— На большую семью рассчитывает. Детей любит, родителей хотела привезти, а они приезжать не хотят, но, дай Бог, семьей обзаведется, еще передумают.
Вика показала подругам пустующую спальню и пошла к себе. Девушки зашли в небольшую комнату с темно-бежевыми стенами и ведущей куда-то зеркальной дверью с большой медной ручкой в левом углу кумнаты. Вдоль стены с окном стоял деревянный, искусственно состаренный комод тоже с большими медными ручками, на нем небольшой плоский телевизор и по бокам от него два медных кувшина. Возле другой стены диван с широкими коричневыми и белами полосками, рядом односпальная кровать с деревянным основанием, так же как и комод искусственно состаренная. Около окна небольшое кресло с такой же что и диван обивкой. На полу лежал белый ковер с крупным высоким ворсом.
— Шикарно. — Лариса открыла зеркальную дверь обнаружив за ней небольшой, выложенный белым кафелем санузел с душевой кабиной, унитазом и раковиной.
— И что ты об этом думаешь? — Не обращая внимания на восторг подруги, спросила Лена, закрыв за Викой входную дверь.
— Думаю, что ты дура.
— Почему?
— Блин, ты вообще что ли ничего не понимаешь? — Лариса начала раздеваться. — Мы с тобой, две лимитчицы.
— Куда ты клонишь? — Зло перебила ее Лена.
— Ты что, не поняла ничего?
— А что я должна была понять?
— Что здесь что-то не так!
— В смысле, не так? Что не так?
— Да все как-то не так. — Медленно проговорила Лариса. — Не могу я понять, из-за чего они с нами так нянчатся.
— С чего это ты решила, что они с нами нянчатся?
— Вот я и думаю, что не с чего, даже с потрахаться не приставали. Скорее мы к ним лезли, вернее ты к нему. — Усмехнулась она.
— Ты о ком? — Картинно удивилась Лена.
— Ой не прикидывайся!
— А ты говори тише.
— О Викторе естественно! И ты, кстати, можешь на него так открыто не наваливаться, ему твои раздвинутые ноги не нужны.
— То есть ты считаешь, что я решила…
— Со стороны это именно так и выглядит. — Перебив озорно заметила Лариса.
— Э-нет, подруга, это ты дура, если так решила. — Лена замолчала и демонстративно села в кресло поджав ноги. — Мне Витька правда нравится, он не такой, как те, раньше, совсем не такой. — Девушка вдруг закрыла лицо руками.
— Прости. — Лариса, села на пол рядом с подругой. Лена замотала головой.
— О-ё-ёй, милая, ты не влюбилась часом? — Лариса положила руки на ее колени и чуть отстранилась, Лена пожала плечами.
— Так вы же и не общались толком! — Шутливо возмутилась Лариса. Лена снова пожала плечами.
— Не знаю, он, какой-то, родной что ли. — Девушка вздохнула, убрала с коленей руки подруги, встала и начала раздеваться. Лариса, не поднимаясь с пола, молча наблюдала за ней. — А ты сама что про Артёма думаешь? — Обнаженная до пояса Лена повернулась к подруге и уперла руки в боки словно строгая мамаша требующая отчета от нерадивой дочери. Та только грустно покачала головой.
— Да, он интересный.
— Всего? — Удивилась Лена.
— Ну да, очень интересный.
— То есть после того, как он будучи конкретно пьяным, и после игры в твистер на раздевание, просто лег спать, без заходов, намеков и обидок. Просто лег спать не испортив нам впечатление от веселого вечера никакими пошлостями. И просто мирно уснул пожелав нам сладких снов, после этого ты говоришь, что он интересный?! — Она резко наклонилась к подруге. — То есть ему надо было, привычно для нас начать приставать, или пускать обидчевые сопли-слюни, или снасильничать, оттрахать тебя, или нас, уж не знаю, по первое число, и тогда ты бы сказала, что он классный? — Лариса отрицательно помотала головой. — Ну не хочешь себе признаваться, и не надо.