Странные родители: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Нет, Вернон, он не был странным, — делая акцент на последнем слове, сказала тетя, — он игрался с новым мячиком Дадлика.

— То есть ты, щенок, не только взял мяч Дадли, так еще и вазу разбил?! Тебе что мало наказаний, которые тебе придумывали?! Значит так, ты…

— Я думаю, его надо проучить, Вернон, — перебила его толстушка, — вот, знаете, как я поступаю, когда собака нагадила в доме? Беру ее за шкирку и тычу носом прямо туда, и всегда работает.

— А ты права, Мардж, его давно пора проучить! — со злобной улыбкой ответил дядя. — Петунья, ты не могла бы нам помочь?

— Да, конечно! — она подошла к мальчику и взяла его за шиворот футболки, слегка приподняв в воздухе, он был очень легким. Малыша ждала не самая лучшая участь. Тетя взяла его за волосы и ткнула лицом в осколки, при этом собрав их в небольшую кучу, чтобы было больнее. Мальчик зажмурил глаза, щечки пронзила сильная боль. Она так делала еще много раз, как будто не могла насытиться болью племянника, а малышу оставалось лишь терпеть…

Кажется, прошла целая вечность, прежде чем тетя оставила его в покое. На мальчика было страшно смотреть: множество царапин, в правой щечке застрял небольшой осколок, по лицу текла кровь, заливая футболку. Он так и сидел на коленях, а над ним все насмехались. Вдруг его снова оторвали от земли и понесли в чулан. Это был дядя, так как тетя шла впереди, неся что — то в руках. Они остановились возле дверцы, тетя зашла, и только когда вышла, его затолкнули в комнату. От неожиданности мальчик упал лицом вниз, и не только лицо, но уже и все тело пронзила боль. Осколки, тетя принесла осколки и сюда.

Он медленно поднялся, опираясь ладошками о пол, но и там, в ручки продолжали впиваться маленькие осколки. И ступать было больно, они, кажется, были везде. Благо их не было на кровати, куда и забрался малыш с ногами. Подтянув к себе небольшие коленки, он обхватил их руками и легонько начал покачиваться из стороны в сторону. По щекам снова текли слезы, слезы обиды и одиночества. Здесь, в этом доме, он никому не нужен, «странный урод» как любил говорить дядя. Так если он странный, почему он не может жить с такими же, как он, странными? Он закрыл глаза, и в ту же минуту в комнате появилось яркое свечение. Мальчик исчез.

Новоявленные родители

Закончился еще один учебный год в школе чародейства и волшебства — Хогвартс. Ученики сдали все положенные экзамены и со спокойной совестью могли отправляться домой. Сейчас начало июня, а в Шотландии уже очень тепло. В восьмиэтажном замке остались только профессора, не закончившие свои дела. В одном из многочисленных кабинетов сидят двое. Одна — это женщина пожилых лет, с темными, седеющими волосами, собранными в пучок. На носу примостились квадратные очки, а на голове у нее черная остроконечная шляпа под цвет ее темной мантии. Рядом с ней сидел человек намного ее моложе. Его лицо обрамляли черные сальные волосы, и если смотреть на него в профиль, то можно было увидеть крючковатый нос.

— Ну, что же, Северус, поздравляю вас с победой, — сухо сказала женщина, отхлебывая глоточек из кружки с чаем.

— Спасибо, профессор Макгонагалл, ваш факультет тоже когда — нибудь одержит победу, — усмехнулся мужчина. Суть в том, что ежегодно в школе избирается факультет на звание лучшего. Всего их в школе четыре: Гриффиндор, Рейвенкло, Хаффлпафф и Слизерин. После того, как в школу был принят молодой профессор Северус Снейп на должность зельевара и декана Слизерина, то дела факультета змей пошли в гору. И вот уже третий год подряд его факультет выигрывает кубок школы.

— Непременно, Северус, непременно, — спокойно ответила женщина. До прихода зельевара ее факультет львов был лучшим, большой зал украшали красно — золотые флаги. Сама Минерва Макгонагалл здесь работает уже много лет — профессором Трансфигурации, которая была ее любимым предметом еще в юные годы. А также деканом Гриффиндора. Постепенно она стала заместителем директора, и хорошо справлялась с этой должностью. Но всё же ее расстраивал тот факт, что ее факультет не выиграл кубок по квиддичу, а ведь когда — то давно она пообещала себе, что ее факультет обыграет Слизерин.

Они так сидели и попивали чай, пока не раздался резкий звук. Открылось окно, и от неожиданности Минерва выронила кружку с громким: «Ой!». Она почти вытащила свою волшебную палочку, но ее более молодой коллега оказался проворнее и сразу починил кружку; «Репаро!». Минерва слабо улыбнулась в знак благодарности, и в ответ получила небольшой кивок головой.

