Пионерский гамбит 2: читать начало книги онлайн

Лица всех троих стали сразу замкнутыми. Стриженый Дима снова сгреб монеты с тумбочки. Одна упала на пол и закатилась под кровать.

— Мало на всех монет, — буркнул он. — И так уже один умный нашелся…

— Да ладно, не напрягайся ты, — примирительно сказал я. — Не претендую, правда. Просто идею похвалил. А что случилось?

— Да ну его, ничего… — Дима насупился и спрятал взгляд.

— Это Сохатый, — сказал не то Андрей, не то Алеша. — Он тоже вот так спросил, как ты. И какие-то свои правила предложил. Сначала вроде интересно, а сейчас вот получилось, что он захапал себе кучу монет и стал типа банкир. А мы его и не звали совсем.

— А почему вы просто не исключите его из своей игры и не вернете монеты? — спросил я.

— Ага, так он нам и отдал, — буркнул Дима.

Ребята всем своими видом дали понять, что разговор закончен, и обсуждать Бодю и мутные дела, с ним связанные, они не хотят. Ну ладно, и на том спасибо. Я снова открыл тетрадку и погрузился в творческий процесс.

На полдник давали какао и плюшку, посыпанную… Не знаю, что это такое. Как будто комья сладковатой муки. Когда кусаешь такую булку, она оказывается везде — на пальцах, на носу, на футболке, на столе. И как съесть ее так, чтобы потом не оказаться всему в этой посыпке, я так и не придумал. Может, ее надо в пакетик целиком засунуть, только самый край оставить?..

Надо же, какие удивительно важные вещи меня, оказывается, волнуют! Хотя вообще-то мне надо бы работать… Я поискал глазами Елену Евгеньевну. Она сидела в сторонке и разговаривала с русоволосой девочкой в очках. Девочка была грустной, смотрела в пол и то ли жаловалась на что-то, то ли просто говорила о чем-то грустном. Лицо вожатой было серьезным, она держала девочку за руку. Наверное, моральную поддержку оказывала. Но подходить к ней прямо сейчас насчет интервью — такая себе идея. По дороге в отряд ее поймаю.

Но в отряд она с нами не пошла, убежала куда-то в сторону административной части. Может, разговор с девочкой оказался серьезнее, чем просто нытье, а может другие какие вожатские дела.

Я остановился перед отрядной доской объявлений. Она уже не пустовала. Появилось название отряда, нарисованное на полосе бумаги. График дежурств по корпусу, график дежурств по лагерю и расписание кружков. И еще штук пять трогательных записок. Например «На завтра обещают жаркую и солнечную погоду, не забывайте про головные уборы!» или «Кто забыл в столовой ручку с фигуркой зайца, обратитесь в третью палату, спросите Веру». Или «После полдника играем в пионербол, приходите, кто хочет!»

Часть пацанов сорвалась на стадион. Стайка спортивно одетых девчонок направилась к волейбольной площадке. Кто-то деловито потопал в сторону здания, где у нас были всякие кружки. В общем, никаких централизованных мероприятий на сегодня у нас запланировано не было. Кроме вечернего киносеанса после ужина. Но просмотр «Неуловимых мстителей» предварительной подготовки не требовал.

Ждать Елену Евгеньевну пришлось около получаса. Я сидел на скамейке, рядом со мной валялась тетрадка с зажатой между страниц ручкой. За тихий час я осилил написание клятой передовицы, но перечитывать мне ее не хотелось, потому что она мне не нравилась. Вот что за дела, вообще? Хочется написать легко, задорно и с шутками юмора, а выходит как-то громоздко и банально. Может меня просто серьезное слово «передовица» так настраивает? Может, если как-то по-другому этот текст обозвать, лучше пойдет? Ну, скажем, написать ее в стиле письма «на деревню дедушке». Только, ясное дело, не дедушке адресовать, а как будто каждому пионеру из нашего отряда. Хм… Если мы собираемся активно использовать тему писем, то может быть, тоже написать письмо будет правильно?

Я потянулся за тетрадкой.

— Кирилл? — вожатая остановилась рядом со мной. Надо же, задумался и пропустил момент, когда она пришла. — Ты что здесь сидишь?

— А я вас жду, Елена Евгеньевна! — я вскочил. — Дадите мне интервью для газеты?

— Ой, — Елена Евгеньевна смутилась. — Как-то неожиданно. Ты уже подготовил вопросы?

— Нет, я хочу попробовать формат импровизации, — ответил я. Потом смущенно усмехнулся. — На самом деле, я просто не знаю, как готовить этот самый список вопросов. Начал, но быстро все скатилось к каким-то девчачьим анкетам. Так что я подумал, что мы поговорим и вместе придумаем, как написать, чтобы получилось интересно. И чтобы вам тоже понравилось.

— Ох-х… — Елена Евгеньевна вздохнула. — А ты не видел Артура Георгиевича?

— Не-а, — я помотал головой. — Он куда-то все время исчезает. Будто отдыхать сюда приехал, а не работать.

— Так, ладно, — вожатая тряхнула головой. — Сейчас я положу в комнату бумаги, и давай примемся за интервью. Все равно вроде бы все ребята куда-то разбежались, так что можно сказать, я свободна.

Вожатая быстро взбежала на крыльцо и скрылась в корпусе. А я схватил тетрадку. Надо было записать идею про письмо от редактора, пока она не забылась.

— Ну что, прямо здесь поговорим? — спросила вожатая.

— Ну нет, — усмехнулся я. — Если мы здесь останемся, то обязательно кто-то будет приходить и вас дергать. Давайте пойдем в беседку. Ну, ту. Которая недалеко от ворот, за кустами. Помните?

— Чтобы создать наш пространственно-временной континуум? — засмеялась Елена Евгеньевна. — А если меня кто-то будет искать?

— Так мы и именно от них и прячемся, — я подмигнул. — Ничего с ними не случится за полчаса-час, не маленькие уже!

— И то правда, — вожатая кивнула. — Ну, пойдем!

Честно говоря, я не очень себе представлял, какие именно надо задавать вопросы. Любимая песня? Любимый фильм? Но это ведь и правда больше всего похоже на анкету, а не на интервью. У интервью должна быть какая-то идея что ли… История, которую хочется рассказать в этих вопросах и ответах…

— Кстати, а куда делся Игорь? — спросил я, когда мы уже подходили к беседке.