— Ну и где ты ее нашел? — Майки старательно отводил от меня глаза.
— Развлекалась на площади. Едва на месте не прибил. Вот скажи, чем ты думала, когда сбегала? У нас тут, знаешь ли, тоже преступники есть, все же большой город. Тебя могли убить, надругаться и бросить в какой-нибудь канаве, похитить, да мало ли на что хватит человеческой фантазии! — Наори замолчал и потянулся к бокалу с водой. — Выдрать бы тебя, да по шее дать, для становления мозгов на место! Что ты молчишь? Сказать нечего?
— Смысл мне что-то говорить? — от моего сухого голоса вздрогнул Майки и налилась краской гнева девица. — Что это изменит? Ко мне будут по-другому относиться? Или может эта девушка с замашками мартовской кошки проявит уважение? — как ее перекосило-то? — О, или может вы наконец-то вспомните, у кого меня забрали, мой возраст и поймете, как меня убивает мое подвешенное состояние? Ваши слова о том, что я никому не нужна здесь, знаете ли, не оставляют иллюзий.
— Дрянь! — красавица подскочила на стуле. — Да как ты смеешь так с нами разговаривать!
— Заткнись, Селеса. — спокойно сказал Наори, совсем не глядя на девушку. — Вот скажи, тебе разве родители не говорили, что грубить взрослым, а уж тем более лордам, нельзя?
— Нет! — с улыбкой протянула, жуткой улыбкой. — От родителей я получала лишь упреки и удары. Мое детство прошло под постоянные крики и обещания утопить как котенка. И я не боюсь насилия, насмотрелась уже. Да и защитить себя в случае чего смогу.
— То есть мы тебе не нужны? — с какой-то странной интонацией спросил Наори.
— Вопрос в том, нужна ли я вам, и для чего! — развернулась и ушла, чтобы не слышать ответа и не убивать надежду окончательно.
Больше меня сегодня никто не трогал, вообще. Я этому была рада, мой организм не очень. Желудок после мороженого окончательно вспомнил, что ему нужна еда, и теперь жег огнем. Уже ночью, когда сил терпеть не осталось, решила выйти на кухню. Однако открыв дверь, заметила стоящий на небольшой тумбочке в коридоре поднос. Улыбнувшись и мысленно поблагодарив девушку, сделала два шага вперед…вот только пространство неожиданно странно себя повело, закрутилось и бросило меня на пол…удара я не почувствовала, провалилась куда-то в темноту.
— Не шевелите рукой, Эрен. — горничная сидела на стуле возле моей кровати. Рядом с ней стояла стойка с капельницей. Прозрачный шнур с бегущей жидкостью доходил до моей руки. — Вы упали в обморок ночью. Лекарь сказал, что это от голода, а так с вами все в порядке.
— Санна, да? — наконец-то вспомнила ее имя.
— Да. Лежите спокойно, вам надо прийти в себя. Как закончится капельница, принесу бульона.
— Нет, молока. С медом. — прикрыла глаза от странного и какого-то непривычного ощущения.
Что это было я так и не смогла определить. После стакана теплого молока щедро сдобренного сладким медом, я уснула едва ли не мгновенно. Впервые за долгие месяцы мне приснился сон. Не кошмар, к которым я уже привыкла и не реагировала, а сказочный, прекрасный, оставляющий после себя чувство легкости, сон. Проснулась я уже за полдень. В комнате я была одна, чем и воспользовалась, быстренько стащив с себя белую длинную ночнушку, и шмыгнув в душ. Освеженная, и будто заново рожденная, вышла в комнату завернувшись в слишком большой для меня халат. На кровати лежали белье, брючки и рубашка, причем все моего размера. Губы сами собой расползлись в улыбке и я потянулась к оставленным вещам. Белье порадовало отсутствием кружева, которое меня уже порядком достало, красиво, но не практично. Вот будет мне лет двадцать, если конечно будет, тогда и можно такое носить по своему желанию.
— Эрен, пойдемте, обед уже на столе, только вас и ждут. — радостно кивнув Санне, отправилась за девушкой. На пороге столовой остановилась и вздохнув поглубже, открыла дверь.
— Добрый день. — от буквально впившихся в меня взглядов стало слегка не по себе. Вымученно улыбнувшись прошла к свободному месту и села за стол.
