Остальные хором принялись соглашаться с его словами.
— Хватит лжи, тварь, — сказал Аркула. Он наотмашь ударил ближайшего раба по лицу, так что тот отлетел в недоделанную стену. Его череп с хрустом треснул, оставив на белесой штукатурке кровь.
Кальта-Ар ожидал вспышки — криков гнева, боли. Ни один из рабов даже не дернулся к раненому товарищу. Он понял, что их внимание было приковано не к раненому рабу, или к Аркуле, или темному апостолу. Они глядели на нечто сзади и выше его со смесью растущего ужаса и тревожных улыбок.
Он резко обернулся, выхватывая крозий. Остальные легионеры отреагировали за ним следом, вскидывая болтеры.
Существо, похожее на тень, поджидало на вершине стены. Определить его настоящие размеры не представлялось возможным, но оно отдаленно напоминало человека. Прежде чем с губ темного апостола сорвался приказ, оно взметнулось вверх. Вырисовавшись силуэтом на фоне багровых небес, тень распалась с разрывающим уши воплем. На Несущих Слово упали десятки крылатых созданий, иссекая их доспехи клювами, похожими на пластальные клинки. Хора рухнул под первым шквалом, лишившись в падении руки, его боевая броня распалась, словно куски рваной бумаги.
— Отступаем! — крикнул Аркула, его командирские инстинкты взяли верх перед лицом противоестественного призрака. Тон корифея не терпел возражений и даже Кальта-Ар понял, что подчиняется ему, торопливо отступая через дверь. Ревя болтерами, Несущие Слово сомкнули ряды и последовали за ними.
— Хватить впустую тратить боеприпасы! — рявкнул Аркула. — У нас их без того в обрез. Думаете, болт-снаряды остановят это существо?
Несущие Слово прекратили стрелять. Бросая взгляды на Кальта-Ара, они сплотились вокруг духовного лидера в ожидании мудрости. Темный апостол воздел жертвенный клинок, будто щит, на его перчатке заклубились завитки энергии.
— Он в восточном хранилище! — возглас по воксу принадлежал Хасде в дальнем конце поселения. Передача с треском оборвалась, единственным звуком был сдавленный хрип.
Внезапно позади отряда темного апостола раздался болтерный огонь, заставив их всех обернуться с оружием наготове.
— Кто стрелял? — грозно спросил Аркула. — Доложиться, ради всего святого. Помните, что вы легионеры.
— Через первые крипты что — то движется, — Гоа-Лок говорил быстро, выпаливая слова из — за притока боевых стимуляторов, а не паники. — Думаю, оно под…
— Черное озеро только что поглотило Гоа-Лока, корифей. Мы отступаем через южный транзиторум. — Сержант Дарио сжато продолжил между краткими вдохами. — Впереди что — то есть. Оно просачивается сквозь стену южного притвора. Будто масло. Мы снова сворачиваем на север через президиум.
— Рабы ата… — отчаянный возглас Алекаса предупредил их о новой угрозе. Опять зазвенел болтерный огонь, и ему завторили сиплые крики.
— Думаю, демон не такой сильный, как кажется, — сказал Аркула. — Почему он нападает на нас поодиночке? Ничто из созданного этими отребьями не может быть для нас настоящей угрозой, апостол.
— У тебя есть план, корифей?
— Не биться болтами и клинками с тем, что мы способны одолеть верой, — произнес его заместитель. — Это демон, брат мой. Изгони его, или — еще лучше — подчини себе. Обрати его против ничтожеств, что хотели доставить нам проблем своими жалкими молитвами.
— Апостол, собор для нас больше не безопасен, — сказал Исайкаш. Он вышел из круга и направился к коридору в дальнем конце зала. — Если демон не явится за нами, то это сделают рабы.
— Ты хочешь, чтобы мы бежали от безоружного отребья? — прорычал Аркула. — Мы не покинем Бенефикту Диабола.
