- Спросишь у него?
- Мы в школе? – поднимаясь на локтях, оглядываясь, спрашивает.
- Да, ты в покоях директора, - парень падает обратно на подушку, а я укрываю его одеялом. Он смотри на меня, а я на него, - хочешь с ним пообщаться? – спрашиваю про допрос Люпина. Он уже засыпая отвечает:
- Приду в себя, и навестим его, - ему нужно восстанавливаться, спать и набираться сил. Я ушел к ребятам, рассказать, что с другом все хорошо и он скоро к нам вернется. Меня спрашивал Драко кто его отравил, на что получил ответ, что Гарнет сам скажет, если посчитает нужным. Не мне говорить о предательстве близкого, почти родного человека, не в праве, это личное. На меня не давили, просто поблагодарили за то, что я у него есть.
Гарнет
Меня снова предали. И кто? Профессор Люпин. Попытался убить, отравил жидким серебром. Морои не чуют серебро как оборотни, но оно на нас влияет. Вот я и съел или выпил что-то с серебром. Даже не заметил. Потом было больно, очень, кожа горела, кровь кипела, внутренности плавились, суставы, позвоночник и кости выворачивало, ломало, выкручивало. Думал, уйду к Госпоже окончательно. Но меня спас Ари. Вывел отравленную кровь, нашел донора и устроил полное переливание. Боль от порезанного запястья была ничтожной, по сравнению с той, которую мне принесло серебро. Все то время, пока я приходил в себя, Ари сидел рядом, обнимал, целовал, усыплял, притягивая к себе.
Отходил от любезности профессора в нашей с Драко комнате. Мы с ним много раз обговаривали все произошедшее, к нам присоединился Блейз. Оказалось, мулат тоже лишь на половину человек. Его мама Сирена, он, как и Драко – полукровка. Вот и нашли друг друга. Один похотливый, другой озабоченный, оба прекрасно владеют магией притяжения и обольщения. Допритягивались и дообольщались. С тех пор, как я стал в курсе их отношений, не скрываясь, спали в одной кровати, или у Блейза или у Драко. Ари хотел последовать их примеру, спать со мной в одной кровати, но я под угрозой применения теневого перемещения в кабинет директора отговаривал его от этого порыва. Так что он навещал, поддерживал, а я восстанавливался сном и Кроветворным. А как только смог самостоятельно стоять на ногах и не падать, пошел с Ари к профессору Люпину.
Он сидел скованный цепями и серебряными лентами в выручай-комнате, в камере, специально для него обустроенной школой. Со мной и Ари шли директор и Том, в качестве старших и моральной поддержки. Они понимали, убив профессора, я окончательно разорву связь с прошлым, потеряю ниточку, ведущую к родителям. Но пощадить его – ошибка, а я не хотел совершать подобных ошибок. Не хотелось снова разочаровываться и ждать удара в спину. Ведь мои близкие таких поступков не совершат. Томас и директор вытащили меня из той бездны, в которой я был из-за предательства моего прежнего окружения, а Арчер не сможет этого сделать, мы истинные партнеры. Даже если предаст, сам не долго проживет, за предательство истинного партнера - магия наградит карой или откатом. Драко и Блейз как и директор, хлебнули предательства и не встанут на этот путь. Больше близких у меня нет. Как оказалось, их можно пересчитать по пальцам на одной руке.
Мы с Ари стояли рядом с картиной, на которой изображен Варнав Вздрюченный и восемь троллей в розовых пуантах и пачках, танцующих балет, растягивая руки тому самому Варнаву. По моему желанию, комната поставила напротив профессора стул, я сел, Ари рядом, за плечом, а директор Снейп и Том на стульях поодаль.
- Профессор, вот мы и свиделись снова, - на мой голос Римус поднял голову, попытался подняться, звякнули цепи, но ему не удалось, рухнул обратно, на что Люпин смеясь и скалясь, сказал:
- Ты снова выжил! Какая же ты все-таки живучая тварь, Гарнет, - чуть не плюнул в лицо профессор, а я мог бы, тяжело вздохнул, но лишь криво улыбаюсь, показывая клыки, резко приближаюсь и прямо ему в ухо:
- Я такая же тварь, как и вы, профессор. Живучая, темная. Не надо об этом забывать. Между нами лишь видовое различие, тьма в крови и жилах одна. Только я признал ее, а вы от нее, всю вашу жалкую жизнь бежите и прячетесь, делая вид, что белый и пушистый.
- Да, я темная тварь! – рычит волк, - но я не убивал друзей, как ты! Я жил ради них! – рычал на меня профессор, - Гермиона! Рон! Близнецы - все они были твоими друзьями! Вы столько вместе пережили! А ты их убил! Предал! – рвался на меня напасть, но лишь вредил себе. Серебряные цепи жгли, причиняли боль, оставляли ожоги и волдыри. Но он не обращал на это внимания. Продолжал вырываться, клацать клыками, кричать и обвинять.
- Да, убил, - сказал, не отрицая сделанного, - у меня на это веские причины. Они меня предали. Вы и крестный так же хотели убить вашего друга, Петигрю. Чем я хуже? Со мной дружили лишь из-за денег, статуса! Так почему я не могу отомстить? Вы с крестным хотели, но у вас не вышло. А у меня вышло.
- Ложь! – рычал Люпин.
