Поцелуй ягуара: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Шайло не была известна своим спокойным темпераментом, но она была известна своей способностью причинять боль мужчинам. Он был уверен, что даже Совет не одобрил бы этого.

Сабан остановился и спокойно посмотрел на нее.

— Ты впустишь меня в этот дом, Ши?

Она посмотрела в ночь, прежде чем снова взглянуть на него.

— Она проплакала почти весь вечер, — в голосе женщины послышалось шипение. — С каких это пор можно делать свою пару несчастной, Сабан? Это проклятое место воняет ее страданиями.

— Я позабочусь о ней, — заверил он инфорсера. — У тебя есть свои дела, о которых нужно позаботиться. Я благодарю вас за то, что вы пришли сюда и позаботились о ней для меня.

Она фыркнула от слов благодарности, но отошла от двери, прежде чем открыть ее и направиться к лестнице.

Меркюри вышел из темноты, легко кивнув Сабану, прежде чем последовать за Ши и исчезнуть в ночи.

Сабан вошел в дом, запер дверь и проверил систему безопасности, прежде чем направиться к лестнице.

Странно, но в доме пахло не страданием, а гневом. Горячим, бурлящим и определенно женским.

Он поднялся по лестнице, проскользнул в коридор и подошел к ее закрытой двери. За этой дверью был рай. Постель, которую он делил со своей парой, запах их страсти, полное и неоспоримое знание того, что эта женщина принадлежит ему, несмотря на все доказательства обратного.

Это безумие, она думала, что может спасти мир, и несчастные мужчины, причастные к неприятностям из-за своей собственной глупости, должны остановиться.

Сабан стиснул зубы, когда запах гнева здесь стал острее, разжигая пронизанный гормонами адреналина организм, стучав по его голове с первобытным желанием показать ей, усилить свое господство над ней. Чтобы этого никогда не повторилось.

Никогда, никогда она не примет чью-то сторону против него. Если он почувствует, что нужно пролить кровь, то прольет ее. Он не хотел, чтобы Натали стояла между ним и опасностью или между ним и его собственной совестью.

Она понятия не имела, какую кровь Сабан уже отыграл в борьбе за выживание. Стоять между ним и одним слабаком, параноидальным маменькиным сукиным сыном, не имело никакого значения, и ей нужно было быстро научиться этому.

Мужчина схватился за дверную ручку, толкнул дверь и, быстро распахнув глаза, пригнулся, чтобы избежать тяжелого предмета, пролетевшего по воздуху к его голове.

— Черт возьми, Натали! — Сабан снова пригнулся и быстро уклонился от очередного снаряда. Какое-то белое керамическое нечто, догадался он, ударилось о дверной косяк, когда дверь захлопнулась. — Достаточно.

— Я покажу тебе достаточно!

Прикроватные часы полетели ему в голову и с громким стуком ударили в плечо. Боль была минимальной, но он не должен был давать ей шанс попасть в цель. Сабан бросился к ней.

Натали была быстра, но недостаточно. Обхватив ее рукой за талию, он бросил ее на кровать и быстро опустился на нее. Он оседлал ее бедра, сжал запястья одной рукой и крепко прижал к кровати.

Короткий халат, который она носила, доходил ей до бедер, свободно подпоясанный спереди, распахнулся, открывая твердые маленькие и набухшие соски.

Упругие холмики подпрыгивали, когда она боролась с ним, и его член затвердел, отчаянно желая освободиться. Запах гнева и желания заполнил комнату. Из-за лихорадки ее щеки вспыхнули, а глаза потемнели.

И запах боли. Он тщательно замаскирован под гнев, но он чувствовал ее боль, чувствовал ее в воздухе вокруг них.

— Ты грязный ублюдок, слезь с меня, — закричала Нат. — Слезь с меня и убирайся из моего дома. Возвращайся туда, откуда ты пришел. Я не хочу, чтобы ты был здесь.

Это были слезы, блестевшие в ее глазах, влажный блеск делал ее глаза более светлыми, слаще, чем когда-либо.

Наклонившись к ней, он выпустил низкий, предупреждающий рокот из груди. Грубый, первобытный звук только заставил ее глаза сузиться, а лицо покраснеть еще сильнее.

— Эти рычащие штучки на меня не действуют, — отрезала она. — Ты ушел. Ты оставил меня с Породами, которые даже не разговаривали со мной. Но еще хуже, придурок, ты оставил меня страдать!

У Сабана было такое чувство, что она говорила не о возбуждении или лихорадке.

— И как, пара, я оставил тебя страдать? — прорычал он. — Не доверяя тебе? Обманув тебя и сознательно подвергнув мою жизнь опасности? Сознательно выбирая другую вместо своей пары! Это я сделал?

— То, что ты сделал, было намного хуже, — задыхаясь, произнесла Натали хриплым голосом. — Ты бросил меня, Сабан. Ты ушел, когда поклялся, что никогда не оставишь меня, — одинокая слеза коснулась ее щеки. — Ты солгал мне.