Сделай и живи спокойно 1: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Да вот, дали в нагрузку дитё шебутное, — начала весело рассказывать, о своём горе Катерина, — а оно без подходящей обуви. Так-то ладно, но запросы у молодого комсомольца слишком высокие. Ему киды подавай, или на худой конец, что-то из спортивной обуви. Не может он без бега по утрам. Шило, в одном месте, не даёт покоя.

— А чего это сразу шило? — я возмутился, не высовываясь из-за спины Кати, — может мне нравится бегать. Не всем же мешки колошматить. Надо кому-то и бегать.

— А ну, покажись там, — опять раздался бас из тренерской, — кто это нашей Катерине не даёт жизни спокойной?

— Ага, сейчас покажусь и совсем без обуви останусь, — я попытался перевести в шутку, затянувшееся приветствие, — лучше вы к нам. Тут и места побольше. И убежать всегда можно.

— Это что? — деланно возмутился тренер, кое-как выбираясь из помещения, — испугался, что ли твой подопечный?

Катя не успела ответить. Я опять влез в разговор. А что? Меня тут, между прочим, чуть ли не в трусости обвиняют. Что, молчать что ли?

— Кто сказал, что я испугался? — ответил я, посмотрев на этого мужика, — просто сказал, что есть куда убежать. Фик его знает, вдруг вы сами решите побегать. А из-за стола вылезать долго.

Хохотали минуты три, всё вместе. Потом, протерев глаза от слёз, всё-таки перешли к насущным вопросам. Я пожаловался на несправедливое использование детского труда. При этом заметил, что раз уж взяли водителем, то и обувь должны выдавать. И куртку кожаную. И фуражку с козырьком. И сапоги нужны… хромовые. И портянки желательно бархатные. И талоны на усиленное питание. И зарплату надо в конце концов. Опять хохотали, но уже не так долго. Стараюсь говорить больше и быстрее, не давая вставить хоть одно слово Катерине. Пускай изображает присутствие. А я сам с человеком разберусь. Умею с такими людьми говорить. Опыт есть.

Десять минут и молодой (лет тридцать примерно) тренер отказался, что-либо искать в секции для меня. Объяснив тем, что ничего хорошего тут нету. А вот из личных запасов, под поручительство Катерины, отдал на время хорошие теннисные туфли. Фик его знает откуда они у него. Как ни старался, ответ так и не получил. Зато получил бесплатный совет. Смазать туфли касторовым маслом, перед тем как одевать. Что меня поразило это марка обуви. На пятке кожаных туфель был ромбик, а внутри надпись "Dassler". Может из трофеев? Вроде немецкая фирма? Не знаю. Для меня самое главное это то, что размер подошёл. А остальное пофиг. Заберу деньги и обязательно, чем-нибудь отдарюсь этому человеку. Пока не знаю чем, но сделаю.

Когда подъехали к дому Катерины уже стемнело, хотя на западе кусочек неба ещё был светлым. Девушка побежала в дом, а я стал разворачиваться. Непросто это сделать на узенькой улочке. Легче, наверное, было сдать назад, а там где-нибудь найти место, для нормального разворота. Но что сделал, то сделал. Развернулся и проезжая мимо увидел стоящую возле заборчика Катю. Она сунула мне в руки свёрток.

— Там немного сала и варёная картошка, — крикнула Катя, стараясь перекричать работающий мотор, — а на утро два пряника. Смотри поешь обязательно. Я в одиннадцать часов зайду.

Кивком поблагодарив девушку, я газанул и уже через полчаса был на площадке отделения милиции. Заглянув, на всякий случай, в отделение, убедился, что Собкин покинул свой кабинет. Ну и ладно. Ужин у меня есть, осталось только его съесть. Быстрым шагом и самой короткой дорогой отправился в общежитие.

На входе был остановлен бдительным вахтёром. Этот достойный человек, тщательно выполнял свои обязанности и не пускал меня. Время-то приближалась к двенадцати. Но невзначай брошенное: «помогал милиции завести машину», позволило проникнуть внутрь. А уж когда поделился салом, то вопросов вообще больше не возникло. Вахтёр, в ответ, отрезал мне скибку чёрного хлеба и налил кружку морковного чая. Давненько я не пробовал этого напитка. В двухтысячных, приверженцы здорового образа жизни хлебали этот чай с удовольствием, наконец-то вспомнив бабушкины рецепты. Впрочем, мне сейчас выбирать не приходилось.