Все это время они и не замечали маленького мальчика, примостившегося в темном углу комнаты. Но только эти люди казались ему не такими, как его родственники, они были другими. И в доказательство мыслей малыша мужчина, который ему показался слегка знакомым, стал делать странности. В глазах мальчика появилась некая радость, догадка. Эти люди такие же странные, как и он. Может это и есть его родители? Он сделал неуверенный шаг, но его, кажется, никто не заметил. Эти люди продолжают вести безмолвный разговор взглядами. Он подходит еще ближе, но его по — прежнему никто не замечает. Тогда он кладет свою маленькую ручку на коленку женщины:

— Мама, — тихонько молвит он, заставляя женщину вздрогнуть. Также он делает и с мужчиной: кладет вторую ручку ему на колено:

— Папа, — профессора в шоке смотрят на мальчика. Это было одно из самых удивительных зрелищ, хотя мужчине пришлось повидать много, также как и женщине. Им этот ребенок кажется смутно знакомым, хотя многочисленные шрамы и порезы не дают разглядеть его точного образа. Но Северусу кажутся уж слишком знакомыми глаза мальчика, зеленые, совсем как у нее… Он прорывается в сознание мальчика, и то, что он там видит, заставляет его глаза расшириться и посмотреть на мальчика с немым вопросом. Он был свидетелем насилия, но чтобы вот так с детьми… Никогда! Разглядеть лица профессор особо не смог: мальчик плохо помнил своих родителей, или кого — то там. А Минерва поглядывала на мальчика с некой опаской, ведь в Хогвартс нельзя трансгрессировать. Мальчик не глупый, заметил недоверчивые взгляды людей и расстроился:

— Вы не мои родители? — также тихо спросил он, заглядывая в голубые глаза Минервы. На его глазах выступили слезы и градом покатились по щечкам. И у нее самой глаза заслезились: это было очень трогательно, мальчик вызывал у нее умиление, хотя дети всегда казались для нее одинаковыми, а этот был каким — то особенным. Посмотрев на Северуса, она поняла, что его переполняют похожие чувства.

— Мы… твои родители, — промямлила она, теряя былую собранность. Мальчик благодарно улыбнулся и сильнее сжал коленку Минервы. Она улыбнулась и провела ладонью по его щеке, отчего мальчик слегка сморщился. Она в недоумении посмотрела на него и убрала руку. Северус также смотрел с легким недоумением, видимо, он еще не до конца понял заявление Минервы насчет того, что они его родители. И только когда она вгляделась в лицо мальчика в полумраке, она заметила, что в правой щечке застрял осколок. Она аккуратно взялась пальцами за край и вытащила застрявший кусочек. Мальчик снова поморщился, при этом ойкнув.

— Так малыш, как тебя зовут? — спросила женщина, сажая мальчика себе на колени. На что он только слегка пожал плечами.

— Ну, сколько тебе лет? — он оттопырил пальчики и загнул четыре из них. Она обреченно вздохнула и посмотрела на Северуса. Тот, как завороженный смотрел на малыша, когда тот также с неким любопытством осматривал его. И все — таки он казался ему знакомым.

— Как вы думаете, откуда он?

— Он точно не из семьи волшебников. Из его мыслей я увидел очень агрессивных маглов. Видимо, его ро… сожители не принимали его способности и потому избивали. Но все же остается загадкой, как он попал к нам?

— Это и для меня остается загадкой. Но его нельзя отправлять туда. Видели, как он реагирует на упоминание своего прежнего места жительства? Я считаю, что его нужно оставить у нас,

— как — то жизнерадостно проинформировала зельевара Минерва. Как и любой женщине, ей хотелось о ком — то заботиться, оберегать. Все — таки материнский инстинкт присутствовал. А этот малыш уж больно ей понравился, да и сам лед тронулся на таком заветном слове как «мама».

— То есть, вы хотите сказать, что этот мальчик остается здесь? И вы еще хотите, чтобы мы были его «родителями»? — приподняв брови, осведомился Северус. Этот мальчик его одновременно отталкивал своим внешним видом, но и притягивал взглядом своих больших зеленых глаз.

— А вы что — то имеете против? — спросила Минерва.

— Но если министерство не разрешит нам этого сделать, и мальчика вернут обратно, вас не будет грызть совесть из — за того, что вы дали мальчику ложную надежду?

— Но я все же надеюсь, что нам позволят, Северус.

— Как знаете, — бросил Северус, направляясь к выходу. Но его остановило следующее:

— Папа, ты уходишь от меня? — спросил малыш, спрыгивая с коленок «мамы». Зельевару было тяжело смотреть на этого мальчика, он у него ассоциировался со своим детством. Отец часто применял насилие к нему и матери, Северус также носил старую потертую одежду, которая была всегда на размер больше.