Только потомки короля-солдата могли носить корону с пиракантой, конечно.
Бабушка никогда не носила ее после смерти деда, но правила так же властно. Так отец
признавал чувства Лили и одобрял выбор? Откуда он знал?
Лицо Эбена покраснело. Лили взяла за руки Эбена и Ярроу и повела сестер к башне
за остальными девочками. Они пошли вместе, видимые, спустились по ступенькам башни.
Внизу Ярроу и Айви остались в конце ряда, Лили взяла Эбена за руку, чтобы закончить
цепь, и они пропали.
Ярроу кашлянул, вдохнув.
- По этому я не скучал, - проворчал он.
Лили замерла на развилке с фонтаном с розами. Ярроу первым отпустил руку и
потер ладони о штаны.
Эбен держался за нее.
- Возьми меня с собой.
Не отвечая, потому что вопроса не было, Лили поменяла его ладонь на руку
Меланты и не оглянулась. Она не выдержала бы взгляд боли и гнева.
* * *
Без Эбена лестница казалась опаснее, а деревья насмешливо мерцали в серебряном
свете. Что она надеялась сделать тут одна?
Тариус ждал за аркой, хмуро скрестив руки. Его лицо изменилось при виде Лили и
девочек. Он прижал ладонь в перчатке к камню у разбитых ворот, склонился, глядя,
раскрыв рот.
Старшие девушки были в бальных платьях с рюшами и кружевом, шелком и
сатином, оттенков румянца, лаванды и неба, какие не мог создать нижесад. Он упивался
красками, пока девушки по одной проходили арку. Их платья превратились в украшенные
камнями творения дыма и полуночи. Лили прошла последней и встала перед ним в черном
платье с рукавами из золотой кольчуги. Ее волосы щекотали кожу спины. Она была рада,
что не заплела их.
Девушки пошли к поляне сами.
Тариус посмотрел во тьму за ее плечом. Он не видел за поворотом, но ждал, слушал,
словно ожидал заметить тень среди деревьев. Убедившись, что никто не придет, он