Двигаясь по дороге, стараясь не замедлять и не ускорять скорость бега, что бы не выдохнуться преждевременно, Максим, оббегая каждое дерганное существо, пытался держать от них дистанцию, что бы не наступить на один и те же грабли. Их становилось всё больше, они словно из земли вылизали, восполняя пустые места и сокращая дистанции между друг другом. Из этих наблюдений можно было сделать два вывода: либо они и в правду стали появляться быстрее, либо он движется в сердцевину их муравейника, что объяснило бы ускоренный рост их численности по мере его движения именно в этом направлении.
— Их и в правду становится больше, попробовать сменить направление? Но это самая широкая дорога, остальные переулки куда теснее, там меня точно раздавят. Но если подумать, то впереди должен быть перекресток, каждое из направлений которого не менее широкое чем эта дорога.
Направление в лево ведёт прочь из города, к главному шоссе, что означает очень открытая местность. Меня будет видно за километры, плюс, если данные зомби не единственный вид особей в этом Кошмаре, то меня могут ожидать очень не приятные сюрпризы.
Направление вперед ведёт на главный выезд в город, который раза в два шире чем данная дорога, а значит как минимум увидят за километр. Нет, город весьма не плохое место для расширения возможности действий, но туда нужно ещё добраться.
Направление в права ведёт в углубление данного частного сектора, с последующим выходом в город. Из крупных зданий там только школа, которую можно использовать как временное укрытие, но даже временное оседание это крайняя мера, в этом мире очень важно двигаться — закончил мысленно он.
Не сбавляя темпа бега, оббегая одного зомбаря за другим, что становилось делать всё сложнее, Макс пытался решить в какую сторону перекрёстка бежать. Самым оптимальным вариантом казалась правая сторона, но на месте всё может изменится.
Ноющие звуки этих тварей становились всё громче, из-за увеличения численности особей, и более частом синхронном попадании в звуковой резонанс, создавался легкий эффект увеличения громкости. Их нытьё, топанье, хрусты в телах создавали идеальный набор эффектов для создания атмосферы постапокалиптического мира погружённого во мрак, находится в котором было страшно до смерти.
В процессе бега, Максиму бросился в глаза тот факт, что их численность резко уменьшилась. Оставив позади заключительную партию зомбарей, Макс пробежал ещё метров сто и остановился. Вслушиваясь в происходящее вокруг и осматривая доступный взгляду более менее освещённый периметр, он понял две вещи. Во-первых, звуки зомбарей были едва слышны далеко позади, что говорит об отсутствии необходимости лишний раз бежать. Во-вторых, им был замечен тот факт, что его световой щит освещает территорию куда большую чем четыре или пять метров, он освещал все в радиусе двадцати метров. В голове не вольно появилась мысль о том, что это своеобразный эффект "единственного источника света". В связи с отсутствием иных источников освещения, старый, кажется значительно ярче. Но с пяти метров на двадцать, аж самому не верилось, но факты говорят сами за себя. И всё же, на вопрос "Как так вышло?" предположение Максима не давало исчерпывающего ответа, тут явно было что-то ещё.
Понимая что противника по близости не наблюдается, Максим с облегчающим глубоким вздохом продолжил движение в пешем режиме. Потирая плавно и аккуратно левую часть торса с плечом, куда пришёлся удар той дерганной твари, он ощущал весьма убедительные болевые ощущения. Аккуратно и не спеша разминая левое плечё, стало ясно что он отделался простым синяком на полтуловища, по крайней мере так казалось судя по поверхностным наблюдениям.
Передвигаясь спокойным шагом, Макс поймал себя на мысли что ему сейчас не так страшно как в первые минуты пребывания здесь.
— А ведь и в правду, как только Кошмар начинается, страх внутри просто зашкаливает, но сейчас мне не так уж и страшно. Привыкание? Нет, скорее отсутствие факторов угрозы позволяют мне ощущать некую безопасность. В связи с чем, на смену страху приходит спокойствие и способность мыслить логически, не поддаваясь панике. А именно паника порождённая страхом, чаще всего является моим обычным поведением в первые минуты Кошмара.
Когда до перекрёстка оставалось метров тридцать, Максим стал видеть по всей дороге разбросанные и разорванные тела и их части, тех бледных дерганных ходоков, которых он назвал просто "зомби". Помимо тел было так же повалено не мало деревьев, разбитые заборы, кучи перевёрнутых машин, разрушенные здания, всё это говорило о том, что здесь явно кто-то буянил. Сам путь к перекрёстку был забаррикадирован подобно дамбе, строительным материалом которой были машины, здания, деревья и прочий мусор.