В нашей комнате ещё никто не спал. Некоторые ребята лежали на кроватях не раздевшись, некоторые сидели, но все в основном уже готовились ко сну. Решалось несколько насущных тем, которые не давали спокойно завершить день. Одна это новый фильм, который вышел на экраны недавно, а вторая это остановка кирпичного завода и как следствие простой в работе. Моё появление, чуть-чуть отвлекло всех от обсуждения, но ненадолго. Никого не интересовало, где я пропадал весь день. В приоритете были рабочие темы, а не мои метания по Калуге.

Я прошёл к столу и положил остатки еды. Уж с салом и картошкой, за одну ночь, ничего не случится. Теннисные туфли бросил под кровать. Нужны носки. Такую обувь на голую ногу не оденешь. А если ещё и бегать, то проблем точно наживёшь. Потом плюхнулся на кровать и задумался.

На первый взгляд, завтрашняя авантюра должна пройти нормально. На всякий случай у меня приготовлены ответы на любые вопросы. Блин! Да у меня железная отмазка есть: я пришёл к Юрке. И хрен вы мне чего сделаете! Лето на улице. Где хочу там и гуляю. Все взрослые уйдут на работу. А кто останется будут спать. Эти скорее всего с ночной смены. Так что проблем не будет.

Каких-то угрызений совести я не испытывал. Не пофиг ли? Этот чемодан простоит полвека и на хрен никому не будет нужен. Так что брать можно. А совесть пусть спит спокойно. Беспокоиться не о чём.

Другой вопрос это одежда. В чём идти? Мой костюм — хорошая ширма, но плохой помощник, когда надо куда-то аккуратно залезть. Может у соседей попросить какую-нибудь куртку, типа "хулиганки" или "бобочки"? Не уверен что дадут, но попробовать-то стоит.

Попробовал. От результата выпал ненадолго в осадок. Ни у кого ничего того, что я просил не оказалось. Зато я стал обладателем солдатской формы. Не новой, но чистой и почти без следов ремонта. Когда мерил, то было смешно. Но только мне. Остальные не смеялись — наоборот, советы давали как и что подшить, чтобы было удобнее. В это время галифе и теннисные туфли — последний писк моды скорее всего. Раз уж, все так возбудились.

Потом минут пятнадцать обсуждали мою обувь. Столько советов я не слышал давно. Что там касторовое масло — ерунда. Тут упоминались одеколон и нутряной жир. Причём обязательно свиной. Слава перцу, того товарища который предложил полчаса поварить обувь в солёной воде, сразу заткнули и отправили спать. А то не знаю, что бы было. Как итог: намазал льняным маслом и поставил сушиться на подоконник. Во! Вспомнил! У меня же носки есть, вязанные. Ребята из милиции подарили. Это хорошо…

Проснулся сам, без будильника. Сразу выскочил во двор. Нафиг. Тут сейчас будет шумно, так я лучше позанимаюсь немного. А народ сам, как-нибудь разберётся со звуковым сопровождением. Зачем мешать.

Как и в прошлый раз занятие не продлилось долго. Единственное изменение это три подхода к турнику. Результат тот же самый. Печаль. Но это ненадолго. Будут деньги, будет нормальная пища, а там и результат не заставит себя ждать. Добавил несколько упражнений на дыхание. Очень надо для этого тела. Потом попробовал изобразить "бой с тенью". Чисто посмотреть. Нахрен… полный пипец. Руки не хотят вспоминать, ноги не прыгают так как надо. Дисбаланс памяти. Где-то в глубине сохранились воспоминания о всех тренировках, о моих боях и даже наставления тренера. Я помню как должен двигаться, но мышцы не в состоянии это воспроизвести. Тело не готово… пока.

В нашей комнате небольшая перепалка. Хе-хе. А то? Я ж не просто так сбежал. Небольшой урок социальной психологии моим соседям не помешает. Интересно, кто всё-таки выключил будильник?

Когда зашёл, то чуть не навернулся. Какой-то умник бросил прямо под ноги подушку. Не, нормально да? Я тут понимаешь ли над ними всякие интересные опыты провожу, а они подушки друг в друга кидают. Не пойдёт. Надо успокаивать. Взял и прямо с порога заорал:

— Народ! Кто куском хлеба поделится? Жрать хочу не могу.

— А ты не офигел Вилор?! — крикнул парень, что отдал мне свои вещи (по моему его зовут Андрей), — может ещё и сто грамм налить?

— Не пью и вам, с утра, не советую, — ответил я, — так что там насчёт хлеба? У меня немного сала осталось. Угощаю. Только хлеба нету, извините.

Что тут началось… Все заголосили одновременно:

— Сало?!

— А что тогда молчал?