— Почему сразу похоть? — Лариса снова говорила спокойно. — Желание, обычное желание ласки, нежности, ну и томление, естественно, куда уж без него.
— Лишь красивые определения для одного и того же явления заложенного в нас природой: необходимость воспроизводства.
— Ну и что из того, мы же люди, разумные существа и…
— Именно из-за того, что мы разумные существа. — Перебил ее Артём. — Банальная похоть украшена любовью. Убери разум, что останется?
— Лишь животная похоть. — Вынуждена была согласиться девушка.
— Вот и я о том. — Поддержал ее он. — Любовь и секс два абсолютно не связанных понятия. Нет, я не спорю, это светлое чувство является катализатором соития, но лишь из-за своего комфорта. Ты же можешь заняться сексом без любви?
— Ну могу. — Вынуждена была согласиться она.
— И даже получить от этого удовольствие можешь?
— Теоретически, да.
— Не юли! — Погрозил ей пальцем Артём. — И теоретически и практически можешь.
— Ладно, просто да. — Сдалась она.
— Вот. А с любимым человеком все то же самое будет просто нежней и приятней, так?
— Получается, ответив всего на два вопроса, можно точно понять, любишь ты человека или нет? — Задумчиво спросила Лариса.
— Именно так, вот только ответить на них очень сложно.
— Не вижу ничего сложного. — Пожала плечами девушка. — Комфортно? — Да. На амбразуру прыгнешь? — Легко! — Все! — Любовь!
— А теперь все то же самое, только конкретно на этот вопрос и предварительно нагрузив свои ощущения шелухой совместной истории. — Попросил Артём, Лариса задумалась. — То-то же! — Через пару минут молчания сказал он. — Не такие простые это вопросы.
— Угу. — Нахмурилась девушка. — Если любовь не причина, а лишь украшение похоти, получается… — Она удивленно посмотрела на Артёма.
— Догадалась?
— Кажется, да, но хочу чтоб это ты сказал.
— Пожалуйста. — Согласился он. — Получается, что украшения можно менять, на интерес, жажду новых ощущений, каприз, в конце концов.
— Как много можно придумать оправданий для блядства. — Перебила Лариса.
— Можно! — Открыто и весело засмеялся Артём. — Только для его оправдания не обязательно так сильно заморачиваться, достаточно вспомнить, что в природе лишь два существа всю жизнь проводят только с одним партнером: лебеди-неразлучники и рыбки клоуны, а у все остальных не двуклеточных и не однополых…
— Но мы же homo sapiens! — Перебила его Лариса. — Разумные существа!
— Вот я о том и говорю! — Засмеялся Артём. — Что мы, разумные существа, почему-то до сих пор думаем о любви не как о порождении разума, а как о производной от животной похоти. Словно мы и не sapiens вовсе, а до сих пор какие-то erectus.
— И все равно, это не оправдывает измен.
— Так я ведь и не ищу им оправданий! — Продолжая смеяться воскликнул Артём.
— А что?
— А то, что любви на поводке не бывает! И без разницы: кто-то тебя на него посадил, или ты сам на него добровольно посадился, суть привязи от этого не меняется. Ну год счастливо посидишь, ну два, или пять, потом никуда не деться: твое внутреннее «я» начнет требовать свободы — такое естественное желание для любого живого существа, и ты начнешь с собой бороться, ломая через коленку свои желания и, тем самым, иссушая любовь до привычки. Далее либо развод, любо серые будни с супружеским долгом и, при наличии смелости, поиск счастья на стороне.
— Не получается у меня проследить твоей логики. — Спустя пару минут молчания сказала Лариса. — Комфорт, с одной стороны, и жертва, то есть крайняя степень дискомфорта, одновременно.
— Так и есть. — Подтвердил он.