— И как мне пройти? Точнее, а стоит ли мне туда в принципе идти? Может это всё своеобразный знак? Которому просто забыли добавить надпись "Ну его нахрен". С другой стороны позади меня целый батальон зомбарей, которые медленно но уверенно идут в моём направлении. Может через соседние здания?
Присмотревшись на разрушенные участки по бокам, которые всем своим видом не на что хорошее не намекали, он понял что это была плохая идея. Потом взгляд пал на машину торчащую в этой баррикаде, находящуюся на двух метровой высоте, до которой вполне реально можно было вскарабкаться. Она не имела крышки багажника и торчала из этой бобровой плотины едва-едва, что повышало вероятность того что она сквозная, а значит проход на ту сторону, куда обязательно надо попасть что бы двигаться дальше.
Начиная взбираться до заветного туннеля, в голове не вольно крутились разные мысли — А может было бы лучше вернуться немного назад и попробовать все это дело обойти через ещё целые жилые территории? А если от туда до сих пор не вышли зомбари? В относительно тесных промежутках мне сразу придёт конец, а там ещё и заборы, и сами дома, из которых судя по всему и выходят эти твари. Нет, нет, нет, частные участки совсем не вариант.
Вскарабкавшись на багажник машины, Макс посмотрел в салон автомобиля и на противоположную сторону. Во первых это был лимузин, а во вторых он и в правду был сквозной, и в салон можно попасть только через багажник, так как заднее стекло машины было только треснуто, но лобовое разбито. Пролезая грузовое отделение и загибая спинку задних сидений, Макс постепенно добирался до лобового отверстия. Когда он уже начинал вылизать, потолок машины начал очень страшно скрипеть, и Максим пулей выпрыгнул на другую сторону, вслед за чем, машину раздавило весом сверху.
Не смотря на то что прийти ему пришлось буквально на спину, посадка была мягкой. Увидев что он лежит на куче трупов зомбарей, он встал и отбежал в сторону так быстро, словно вставал с горячих углей.
— Какова хрена? — задал испуганно вопрос Максим смотря на кучу изорванных на части тел — Теперь я весь в их крови — понял он, смотря на себя — Блин, ну и запах — сказал Макс пытаясь вытереть кровь, но в результате только размазывая её.
Повернувшись спиной к стене с которой вылез и осмотревшись по сторонам, он заметил что эта гора мусора служащая своеобразным ограждением, которое он преодолел, тянулась в левую сторону перекрёстка, в тёмные участки которые с этой позиции он не освещал. Дорога ведущая в право, резалась ограждением почти на корню, другими словами Макс находился сейчас в углу, где собранны горы трупов. Двинувшись вдоль стенки режущей путь в право, Максим решил узнать приблизительную площадь, по идеи, замкнутого пространства в которое он попал, заодно высматривая возможные пути наружу. Далеко идти не пришлось, длина этой стенки составила примерно пятьдесят метров, упираясь в параллельное ограждение тому, от которого он пришёл. По ходу обратив внимание что на пол пути он освещал почти всю ширину между параллельными стенками этого, предположительного прямоугольного ограждения.
Максим унюхал запах газа ещё по дороге к этой точке, но здесь он был очень резким. Посмотрев на газовую трубу тянущуюся с левой стороны дороги, к которой были раньше подключены частные дома, которых сейчас нет, ему сразу бросился в глаза тот факт, что она во-первых оторвана от общей ветки и каким-то чудом при этом не загорелась, во-вторых торчит прямо из стены этой бобровой плотины, в которую упирается та же бобровая плотина вдоль которой он шёл и в третьих, она изогнута прямо на дорогу, выбрасывая при этом относительно мощную струю непомерно большого количества газа. Газовая ветвь с правой стороны была так же повреждена и оторвана от общей цепи, но изогнута лишь сантиметров на пятьдесят. В неё упирался огромный кусок древесины, он же наверное и повредил трубу, когда им укрепляли стены. Оголённые, в некоторых местах от стороннего мусора и не повреждённые стены домов, к которым прилегала газовая ветвь с правой стороны, подбросили идею о том, что некоторые из этих домов, хоть и служили своеобразным фундаментом для общего ограждения, но частично могли сохраниться. Это означало что через них можно было бы выбраться отсюда, если бы можно было попасть во внутрь. На них и возле них просто накидали того же металлического и деревянного мусора очень не маленьких размеров, что и на остальной стене, тем самым забаррикадировав путь к окнам и дверям домов, что делало вариант с проникновением во внутрь, невозможным.
