Ангрон: Раб Нуцерии: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Он покрутил головой, выискивая знамена братских подразделений. Другие роты атаковали сообразно своим понятиям о тактике, с самого начала предпочтя фаланге отчаянный натиск на вражеские порядки, с топорами и мечами наголо. Поначалу им удалось добиться некоторого успеха — воины далеко вклинились в орду геннцев, — но их быстро отрезали от подкреплений. Разрозненные группы попали в окружение без всякого шанса скоординировать свои действия. На каждую роту, атаковавшую традиционной фалангой, приходились две, избравшие подобное безумие, включая воинов, которые должны были оставаться в резерве Восемнадцатой. Воцарилась полная неразбериха.

Магон с трудом удержался, чтобы в ярости не сплюнуть себе под ноги. Гир никогда бы такого не допустил. Увидев столь недостойное поведение, последний магистр легиона велел бы высечь ротных командиров на глазах у всего легиона и разжаловать в рядовые, а после с позором изгнать в резервные соединения. Неужели долг забыт? Неужели забыто братство? У центуриона ныли сердца от той легкости, с какой воины отдались слепой ярости, отринув основополагающую черту легиона, делавшую его уникальным, — отношение к войне как к ремеслу, — которая скрепляла их воинское братство со времен основания на Терре. Но такое поведение легионеров легко объяснялось.

Именно так сражался примарх. Безрассудно, бездумно и без оглядки на последствия. Будучи существом из плоти и крови лишь отчасти, Ангрон казался вихрем концентрированной агрессии, доведенной до крайней степени имплантатами, терзающими его разум. В бою примарх являл собою устрашающее зрелище, но здесь и сейчас отцовский метод войны нес Пожирателям Миров только гибель. Шквальный огонь из болтеров подарил Несломленным пару лишних секунд и больше ничего. В очередной раз визоры Пожирателей Миров заполнились блаженными лицами. Геннцы с добродушными улыбками ступали по ковру из собственных изувеченных родичей, взывая тихими голосами к захватчикам, настаивая на бессмысленности войны. Они протискивались сквозь порядки легионеров, как лианы в растрескавшийся утес, висли на руках и ногах Пожирателей Миров, пока те не падали на землю, и наваливались сверху, своим весом раскалывая керамит и сокрушая внутренние органы легионеров.

Геннцы флегматично разрывали герметичный уплотнитель шлемов, стаскивали их с голов и вдавливали свои тонкие пальцы воинам в глаза, ломая стенки глазниц и пронзая мозг.

— Это безумие! — выпалил Ганнон. Он потерял в бою щит и теперь рубил и резал своими фалаксами всякого, кто оказывался достаточно близко. — Нам нужно уходить отсюда, и пусть флот расплавит этот мир в стекло.

— Нет! — ответил Магон, испепеляя очередную группу геннцев из серпенты.

Он спешно вложил пистолет в кобуру и продолжил сражаться цепным топором. Взмахнув оружием понизу, центурион перерубил бешено вращающимися зубцами еще троих врагов.

— Он не согласится. Ты и сам прекрасно знаешь.

— А все это, думаешь, придется ему по нраву? — спросил Оронт. Первый топор озвучил вопрос, который донимал каждого воина роты.

— Да, когда мы победим, — ответил Магон. — Число их велико, но не бесконечно. Пока бьются наши сердца, мы будем сражаться и убивать. Призовите свой гнев, родичи. Первыми сломаются они, а не мы.

С новым воодушевлением воины Восемнадцатой сплотились вокруг центуриона, превозмогая навязчивое жжение мышц после многочасовой рукопашной схватки. Плечо сомкнулось с плечом. Пока один брат врубался в гущу геннцев цепным топором и гладием, другой прикрывал ему спину и фланги громоподобными раскатами болтерного огня.

Впервые с начала боевых действий рота Магона начала отвоевывать утерянные позиции. Легионеры оказались в тени врат Малкойи, столь притягательно близких, что, казалось, еще одно усилие, и они падут. Нужно всего лишь реализовать полученное преимущество и опрокинуть геннцев. Тогда столица окажется полностью беззащитной перед Несломленными.

Где-то на правом фланге грянул прерывистый сигнал. Этот стандартный вокс-импульс служил оповещением о чрезвычайной опасности или призывом о помощи. С упавшими сердцами Магон осознал, что сигнал исходил не от центуриона, что могло означать только одно — рота лишилась своего командира.

— Сорок четвертая, — воксировал Астакос.

Он поднял знамя и повернул его в правую сторону. Магон тихо выругался и ненадолго вышел из боя, чтобы изучить обстановку на фланге. Эйдетическая память мгновенно выдала ему номер роты, приписанной Несломленным в резерв.

Ситуация была хуже некуда. Следуя примеру многих других командиров, центурион слепо бросил Сорок четвертую в атаку, и теперь ее ряды неумолимо таяли, легионеры гибли один за другим. От роты осталось одно название — лишь изолированные друг от друга группки воинов в сине-белых доспехах. Братья, стоя спина к спине, до последнего отбивались от наседающих врагов, пока не тонули в людском море.

Если Восемнадцатая не вмешается, дружественную роту задавят числом.

— Они пробились слишком далеко за линию соприкосновения — им не выйти, — доложил знаменосец. — Все остальные роты связаны боем — только мы можем их выручить. Иначе Сорок четвертая погибнет.

— О чем только думал Барка? — произнес Магон, разрубая геннца цепным топором на две половины.

— Похоже, их центурион вообще не думал, — ответил Астакос. — Барка со своей Сорок четвертой должен был оставаться в арьергарде и прикрывать нам тылы.

— Магон, до ворот рукой подать, — заметил Оронт между размашистыми взмахами своего топора. — Продолжим натиск, и у нас появится шанс опрокинуть их. Если сейчас отступим, то в срок никак не уложимся.

Мимо Магона сверкнула молния, испепелившая добрый десяток геннцев.

— Время работает против нас, капитан, — сказал Тетис. — Либо помогаем Сорок четвертой, либо наступаем. Третьего не дано.

— Мы не можем их бросить, — настаивал Магон.

— Посмотри на отсчет! — Оронт стряхнул с наплечников пару укутанных в мантии тел. — Между нами и Сорок четвертой — целая орда этих ублюдков. Они должны были прикрывать нас, а не идти в атаку. Барка знал свою задачу, но все равно полез на рожон, как глупец, и получил по заслугам. Если покинем бой, чтобы прийти им на выручку, то упустим инициативу, ради которой пролили столько крови. А за поражение сам знаешь кто пустит нам еще больше крови.

— Нет! — взревел центурион. — Мы не разменяем жизни братьев на победу. Я не собираюсь поворачиваться спиной к своим родичам и бросать их на верную смерть, когда у нас есть возможность спасти их.

— Но примарх приказал…

— В бездну его отсчет! — не выдержал Магон, уже утвердившись в решении. — Мы были братьями друг другу задолго до того, как стали его сынами.

6

На поле битвы опустилась ночь. От шпилей Малкойи на равнину, где резня продолжалась уже двадцать четыре часа, протянулись продолговатые тени. Чем больше проходило времени, тем отчаяннее становились атаки Пожирателей Миров — целые подразделения бросались на бесконечные массы искусственных людей в надежде пробиться к городу. Космодесантники скользили по ковру из мертвецов, доходившему им до колена, и каждую секунду обрывали чью-то жизнь, но ничто из этого не убавляло многие миллионы лжелюдей, стоявших между легионом и победой.