Сам дядя опёрся на стол и стоял, смотря под ноги.
Сион постучался. На тихий стук дядя не отреагировал, пришлось случаться громче.
— А, это ты, — дядя перевёл взгляд на племянника. — Проходи.
— Что случилось? — Сион обвёл рукой погром в кабинете.
— То, что уже давно должно было произойти, — выдохнул Харри, а потом более осмысленно посмотрел на Сиона. — Подойди ближе, — выполнил. — Помнишь склад? — Харри спешно нашёл на полу карту города и поднял её. На ней указал на строение у стены. — Мы были там пару дней назад.
— Да, помню. Ты хотел его переоборудовать для нужд дознавателей, — кивнул Сион.
Позавчера он смог напросится помогать дяде, а тот собирался осматривать помещение. Двухэтажный склад с подвалом рядом с крепостной стеной, в нём ещё что-то оставалось от прошлого владельца. Дядя собирался вывозить все коробки и мебель, но в итоге вынесли их только с первого и второго этажей.
— Дело не в складе, дело в том, что в его подвале. Подземный ход, он выходит здесь, — Харри указал на место за стеной, с нежилого берега Шорры, метрах в трёхстах от стены. — Сейчас город по дороге уже не покинуть. Только этот вариант. Уходи из Мона как можно скорей.
— Что? — Сион услышал с первого раза, но к чему дядя это говорит.
Отец! Он неспроста тут был.
— Лучше в газетах потом прочитай, чем участвуй лично, — продолжал не называть сути дядя.
— Да о чём ты? Что отец задумал? — забеспокоился Сион. — Если что-то против тебя, то почему ты ещё тут, если знаешь, как уйти?
Последний вопрос был лишним. Дядя из тех, кто находится в гуще событий. Каким бы они ни были.
Харри притянул Сиона к себе и обнял одной рукой.
— Сделай как я говорю, — попросил дядя. — И не направляй свою руку против себя. Ты сильнее этого, — прошептал Харри.
От куда он знает? Как давно?
Сион не нашёл в себе сил посмотреть в глаза дяде, когда тот его отстранил.
— Как можно скорее покинь город, Сион, — печально повтори он.
Сион кивнул и буквально убежал. Но не выполнять наказ дяди, а подальше от его осуждающего взгляда. Проходил уже. Знает.
«Вот за эти глупости тебя наконец не похвалят», — вспомнился однокурсник по военной академии. Не похвалили. Чуть не исключили (соответственно чуть не уведомили родителей). Но Сиона не просто так за всё остальное хвалили, выкрутился. И всё ещё не выполнил обещание, данное одной из преподавательниц. Но пытался.
На улицах почти никто не встречался, но хотелось в такое место, где других точно не будет. Осознать, что с дядей теперь не поговорит. Идея принять предложение Харри начинала смотреться смехотворной.
За что Сион любил Мон так это террасы на крышах. Те из них, на которые можно было попасть только жителям дома, ещё и оборудовались. Открытые для всех днём чаще всего пустовали, это Сион выяснил по своему опыту.
По лестнице поднялся на ближайшую открытую террасу, обнесённую метровым забором плоскую площадку, опустился возле угла и зажмурил глаза, схватившись за голову. Как дядя мог узнать? Не рассказал ли отцу? Если так, то стоит убраться из Мона, потому что заботливые тирады разрушат те крохотные элементы улучшения в состоянии, которые есть.
Сидел бы Сион на крыше до ночи, или пока не решил бы окончательно не попадаться отцу на глаза, но размышления прервал взрыв. Взрывчатка? В городе? Её запрещено даже хранить там, где живут или работают люди (за исключением тех, кто ей занят). Вывод напросился сразу — взрывчатку привезли специально, и устроили детонацию тоже специально.
Место взрыва выделялось поднимающимся дымом. Площадь между административными зданиями дознавателей, неподалёку от дома дяди.
Что происходит?
Да чтобы ни были, явно нужна помощь. Сион слетел по лестнице, ближайший мост оказался дальше от места взрыва, чем дом, на крыше которого Сион был. Но решил перебежать именно по нему: мало ли что ещё произойдёт. Берега за вторым мостом сделаны высокими, с воды просто так не заберёшься, если вдруг мост тоже будет повреждён и придётся переплывать.
Вспоминая, чем сможет помочь, вспомнил и собранные за день намёки. Иаго убрал из города любимого сына, на улицах ни души, закрытые лавки, Иаго сказавший, что у отца будет дело поважнее, чем поносить жену и тестя при появившейся возможности, и дядя просил Сиона немедленно уходить — всё намекало. Поэтому, когда уловил звон клинков, не удивился и лишь перешёл шаг.
Картина сложилась окончательно.
Сражаться тут могут только дознаватели. Если они обратили мечи против друг друга, то значит те, кто оказался недоволен последним решением лидера, начали действовать. Сиону это не нравилось. Дядя в Моне скорее гость, с ним приехал небольшой отряд, остальные дознаватели в городе — местный гарнизон, который скорее лоялен к королю.