Максим отправился по стене ведущей в лево, от части радуясь что покинул ту газовую территорию. По дороге он обратил внимание на уже подмеченный им же факт, что целый ряд частных домов был снесён, наверное они же послужили материалом укрепления стены. Возможно при чистке территории и повредили трубу, но только повредили и больше не трогали, видать газ отпугнул. Осветив территорию где стена, вдоль которой он шёл, упиралась в следующую примерно под углом в девяносто градусов, Максим понял что был прав, касательно прямоугольной формы данного участка. Длинна этого прямоугольного ограждения, составила примерно сто метро. Выйдя к центру стены в которую он упёрся, даже не подходя к заключительному четвёртому углу, оставляя его в пределах видимости, Макс, осветив остаток территории и убедившись что там нет выхода, повернулся лицом к точке откуда он проник в данный периметр.
— Похоже я в ловушке.
— Это место как расчищенная свалка, размером с небольшой участок футбольного поля, усыпанный металлическим, деревянным и каменным мусором. Хорошо огорожено, куча трупов в одном конкретном месте, и появилось всё это явно не из-за землетрясения. Почему-то у меня ощущения что это чьё-то гнездо — слегка ударив себя по лбу, он продолжил — Да какая разница блин гнездо это или нет, да хоть сартир чей-то, вообще по барабану. Как мне выбраться отсюда? Может вскарабкаться по этой стене? Попробовать можно было бы, но здесь высота минимум восемь метров, если не все десять, при ширине в четыре или пять метров и выглядит это всё очень не устойчивым. И вообще, откуда взялось столько материала для строительства? Не удивлюсь если за стенами в принципе не будет домов, хотя, может я и преувеличиваю. Так, допустим я полез, если хоть одна часть конструкции сместиться под моим весом, пусть даже на самом верху, часть этой великой китайской стены может рухнуть. Попади хоть одна из её более менее крупных частиц на меня, и меня уже будет не спасти. Всё это очень рискованно, да и выглядит эта стена не как "укрепление", а как "лишь бы стояло". И так, мы вернулись к тому же, с чего и начинали "похоже я в ловушке".
Спокойно поворачиваясь обратно к стене, в очередной раз осматриваясь, проверяя не упустил ли он чего не будь, лишь краем глаза он успел заметить, как к нему с неба что-то подлетает. Почти рефлекторно отпрыгивая в сторону рыбкой, на приземлении входя в кувырок, одновременно спиной пересчитав весь твёрдый мусор по которому он прокатился, Максим обернулся, увидев как в небо улетает что-то бледное и крылатое, растворяясь во тьме.
— Это что ещё за горгулья? — удивлённо спросил Макс.
В поле зрения освещаемого им воздушного пространства появилось какое-то пятно, у которого быстро увеличивалась чёткость и размеры, по мере приближения именно к нему. Подобно крылатым хищникам, эта тварь камнем падала на свою жертву что бы схватить, но рефлекторный кувырок своей жертвы в сторону, заставил снова набрать высоту. Понимая что это не последняя атака, Максим сконцентрировал внимание на воздухе, уклоняясь от крылатых тварей в последнюю секунду, что бы те не успели сменить направление полёта при падении. Уклоняясь от ряда стабильных налётов нескольких тварей подряд, Максим понял что лишился способности убежать от нападающих, в связи с большим риском потери жизни при повороте к ним спиной.
Одна горгулья приземлилась в метрах десяти от своей жертвы, и как по волшебству все остальные перестали нападать, но Максим все равно краем глаза поглядывал на верх. Это существо было тем же зомбарём что и те, от которых он убегал, просто у этого, вместо рук были крылья, как у птеродактилей или что-то вроде того. Он, упираясь на крылья, не спеша двигался на Максима. На земле они похоже превращались в черепах, потому что он скорее полз, а не двигался.
У Макса появилось жгучее желание бежать, пока эта "копуша" пытается к нему подойти, но тут двоякая ситуация.
— А вдруг он очень быстро и далеко прыгает, другими словами повернись к нему спиной и пиши пропало. А если после поворота к нему спиной, один из приятелей "копуши" с её же стороны, нападёт на меня со спины? А вдруг у этих летающих горгулий более высокий интеллект и это их своеобразная стратегия охоты, пока один отвлекает, другой нападает. То есть жди атаки сзади? — размышлял Макс — Неужели эти твари построили эти стены? Правду говоря, с трудом верится. Но если да, то при близком контакте меня порвут как мокрую бумагу.
Ещё двое приземлились по бокам от "копуши" и так же стали ползти в его направлении.