Кролу показалось, что Крану напрягся.
— Прекрасно, — ответил он.
— Ни кровотечения, ни боли?
— Нет. И я не хочу это обсуждать. С ней все в порядке, — огрызнулся он, небрежно откинувшись назад, но Крол заметил, как его рука легла на руку Мойры. Самец был не таким равнодушным, каким хотел казаться.
— С ней все хорошо, — согласился Тройи. Грила, похоже, воспринимала его высказывания легче, чем суждения своего сына.
— Когда Грут была беременна, она ничем подобным не страдала, — сказал Грон.
— С Мойрой все в полном порядке, — ответил Крану глухим рычанием. Мойра подняла голову и погладила шкуру на его груди с вопросом во взгляде, заговорив с ним тихим голоском. Крану расслабился, осознав, что встревожил ее. Она вздохнула и передвинулась так, чтобы прислониться к нему.
Для Крола было странно находиться в окружении Связанных пар. Он не был членом племени уже четыре года, до этого была лишь одна Королева, которую ему удавалось с легкостью избегать. Здесь такого не предвидится. Он всегда знал, что Связанные Узами самцы были преданы своей Королеве, жаждали ее прикосновений и ласки, но он думал, что Королевы в основном равнодушны, признавая своих партнеров только тогда, когда хотели получить удовольствие. Эти же два духа практически сидели на коленях у своих самцов.
Грила вела себя так, как он ожидал, продолжая есть, не прикасаясь к своим самцам, которые сидели по обе стороны от нее и время от времени обменивались фразами за ее спиной, не рассчитывая, что она присоединится к их разговору. Крол подумал, что это наверно утомительно — быть Связанным с самкой, которая так заинтересована в них, но их похоже, совсем не раздражало такое внимание. Они просто ели одной рукой, а другую держали на своей паре.
Он снова посмотрел на Наоми, надеясь прочесть по её лицу, что она думает обо всем этом. Она тоже наблюдала за парами, время от времени поглядывая на них сквозь завесу своей гривы. Он был рад видеть, что не он один пребывал в замешательстве. Он задавался вопросом, не наводит ли это ее на какие-то мысли, но тут же выбросил это из головы. Старые аргументы исчерпали себя, но все еще действовали. Он не хотел быть Связанным Узами. Он должен был присматривать за Риллом. Королевы опасны, им нельзя доверять. Он пытался убедить себя в этом, но… когда дело касалось Наоми, доводы уже не казались правильными. Она заботилась о Рилле не меньше, чем он сейчас. Она обладала магией, но по сравнению с ним была просто тростинкой. Если бы она хотела околдовать его, то могла бы сделать это, пока они были одни. За последний год у нее было достаточно возможностей. Рилл рос очень быстро, казалось, еще в прошлом году он был совсем крохой. Еще пару лет, и он уже не будет так сильно в нем нуждаться.
Но сейчас малыш, как и ожидалось, заснул, лежа между скрещенных ног Крола, положив голову ему на колено и открыв рот. Наоми протянула руку и обернула кончик его хвоста вокруг своего пальца. Крол встретился с ней взглядом, заметив в нем нежность. Нет, он не верил, что она хотела причинить боль ему или Риллу. Даже эти незнакомцы не вели себя агрессивно. Крану и Грисс почти не обращали на него внимания, вероятно, потому, что были самыми крупными самцами и, скорее всего, играли роль стражей племени, поэтому не спешили доверять незваным гостям. Другие, однако, были приветливы и любопытны, либо наслаждались изменениями в их размеренной жизни, либо искренне радовались появлению нового члена племени. О разделении трех духов не могло быть и речи, так что Кролу, похоже, придется привыкать к этому новому племени.
«И учиться лазать по деревьям», — с содроганием подумал он, когда вечер начал переходить в ночь, и позавидовал крепкому сну Рилла. Он не хотел совершать это путешествие в темноте.
— Один заснул, — объявил он, поднял Рилла на руки и встал. — Я должен уложить его спать.
Наоми вскочила на ноги, готовая последовать за ним.
— Тогда, спокойной ночи, — пожелал Бру.
