Отец частенько говорил: самое важное качество, которым должен обладать член Имперской семьи, — умение терпеливо ждать.
Но у Абриелов это качество отнюдь не в крови.
Здесь публики, которая на него смотрела, было мало — что и к лучшему. Духир не сомневался, что какое–то время сможет так просидеть.
Если только Glaharerl не пожелала по каким–то своим причинам поизмываться над членом Fasanzoerl, ждать ему долго не придется.
С противоположной стороны большого стола стояло кресло командующего. За креслом висели флаги: один с изображением трехглавого дракона (Larth Biharel) — символа Glaharerl Byrer, другой с Гафтоношем, затем флаг Gla Byrer с двумя перекрещенными шипами и стилизованным числом 13 и, наконец, флаг с гербом семьи Котопони, серебряным крестом в черном поле (Kuroti).
Герб Котопони был самым простым среди всех 29 семей–основателей Империи. По слухам, предок семьи Котопони потратил на создание этого герба три секунды: просто провел две линии, постаравшись лишь, чтобы они пересекались под прямым углом, — вот и готов фамильный герб.
У семьи Котопони была репутация людей, скорых на принятие решений.
Соотношение длин проведенных линий дошло неизменным до наших дней.
Духир уже привык к этому гербу, но всякий раз при виде креста его охватывала какая–то неловкость. Вот и сейчас он чувствовал, что никак не может успокоиться.
Нельзя ли сделать вертикальную линию чуточку подлиннее, подумалось ему. А если это невозможно, то хотя бы приопустить горизонтальную.
Он критиковал герб другой семьи — непростительная грубость, даже для Абриела. Критиковать герб Котопони имеет право лишь Котопони. Потому–то никто ничего и не говорит. Но вдруг найдется храбрец, который нарушит табу, или, может, вдруг в семье Котопони родится кто–то с нормальными представлениями об эстетике? Может, тогда остальные тоже поймут?
— Lonyu Glaharerl! — провозгласил часовой.
Духир встал и отдал салют в сторону кресла.
Командующая вошла одна. Небрежным жестом вернув приветствие, она подошла к креслу и уселась.
Духир тоже собрался было сесть, когда Котопони приказала тихо, но отчетливо:
— Вольно!
Это она мне? Духир был озадачен. Команда, однако, предназначалась не ему, а Sash за спиной у Котопони.
— Есть! — немедленно ответил тот.
— Никого не впускать! — добавила командующая.
Часовой вышел в коридор; Духир и Котопони остались наедине.
Будь они сейчас в Императорском дворце, Котопони должна была бы держаться почтительно. Конечно, ее титул Rue Kler был весьма уважаем в Ruebei, но Духир–то был принцем и к тому же внуком Императрицы. Но здесь, на фронте, их роли полностью переменились. Будучи Fektodai, он даже на равных не мог держаться со Spen Labular.
— Нам был прислан Bisozerl Kimna, — без лишних предисловий сказала Glaharerl. — Вам знакома процедура работы с ним?
— Так точно.
Имперскими декретами называли сверхсекретные приказы. Они зашифровывались в Kreuno самого Spunej и, за исключением особых случаев, никогда не передавались с помощью электромагнитных волн — только доставка в Jeish. Чип памяти кладется в шкатулку, которая запечатывается также лично Императором.
Число Kreuno, способных дешифровать Имперский декрет, очень мало — не больше сотни на всю Галактику. Кроме того, важную роль играла личность дешифрующего. Существовало также множество других ограничений, таких как требование стирать дешифрованный текст немедленно по прочтении.
Котопони передала Jeish через стол Духиру.
— Держите. Вы уполномочены его дешифровать.
— Есть.
Разумеется, полномочия дешифровать личный код императора имеют все Lodair из Fasanzoerl. Информация переправляется из Jeish в запястный компьютер, и увидеть ее затем может лишь тот человек, которому по статусу положено. Духир к таковым относился.
— Как, дешифровалось уже? Может, вы боитесь, что я буду расспрашивать о секретном содержании? — спросила Котопони.