— Тебе уже лучше? Лекарь сказал, что может кружиться голова, и тошнить. — Майки ласково потрепал по макушке, благо рядом сидит, и тянуться не надо.
— Все в порядке, мне не впервой голодать. Думаю больше таких перепадов не будет. Во всяком случае столь сильных.
— Да, Ротен тоже самое сказал. — Наори смотрел как-то по-другому, с пониманием что ли. — Ношение проклятого ошейника всегда было связано с определенным риском. После нескольких месяцев изменения в психике подконтрольного обычно необратимы. В твоем случае спасло то, что Маркус не заблокировал твою кровь. Так что уже через неделю можно не бояться беспричинных истерик.
— Ясно. Приношу свои извинения за причиненные неудобства. — голос сам по себе стал насквозь официальным, сухим и практически безжизненным. — Кхм, извиняюсь, вышло непроизвольно. — уже совсем по-иному с детской ребячливостью сказала и улыбнулась.
— Все хорошо, Эри. Только больше, пожалуйста, не сбегай. Если захочется посмотреть город, просто попроси, тебя отвезут. Так же не забудь с собой замену документам. Бумаги у тебя в комнате в верхнем ящике тумбочки. По поводу нужности…
— Наори, дай поесть ребенку спокойно. Дела и их решение обговорите позже. Девочка и так едва отошла от гостеприимства Маркуса, а тут еще ты на мозги капаешь. Вот скажи в кого ты такой болван? — Майки смотрел на своего родственника укоряюще, от чего я не смогла сдержаться и хихикнула, а потом и вовсе рассмеялась, видя как их лица приобретают совершенно одинаковое удивленное выражение.
— Пр. про…прошу прощения, просто я давно не видела такого легкого общения. И слишком давно запретила себе искренние чувства. А еще вы действительно очень похожи. — чуть успокоившись и объяснившись, вцепилась в стакан с водой, так как от смеха начала икать.
— Ну это понятно, я Наори с детства знаю, да и жили мы долгое время вместе. К тому же я всего лишь на десять лет его старше, и мы помимо того что родственники, так еще и хорошие друзья. — с долей гордости высказался Майки. — Не смотри на его пожизненно постную мину, он у нас как вулкан, молчит-молчит, а потом как отмочит, вовек не отмоешься. — теперь я булькала в стакан не только от икоты, но еще и от смеха.
— Хватит, Майк! Тьфу, болтун!
Дальше обед прошел более-менее спокойно. Я с интересом заново осматривала столовую, Майки, Наори и просто наслаждалась светом и теплом. Заблудившись в своей тьме я потеряла очень многое. И сейчас когда она выпустила мой свет на свободу, а сама темным котенком свернулась в глубине души, получала новые впечатления от уже увиденного. Санна принесла источающий умопомрачительный аромат фруктовый пирог. Жадность, с которой я рассматривала сие чудо, заставила девушку усмехнуться и отрезать мне огромный кусьмище! Майки бессовестно ржал надо мной, Наори тоже пару раз улыбнулся. Перемазавшись кремом, я после чая отправилась умываться. Взглянув в зеркало застыла статуей. Выцветшие год назад глаза снова вернули привычную зелень, засияли, и в них теперь опять поселилась жизнь. В зеркале отражалась не накрашенная юная красавица, а милая, веселая и светлая девочка. Теперь я выглядела на свои четырнадцать, если не младше.
В кабинет Наори я заходила с немного дрожащими руками. Конечно истерика отступила, но вопрос что же будет со мной дальше все так же висел над пропастью. Одно слово и я полечу вниз наращивая скорость, а могу отрастить крылья и превратить возможное падение в полет.
— Проходи, садись. — мужчина кивнул на кресло, в котором я и устроилась. — Нда, сейчас и тогда, будто два разных человека.
— Разных, вы правильно заметили. Возвращаться к прежнему облику и образу я не хочу. Мне хватило. — лорд кивнул и сел за рабочий стол.
— В общем-то все было решено еще позавчера, во время оформления документов. Ты скорее всего не видела, ведь заполнял справки и заявления Майки, но теперь ты Эрен Ивори, моя приемная дочь.