— А что такое кутузка? — спросил Налле Лапсон.
— А это куда тебя запрут, — сказал полицейский Касклунд. — А вот и участок.
Полицейский участок располагался в белом домике на площади, по соседству с карамельной лавкой и наискось от гостиницы.
— Заходим, — сурово приказал полицейский Касклунд.
Они зашли в комнатку с письменным столом, телефоном и сейфом.
— Это кутузка? — спросил Налле Лапсон.
— Еще чего, — сказал полицейский Касклунд. — Это мой кабинет. Пошли!
Полицейский Касклунд взял ржавый ключ и отпер им дверь в углу.
Как же там было тесно и темно!
— Не мог бы господин Какасклунд поднять шторы? — попросил Налле Лапсон.
— Глупости, — сказал полицейский Касклунд. — Тут нет никаких штор! Тут и окон нет! Только глазок.
— Бабушкин дом гораздо уютнее, чем твой, — сказал Налле Лапсон. — Ой, смотри, какая оса здоровенная по ключу ползет!
— ПОМОГИТЕ! — крикнул полицейский Касклунд и выронил ключ. Налле Лапсон тотчас его подхватил, и прежде, чем полицейский успел сообразить, что происходит, он оказался заперт в кутузке.
Вместо Налле Лапсона!
А Налле Лапсон провернул как следует ключ в замке и громко крикнул:
— Счастливо оставаться в картузке!
Глава двенадцатая. Говорит участковый Лапсон
Налле Лапсон пошел в кабинет полицейского Касклунда и уселся за стол.
На столе имелись: подкладка для письма, чернильница, несколько стопок бумаг и толстый свод законов. А еще пакет карамелек.
Налле Лапсон попробовал одну карамельку. Недурно!
Ай! — тут опрокинулась чернильница, и немаленький синий ручей устремился со стола на пол.
А это что за штука?
Налле Лапсон поднял телефонную трубку. Внимательно осмотрел.
Странное дело: внутри ее кто-то разговаривал.
— Тут кто-то что-то сказал? — сказал Налле Лапсон, прижав трубку к уху.
— Лильбакка, — сказала трубка. — Лильбакка, Лильбакка.
Вот ужас, подумал Налле Лапсон. Неужели кого-то засунули в эту штуковину?
— Это Налле Лапсон, — произнес Налле Лапсон как можно отчетливее. — Что вам нужно?
— С кем вас соединить? — спросили из трубки.
— А вы кто? — спросил Налле Лапсон.