Щенки радостно набросились на пришедшего отца и облепили его, после чего стали наблюдать за развитием ситуации.
Подойдя к Дилану с суровым выражением морды, Делайла сначала посмотрела на упавшие картины, а затем заглянула в гостиную.
Увидев там кавардак и все оценив, она обратилась с повышенным тоном к Дилану, чуть ли не крича: “Дилан Далматин! Изволь объяснить! Что ты тут устроил?! И зачем повредил наши семейные картины?!”.
Дилан в свою очередь испуганно оттянул ошейник, будто он ему давил, а затем посмотрел в сторону, где сидела Долли.
К его удивлению, ее там не оказалось, так как она воспользовалась моментом и скрылась в одной из комнат.
Поняв, что все шишки полетят на него, Дилан промямлил: “Ну… мы… эээ… это… и…”, пытаясь улыбаться и чуть ли не истекая потом.
Услышав ответ, Делайла рассерженно на него посмотрела и стала кричать.
Наблюдавшие за этим щенки могли лишь посочувствовать их старшему брату.
В это время, Франция
Мальчик возраста тринадцати лет шел по коридору здания, принадлежавшего его отцу.
Было видно, что он шел в ускоренном темпе, а также был чем-то рассержен.
Минуя коридоры, он все ближе подходил к кабинету, где он точно знал, что там сидит его отец.
Завернув за еще один угол, он увидел нужную дверь, а также двух мужчин, которые приходились личными охранниками его папы.
Увидев мальчишку, один из охранников открыл дверь и отошел немного в сторону.
Когда молодой человек зашел в кабинет, дверь сразу же за ним закрылась.
Остановившись посреди комнаты, мальчик тяжело вздохнул, а затем воскликнул: “Добрый вечер, папа! Может объяснишь, почему я вновь должен куда-то ехать, не спросив меня?!”.
За столом кабинета сидел довольно крупный мужчина возраста около сорока лет.
Выглядел он довольно угрюмо и занимался какими-то бумагами, но услышав своего сына, мужчина отложил их в сторону, а затем надменно посмотрел на пришедшего.
“Ну здравствуй, Иннокентий” неприветливо ответил его отец, а затем добавил: “И что тебе не нравится?”, поглаживая свою короткую бородку.
“Как что?! Мне…!” резко повысил свой голос мальчик, желая возмутиться.
Но мужчина резко ударил кулаком по столу, да так, что осталась вмятина, не говоря о том, что Иннокентий почувствовал дрожь от удара по полу, заставив его сбавить тон и испуганно посмотреть на отца.
Мужчина же хмуро смотрел на мальчика, показывая этим, чтобы он не смел повышать на него голос.
Молодой человек отошел от шока, а затем вздохнул и стал говорить в спокойной манере: “Я понимаю, что ты хочешь научить меня управлять твоим бизнесом, который распространен чуть ли не во всех странах… но зачем было навязывать мне этот учебный проект? Для чего? Ты насилу вырвал меня из России и сам ограничил меня чуть ли не во всем! Вечные переезды, обучение дома, строгий надзор телохранителей, никаких походов в кино… у меня даже нет друзей из-за всего этого!”.
“Потому что я посчитал это нужным” сурово ответил его отец, смотря прямо на Иннокентия.
Мальчишка вновь вздохнул, а затем продолжил: “Я знаю, что должен буду наследовать все твое дело, но не слишком ли…”.
“Нет” резко перебил его отец, а затем добавил: “И это не обсуждается”.
Мальчишка уже опечалился, а затем сказал: “Все как всегда… была бы здесь мама, она…”, резко замолчав, так как его отец злобно нахмурился, пиля его взглядом.
Иннокентий стал вновь испуганно смотреть на него, а мужчина, не меняя выражения, открыл полку своего стола и взял в руки какую-то фотографию.
Немного подумав, он произнес: “На этот короткий промежуток времени я разрешу тебе посещать школу и выходить на прогулку… но на сей раз!”, убирая фотографию.
Удивившись этому, Иннокентий радостно воскликнул: “Спасибо, папа! Тогда я пойду собирать свои вещи и…”, разворачиваясь и подбегая к входной двери.