— Дайте нам знать, если вам что-нибудь понадобится. Мы вас услышим, — сказал Грон.
Крол воздержался от ответа. Ему не понравилось, как это прозвучало.
Наоми последовала за ним, когда он вернулся к дереву, на котором провел весь день. Он прижал Рилла к плечу, но инстинкт малыша не сработал, поэтому Крол встряхнул его, чтобы разбудить.
— Держись, — сказал он ему, закинув себе на спину. Рилл обхватил Крола руками за шею, затем положил голову ему на плечо и снова заснул. Зато теперь у Крола были свободны руки. Набрав в лёгкие воздух, он начал подниматься, обернувшись, чтобы предложить Наоми руку, когда она с трудом поднялась на первую из небольших площадок. Крол не мог избавиться от ощущения, что это слишком хлопотно, когда до горы, полной пещер, меньше двух дней пути.
Они поднялись на площадку, и Наоми обошла ее, проверяя и осматривая. Кролу хотелось, чтобы она держалась поближе к стволу, как и он, хотя и знал, что днем площадка выдержала вес четырех самцов. Он уложил Рилла у ствола, а сам лег с другой стороны, дабы убедиться, что тот не скатится ночью вниз и не разобьется насмерть.
Наоми присоединилась к ним, и он подвинулся, освобождая ей место. Крол гораздо меньше ворочался во сне и полагал, что обязан её защитить. Если бы она была такой же, как Грила, крупнее его, он, возможно, вел бы себя иначе, но Наоми была слишком маленькой и хрупкой. Она переломает все кости в своем хрупком теле, если скатится с края.
Она перешагнула через его ноги и прижалась к Риллу. Крол понял, что у нее нет листьев, и встал, вытянув руку над головой, чтобы сорвать несколько для нее. К тому же у нее не было огня, а он не хотел, чтобы она замерзла. Он накрыл ее ими, и она снова издала тот непринужденный звук радости, приняв листья и положив руку поверх них, чтобы прижать их к себе и Риллу. У него возникло такое чувство, что он снова сделал что-то правильно, и он лег на спину позади нее. Сейчас он был гораздо ближе к ней, чем обычно, когда они спали, но он должен был создать барьер. Он не сомневался, что все будет хорошо. Наоми до сих пор его не Связала Узами, так что одна ночь ничего не изменит.
Ему не нравилось чувствовать на себе дуновение ветерка, как и находиться на таком расстоянии от земли. Он просто надеялся, что уснет и что они все переживут эту ночь. Он сложил руки на груди и закрыл глаза, обрубок его хвоста едва касался спины Наоми, но по крайней мере он знал, где она была.
Глава 21
Наоми долго не могла заснуть, и она не знала почему. Вернее, она знала почему, просто считала это глупым.
Она могла предположить, что причина в том, что она была в новом месте, на дереве. Она могла предположить, что всему виной взбудораженность от того, что она наконец-то нашла других людей и ей пришлось переваривать все, что они ей рассказали. Но она знала, что это из-за Крола.
Наблюдая за Рут и Мойрой с их самцами, она удивилась. Для них все было так… просто. Не похоже, что они боролись за выживание, или их держали в заложниках. Они были искренне счастливы и любили Бигфутов-Гэндри. Они создали семьи. Они были влюблены, а Гэндри любили их.
И вот теперь она думала о Кроле.
Не то чтобы она никогда раньше о нем не думала. Время от времени она замечала, что он хорош собой, несмотря на шрамы. Грудь у него была словно высечена из камня, бицепсы размером с футбольный мяч, а плечи были широкими. Наверняка самки его вида находили его привлекательным. Плюс ко всему, он был волей-неволей добрым, ответственным, самоотверженным и заботливым, даже если поначалу пытался держать ее на расстоянии. Она не сомневалась, что он станет хорошей парой для одной из представительниц его вида.
Наоми даже мысли не допускала, что они могут быть вместе до встречи с Рут и Мойрой. Ей это и в голову не приходило. Они принадлежали к разным видам и не могли общаться. Как у них могли возникнуть отношения? С чего бы это? Теперь, когда Наоми увидела, как выглядели самки-Гэндри, не уж то и Крола могло к ней потянуть?