— Достаточное количество песчинок поглотит высочайшую башню, — произнес Кальта-Ар.
Темного апостола манила мысль воспользоваться одним из многочисленных ритуалов связывания, но для таких церемоний требовалось время. Кроме этого, в отличие от Аркулы, он не был такого же невысокого мнения насчет силы демона, и знал, что множество могучих сущностей завидовали зданию, возводимому в честь любимого сына богов. Принц-соперник ухватится за мельчайшую возможность нанести удар в таком стиле — существо, для контроля которого ему, возможно, могло не хватить познаний.
Апостол достал плазменный пистолет, больше по привычке, нежели с уверенностью, что он пригодится ему против охотящегося на них призрака.
— Умная голова держит сердце в узде и знает, когда подчиниться более мудрому разуму. Нам не хватит людей, чтобы подавить мятеж рабов, и опыта, чтобы одолеть демона-хищника. Мы отступим к мосту-порталу и попросим помощи у Уризена.
Приказ передали по воксу, хотя Кальта-Ар не знал, сколько бойцов оставалось под его началом. Разрозненные рапорты о контакте указывали на то, что чудовище бушевало в юго-восточных залах и коридорах, и это играло темному апостолу на руку. Ему нужно было идти на север, хотя скорость, с которой демон раньше менял свое местоположение, гасила всякую надежду на то, что им удастся преодолеть дорогу без помех. Продолжающийся беглый огонь из наполовину отстроенного поселения также свидетельствовал о ширящемся мятеже рабов.
Возглавляемые темным апостолом, они побежали прямиком к северным воротам. По пути они преодолевали залы, в которых выстроились неоконченные статуи, трудившихся над изваяниями рабов нигде не было видно. Стук инструментов, который раньше так раздражал Кальта-Ара, сменила угрожающая тишина, перемежающаяся грохотом их ботинок, далекими криками, отголосками болтеров и шипением мертвых вокс-каналов.
На полпути в притвор отряд Несущих Слово натолкнулся на приливную волну рабов, выплеснувшуюся из противоположной двери. Если ранее они были болванчиками с пустыми глазами, то теперь их лица были искажены отчаянным гневом. Злость вскипела в ярость, палец Кальта-Ара сжал спусковой крючок плазменного пистолета прежде, чем он успел подумать о последствиях. Энергетический шар попал в ближайшего раба, испепелив его от паха до горла и осыпав товарищей горящими останками.
— Кулаки и клинки! — проревел Аркула, ринувшись на внезапно взвывшую орду. Воин врезался в рабов, растоптав первого под бронированными ботинками, второго подняв за шею и приложив головой о стену.
Другие стремительно последовали за командиром, ломая бронированными пальцами кости и разрывая плоть. Кальта-Ар рубил и колол жертвенным ножом, натужно дыша после каждого удара. Ритуальный клинок горел внутренним светом, пока в гравированный металл просачивалась жизненная сила жертв, истекающая эссенция душ придавала темному апостолу все большее рвение. Он ухмылялся, прорубая себе путь сквозь массу тел пока, наконец, не вышел в пустой коридор позади толпы. Вокруг его братьев у стен были свалены груды тел, распухших и изувеченных от нечеловеческих ударов.
Упоение продлилось всего миг. По притвору с ревом пронеслась темная масса, заставив задергаться конечности и мертвые глаза рабов. В облаке, опустившемся на Апалл-Афа, разверзлись рты с десятками клыков-молний. Казалось, будто незримый клинок пробил живот Несущего Слово и вздернул его, вырвавшись из ранца в шквале керамитных осколков, раздробленных костей и брызг крови. Пластины брони раскололись, когда пасти погрузили фантомные зубы в легионера, отгрызши ему конечности и оставив в теле под ними кровавые борозды.
Его мучительные крики на секунду заполонили вокс, пока Кальта-Ар отключал связь. Аркула с рычащим цепным мечом кинулся на демона. Взмах когтистой конечности почти с презрительной легкостью снес ему голову с плеч.