- Да не знаю, как сказать, – пожимаю плечами и растираю ладонями щеки. – Мы не в ссоре, не скандалим, никаких претензий. Просто мало совсем общаемся, у них своя жизнь и работа, у меня все своё.
Лерка внимательно слушает, но я чувствую, что интересует ее другое. Просто боится сказать это сразу.
- А вы с Абрамовой реально просто дружите? – вдруг обрушивается на меня ее вопрос.
Ой девочка, зря ты полезла на эту территорию. Об этом я говорить совсем не хочу.
- Ревнуешь? – пытаюсь перевести тему, но нихрена она не смущается. – Да, мы дружим, в одной компании общаемся. Сейчас меньше, у неё ведь парень, ей особо дела нет ни до кого.
Лера поджимает губы, словно ее расстроил мой ответ. А что она хотела услышать? Что Абрамова мне никто? Простите, но я так не скажу. Даже если наша дружба уже в прошлом, я не хочу говорить то, чего желают чьи-то уши. Диана – это только моя история, и делиться не могу. Тем более с Лерой, уж ей точно подробностей знать не надо, она и так уже ревнует, хотя не признаётся.
А мне это даже льстит!
- Ага, понятно, – на одном вдохе отчеканивает Лера и отворачивается. Ну что ещё? Что теперь не так?
Поднимается с места и идёт к раковине – чашку за собой мыть. Совсем обалдела?
- Лер, положи, не надо ничего.
- Да я сама.
С**а, как же бесит, когда девушки так говорят! Абрамова тоже так делала. Сама ты губы накрасишь, а выделываться зачем? У меня что, рук нет, чтобы посуду помыть?
Я поднимаюсь и подхожу к ней со спины.
- Поставь.
Больше просить не надо. Чашка приземляется в раковину, а Лера быстро разворачивается ко мне лицом…
Черт, как же руки чешутся! Ну вот как ее не трогать, как? Я ладонями в столешницу упираюсь, чтобы хоть куда-то их деть, но Лера теперь как в капкане.
Моргает часто-часто, губы приоткрыты, дыхание рваное. И вот что это, а? Кислород в квартире закончился?
Чего она добивается, делая вид, что ей до лампочки?
Ну вот хоть бы один знак подала, что не против! Просто потянулась бы ко мне, показала, что можно. Мне можно. Но Лера стоит гордо, пытаясь контролировать то, что контролю не поддаётся.
Из-за вчерашних косичек, с которыми она спала, волосы чуть завились, и мне удивительно такой ее видеть. Да и вообще так странно вблизи на неё смотреть и не понимать, что творится в этом полуметре воздуха между нами.
Я держусь, включив всю ту силу воли, что есть у меня. Едва-едва хватает меня на то, чтобы не плюнуть уже на все, долбануть по кухонной поверхности до Леркиных испуганных визгов, а потом не к столу придавить ее, а к себе.
По-моему, у Леры внутри такая же борьба с собой, и ещё менее успешная, чем у меня. Ее рука поднимается и зависает, Лерка одергивает и прижимает ладонь к ключице.
- Что ты хотела сделать?
- Я…
- Ну давай-давай, кого ты обманываешь?
Короткая молния пролетает в этом пространстве между нами – взгляд Леры. Она обдумывает мои слова и снова поднимает руку.
И вот лучше бы я не говорил…
Потому что тонкие пальчики подлетают к моему лицу. Почему-то ее рука прохладная, и я очень остро ощущаю это прикосновение. Сначала подушечкой указательного пальца, потом двумя сразу, а потом целой ладошкой. И Лера почти не дышит при этом, словно ещё одно движение – и мы оба задохнёмся.
А я лишь щеку подставляю под ее ладонь. Опять хочется прикрыть глаза и сделать так, чтобы эти секунды не заканчивались. Притормозить ее, не дать уйти сейчас, когда она уже сама себе проиграла.
- Уверена, что мне нельзя тебя трогать?