимого с сиденьем, жестко прикреплённым металлическими болтами к полу. Клетка подходила по размеру с коммерческим киоском, в котором торговала в посёлке Оля. Рядом с клетушкой находился простенький столик с двумя стульями. Явно, что эти места предназначались адвокату или, проще говоря, человеку, осуществляющую защиту обвиняемого. В другой стороне зала на постаменте возвышались служебные сиденья судейской команды. Они разительно констатировали с остальной мебелью. Смонтированные стулья с высокими спинками выглядели пафосно и вычурно, будто королевский трон. Дополняло картину два окна, вымытых до блеска, через которые лился дневной свет. Зал был полон больше половины, поэтому найти свободные места не составило труда.
— Вон родители Старика! — указал зоркий Андрей, — присядем рядом с ними.
Они протолкнулись по ряду и обосновались возле Рахиля апы и Агзям абы. Кайрат и Андрей кивнули матери Айдара и пожали руку отцу. Кайрат присел рядом с матерью Айдара.
— Рахиля апа, как дела? — склонился Кайрат к скрюченной, от навалившейся беды, женщине.
— Ох! Не спрашивай, Кайратик! — горько посетовала она, — на лекарствах держусь. Не думала, что доживу до этого дня.
Кайрат молчал. Он разделял состояние женщины, некогда улыбчивой и юркой. Сейчас Рахиля апа выглядела неважно, как измученная бабушка, которой на месяц оставили крохотного внучонка.
— Как вы добрались? — спросил Кайрат, чтобы развеять мрачные мысли.
— Ковшовы подвезли! Слава Аллаху им!
— Они тоже здесь? — Кайрат повертел головой, рассматривая присутствующие лица.
— Нет, — положила сухие ладони на колени убитая горем женщина, — Николай довёз до города. Дальше мы приехали на трамвае.
— Как Агзям абы? — тихо поинтересовался парень, — не ругается?
Рахиля апа украдкой глянула на мужа, сидящего по правую сторону. Она понизила голос до шёпота.
— Не хотел ехать в суд! — доверилась женщина.
— Почему?
— Ох, Кайрат! Еле уговорила. Сказала, что вдруг мне станет плохо, и я потеряю сознание. А на городской улочке, несмотря на то, что людей много…, так ведь никто не подойдёт!
— Почему Агзям абы не хотел ехать? Он сердится на Айдара?
— Матерился, что я родила глупого сына! Айдарик у меня не бестолковый! — она шмыгнула и вынула носовой платочек. Следом промокнула слёзинку, выкатившуюся из уголка глаза, — он слишком рано женился.
Кайрат дал возможность выговориться.
— Не взял жену из посёлка…, или из города, — пожаловалась она, — привёз не знамо откуда. Вот она его настропалила.
Кайрат подумал, что, какая-то доля разумности в её мнении существует. Лена загнала Старика в долги. Зачем ей дорогая шуба в кредит, если дома нечего кушать? При появлении маленького сына, требующего отдельной статьи расходов, каждая копейка на счету. Впрочем, Кайрат не считал чужие деньги, но он видел, каким невыносимым трудом доставались Старику средства. Кайрат понимал, что подобные доводы не могли служить полноценным оправданием для вспыльчивого поступка. Однако Кайрат, как мог, оправдывал друга. Он не мог с этим ничего поделать. Друг детства запечатлелся в памяти, как честный и скромный парнишка. Рахиля апа так же, как и он, старалась заретушировать роковую выходку сына, сваливая очевидную вину на развод и скорый отъезд невестки.
Кайрат мельком глянул на отца Айдара. Тот сидел с плотно сжатыми губами и напряжённо смотрел вперёд. Было видно, что Агзям абы страдает и думает о сыне, по-мужски, прячет беспокойство глубоко внутри себя.