- Мда, видимо, мозг от зелий и закладок у вас окончательно расплавился. Раз вы не помните нашего разговора о предательстве. Ну, да ладно, - отмахнулся, - мне плевать под зельями и закладками, вы мне клятву приносили или все же будучи в разуме и воле. Главное то, что вы свое слово нарушили. Причинили такую боль, что с ней даже предательство друзей не сравнится. За все то, что мне пришлось пережить и конечно за нарушенную клятву, вас ждет кара куда страшнее моей агонии от гуляющего серебра в крови, - на меня смотрит Ари, в дверях стоит директор, за его спиной лорд, - есть, что сказать на прощание, Римус?
- Есть.
- Говори, - убирая стул, - пока можешь.
- Ты их всех убил! Ты и только ты виноват в смерти моих друзей! Джеймс! Сириус! Лили! Хвост! Всех их убил ты! – выплевывал слово за словом, - ты их у меня забрал. Ты – несущий смерть, тебе не место в этом мире. Гори ты в гиене огненной!
- Я их не убивал, Альбус затуманил им разум, как и тебе.
На эти слова Римус рассмеялся, пытаясь вырваться, причиняя себе новую порцию боли, нанося раны, сжигая кожу до кровавого месива и белеющих костей на руках. В глазах белая пелена. Волк просто сошел сума, он не тот Римус, что был на третьем курсе и даже в начале этого года. Тогда в глазах была воля и разум, а сейчас она полностью отсутствовала, с ним явно кто-то поработал. Попросил директора и лорда, как легиментов проверить разум волка. Пара старших магов в просьбе мне не отказала. Отодвинули меня и Ари в сторону, погружаясь в его воспоминания.
Через час копаний в голове, как я и предполагал, было доказано вмешательство. Волка снова наградили зельями, закладками, стирали память и даже пытали. Он выдал многое, но не мой секрет. Но то, что я убил Рона, Гермиону и близнецов, остатки ордена, Молли и все Уизли - знают. Значит, я должен как можно скорее от них всех избавиться.
- Значит, ты будешь реализовывать план в ускоренном темпе? – спросил меня Том, а я согласился, ведь они знают, кто виноват, захотят отомстить. Значит, придется действовать в обход написанным листочкам. Первых отправлю в объятия Госпожи Невилла и Джинни. Потом очередь дойдет до старших Уизли.
- Да, первыми устраню – недогероя и его подружку.
- А с Люпином, что делать будешь?
- Остановлю сердце и кровь, безболезненно и быстро, - директор и Том ушли, остался я и Ари. Он меня поддерживал, был рядом, знает, что мне не просто убивать сведенного зельями, закладками и пытками профессора. Что бы он ни сделал, вина на нем косвенная, виноват не он, а тот, кто его до такого состояния довел.
Римуса мы похоронили на профессорском кладбище. Всем профессорам и студентам сказали, что профессор Люпин не смог договориться с сущностью волка и погиб. Проводили Римуса всей школой, устроили прощальный пир. Минерва поглядывала на меня, подозревая и понимая, что все совсем не так, но не вмешивалась, как и обещала.
Прошло несколько недель. Мы с Ари готовили план по окончанию жизни парочки любовничков. Умереть от проклятия не эстетично, все мгновенно несущие смерть проклятия, за исключением Авады, выглядят неприятно, с трупными пятнами, кровавым месивом вместо тела и запахом гниения плоти. Такая смерть не подходит, я обещал для всей семьи Уизли спокойную, красивую смерть. Увы, не получилось с близнецами обойтись без эффектов в виде текущей крови из глаз, носа и ушей. Просил у Чарли за это прощения. Поэтому для Невила и Джинни подбирал менее кровавую кончину. Думал над тем, чтобы их в жерло вулкана отправить, так не увидят, не проводят героев войны с поминками и прощальными слезами. Я же хотел, чтобы их нашли в объятиях друг друга.
Пришел к решению отравить их, змею из тени призвать, быстро, почти безболезненно, надежно, а самое главное красиво и с подтекстом. Влюбленные умрут, обнимая друга. Директор и Том оценили мой план, Ари не было, его вызвал заместитель. Что-то по делам стаи, не лез, но обещал поддержать, даже матушку его навестить. Тот поймал меня на слове. На прощание, перед аппарацией в клан как всегда, привычно для нас поцеловал, прижимая, даря тепло, телу, сердцу. На нас смотрели лорд и директор, руки Тома по хозяйски притягивали зельевара к своей груди, обвивая талию директора, хоть тот и был против демонстрации, ворчал, но руку не убирал, касался пальцев Тома своими.
План реализовал на следующий после отъезда Ари день. Был выходной. Свободное время, возможность уединиться. Парочку нашел быстро. Далеко ходить не пришлось. Они наслаждались друг другом в комнате Невила. Он староста и у него личные апартаменты. Эти двое так увлеклись процессом, кричали, стонали, крушили кровать и мебель, что не заметили, как через тень приползла змея. Пара выпадов, укус и почти мгновенная смерть. Выползая из их комнаты, змейка прошипела, что приказ выполнен, я вернул ее на родину. Заглянул через тень в комнату Невилла. Парочка была на последнем издыхании. Но поза: распаленная, потная от страсти и многократных оргазмов Джинни, раком, упирается руками в перила кровати, с силой сжимая прутья, с выгнутой спиной и оттопыренным задом, в котором все еще торчит член Невилла, одна его рука на ее бедре, вторая сжимает грудь, продолжая даже в такой ситуации, как смерть сжимать, мять и теребить стоящий от возбуждения сосок. На последних мгновениях жизни они не прекращают процесс, двигаются на встречу друг другу. Как есть вечно-трахающиеся, озабоченные кролики. Дождался пока яд дойдет до сердца, а эти двое точно сдохнут. И дождался. Как планировал - умерли в объятиях друг друга.