Попаданцы. Мир Таларея (СИ): читать начало книги онлайн

— Золота-то действительно такое же количество, — терпеливо пояснил он, — Вот только сфорцевские товары при расчёте рублями идут с большими скидками. Да и капиталы теперь стараются в монетах императора Олега держать.

— Много людей в королевствах и других империях теряют доходы и разоряются, — хмуро сказал самый возрастной — далеко за пятьдесят — растинец, с большой плешью посреди седых волос, за время плавания загоревшей под солнцем до черноты, — Наш новый император однажды может плохо кончить. Против него все объединяются.

— Ерунда, — отмахнулся отец пацана, — Пока всё же он объединяет, а не против него. Слышал, что сказал фларгийский меняла? Их король Дейрим собирается сам проситься в состав Пскова.

— Его там только и не хватало, — ещё больше посмурнел плешивый.

Растин и Фларгия, расположенные рядом республика и королевство, были давними врагами. А теперь, получается, могут стать провинциями одного государства.

Если это так, то в дополнение к Винору, Тарку, Глатору, Саарону и Бирману, Фларгия станет шестым королевством, чей монарх даст вассальную клятву Лешиковскому шефу. А ведь раздавивший республику в Синезии и вернувший себе корону старый козёл Джеб тоже вроде бы присылал гонцов к Олегу. Так что, теперь с учётом имперского манора Сфорц и республики Растин под скипетром Олега вскоре будет девять стран.

Во время последней перед отправкой на Алернию беседы с шефом Лешик пошутил, что вернувшись может увидеть Псковскую империю занявшей весь континент.

Государь юмор тогда не оценил, погрустнел и поморщился с досадой. Ответил, что, дескать, суметь бы до конца жизни переварить уже проглоченное. Сказал, нужно проложить не рельсовые, а железные дороги, попробовать создать телеграф на других принципах, перевооружить армию на огненный бой и много ещё непонятного уху своего начальника службы безопасности.

Но Лешик больше доверял мнению королевы Гортензии, утверждавшей о невозможности длительного мира. Оросская и Кринская империи не станут терпеть усиления конкурента и начнут натравливать на Псков всех своих шавок, и лучше бы поставить соседей под жёсткий контроль, вплоть до полной оккупации.

Получается, что и Лешик ошибся в своих предположениях о расширении империи Олега до границ Тарпеции, но и государь оказался не прав. Последнее вслух говорить граф ри Неров, естественно, не собирался.

— Может пойдём уже в номер? — незаметно шепнула Прила на ухо супругу, — Надоело этот глупый спор про бирманскую шерсть слушать.

— Тоже хотел это предложить, — Лешик прикоснулся ладонью к спине жены и громко сообщил: — Хорошего вам всем вечера, уважаемые. А мы решили вас покинуть.

— И зря, — жена торговца шерстью посмотрела на соседку, — Прила, хозяин обещал, что через склянку будут выступать барды со сфорцевскими песнями.

— Мы скоро певцов и музыкантов в самом Сфорце послушаем, — улыбнулась графиня, — наша путь в Винор через имперскую столицу лежит. Задержимся там не надолго.

— Могут и не разрешить там остановиться, — вновь мрачно сказал плешивый торговец.

Отвечать ему графская чета не стала. Они поднялись к себе в номер и легли спать пораньше.

Ночью прошёл небольшой дождь, и, полагая, что улицы Чёрного Церна стали ещё грязнее, Лешик за ранним завтраком вдвоём с супругой решил вновь заказать портшез, послав за ним трактирного служку, но Прила наотрез отказалась.

Их попутчики ещё видели сны, да и из других клиентов гостиницы в зале сидели только четверо похмельных наёмников — три угрюмых мужчины и сонная, на что-то злая девица с нашивкой лейтенанта-мага.

— Побудем в номере или походим по городу, пока банки не откроются? — спросил граф своё мнение у супруги.

— Второе, — улыбнулась она.

Расспросив стоявшего за барной стойкой пожилого раба о том, как пройти к центру и желательно при этом не перепачкавшись до пояса, супруги отправились на прогулку.

Казни сепаратистов, пытавшихся отделить оба Церна — и Белый, и Чёрный — завершились ещё в позапрошлом году, когда посланцы Олега останавливались здесь на пути в Алернию. Затем Божественная Агния явила свою милость, и в этот раз Лешик с Прилой увидели главную городскую площадь почти свободной от трупов казнённых.

Там, где раньше всё было занято виселицами и кольями, теперь располагались ряды прилавков, лотков и палаток, и уже с самого утра бойко разворачивалась торговля. Лишь на помосте возле замкового рва — в Чёрном Церне основное лобное место находилось не перед ратушей, а у резиденции маркиза — обвис на позорном столбе какой-то жёстко наказанный батогами старик, и двое стражников подтаскивали к палачу зарёванного мальца, пойманного на воровстве.

— Не спеши, Леш, — графиня придержала мужа за пояс, — Пойдём посмотрим, как руки отрубать будут. Пока народ не собрался, встанем, откуда лучше видно.

— Охота тебе толкаться? Нам всё равно надо будет в своё графство съездить после доклада императору. Наш управитель тебе такие зрелища со всеми удобствами организует. И банки должны уже открыться.

Цернское отделение винорского банка нашлось без проблем — бармен объяснил доходчиво — оно располагалось в полуподвальном помещении массивного жилого особняка в квартале от ратуши.

Миновав троицу охранников, имевших помимо мечей при себе и арбалеты, правда, не взведённые, послы императора спустились в темноватое помещение с двумя узкими зарешёченными окнами.

В комнате имелась конторка перед которой стояли круглый стол и пара стульев.

— Чем могу быть полезен? — без характерного здешнего гортанного говора спросил пожилой мужчина, при появлении клиентов сквозь лупу — сфорцевское изделие — рассматривавший записи в толстом фолианте, — Земляки? — уточнил он, приглядевшись к одеждам гостей.

— Да, они самые и есть, — улыбнулся Лешик, — возвращаемся домой с Алернии. По пути потратились. Сами понимаете, уважаемый. Вот, — граф извлёк из внутреннего кармана свёрнутый в трубочку вексель на пять тысяч рублей и протянул банкиру, — мне нужно тысячу монетами и четыре передепонировать. Сможете? У вас же маг есть?